class="p1">Он через дверь:

— Ты будешь мерить, а я смотреть.

— Нет.

— Да, куколка.

Попробуйте поспорить с кавказцем! Да и… мне уже плевать!

Это бельё такое офигенное, что…

ПУСТЬ ВИДИТ!

Заходит.

Я в первом комплекте. Красный. Почти ничего не скрывает.

Смотрит. Сглатывает.

Подходит ближе.

Прижимает к стене. Его руки везде. Горячий, жадный.

Божечки кошечки…

— У меня опять стоит. Сук… Хочу тебя. Прямо тут трахну.

— Дагир... Мы так не договаривались. Сначала дело.

Усмехается. Достаёт мой телефон. Даёт мне, чтобы я разблокировала, экран оживает, сканируя моё лицо.

Этот наглый мачо притягивает к себе. Кадр — я в красном кружеве, секси-шмекси, он сзади — виден заросший щетиной подбородок и золотые часы.

Еще кадр — его губы у моего уха, пальцы на груди. Еще, более целомудренное.

— Выкладывай. — Рычит он. — Пусть у твоего дрища слюни текут.

Подчиняюсь. Печатаю текст: «Случайности неслучайны».

Руки трясутся. Опубликовать.

Боже… а потом…

Он целует. Долго. Глубоко. Жадно.

И я отвечаю…

Ох, мамочки, как это сладко!

Отрывается:

— А теперь поехали, детка.

Глава 9

Дагир

Мы выходим из бутика, и я тащу кучу пакетов. Ну, правильно, я же мужик?

Она — в новом красном платье, в обтяг, в розовом пальто, в туфлях на каблуках. Идёт и улыбается. Счастливая.

Вах, какая красивая.

Так бы и сожрал.

Сам не замечаю, как рука сама тянется к её попочке. Чуть сжимаю — она подпрыгивает, краснеет, смотрит возмущённо.

— Дагир!

— Что? — усмехаюсь. — Я просто проверяю, не сдулась ли ты.

— Сдулась? — она смеётся. — Я пышка, забыл? У меня не сдуваются такие места, приятель!

Сразу напоминает мне залихватскую стендапершу — или как это называется?

Надо спросить у неё, зачем она попёрлась в этот стендап.

Я больше не разрешу ей выступать — нет уж.

Так, стоп… Я что, думаю о каких-то перспективах?

Я хочу её трахнуть.

Трахну и… морок спадёт.

Я снова буду любить своих тощих сучек со сделанными титьками.

Хотя… титьки эти порядком надоели. Какие-то они… не такие.

Вот у пышечки я взял титечку и это прям сок! Сразу член по стойке смирно! Хоть и потрогал всего ничего и через бельё. А какая она натуральная будет, прикиньте? М-м-м… Лизал бы и лизал!

Так, о чём мы?

О том, что она пышка?

— И слава богу, — бормочу я.

Подвожу к припаркованной в переулке машине. Кабриолет, чёрный, низкий. Откидываю крышу — весна же, солнце. Она смотрит с восторгом.

— Это твоя?

— Моя. Садись.

Пышка садится, юбочка чуть задирается, открывая колени.

Я смотрю. Хочется рычать.

Она замечает, краснеет, одёргивает.

Обхожу машину, сажусь за руль.

Смотрю на неё.

Волосы развеваются, глаза блестят, губы, припухшие после тех поцелуев в примерочной.

Хороша!

Член снова даёт о себе знать. Стоит, мля…

— Куда едем? — спрашивает она.

— По Патрикам покатаемся. По бульварам. Просто… туда-сюда. Себя покажем, на других посмотрим. Потом поужинаем.

— Я не голодна.

— Я пока тоже не голоден, — усмехаюсь я. — Но уже четыре, мы с тобой почти три часа потратили на болтовню и примерку. Пока будем кататься уже и время ужина. А поужинать надо. Ты же хочешь, чтобы твой Дима увидел тебя во всей красе?

Она замирает. Смотрит на меня.

— Ты серьёзно?

— Абсолютно.

Усмехаюсь, подмигиваю ей, а потом…

Потом достаю телефон, набираю сообщение своему безопаснику:

«Амир, со мной сейчас девочка Женя Одинцова, вчера выступала в клубе у Арсена. У неё был жених, Дима. Пробей мне его. Полное имя, где бывает, чем дышит. Срочно.»

Ответ приходит через минуту:

«Понял, шеф. Сделаю.»

Убираю телефон. Она смотрит на меня с любопытством.

— Кому писал?

— По работе, — отмахиваюсь. — Расслабься. Сегодня ты — звезда.

Выезжаем на Патрики.

Женечка смотрит по сторонам, улыбается, подставляет лицо солнцу.

Я смотрю на неё. На эти щёки, на эту грудь, которая колышется при каждом повороте, на эти бёдра, которые так и просятся в руки.

Взять, поднять её, к стеночке прислонить и войти до упора… просто вколотиться в эту мягкость! А потом… потом трахать, трахать с упоением.

Сука. Что со мной?

Я же всю жизнь считал, что красивое тело — это подтянутое тело. Что девушка должна быть стройной, рельефной, без лишнего. А эта... эта пышка, мягкая, тёплая, от которой глаз не оторвать.

И ведь вчера ещё я сидел в зале и думал: «Толстуха, Мисс Пигги». А сегодня я готов трахнуть её прямо в машине, на виду у всей Москвы.

Рука сама тянется к её ноге. Гладит колено, поднимается выше. Она вздрагивает, смотрит удивлённо.

— Ты чего?

— Любуюсь, — говорю просто. — Ты красивая, Женя.

— Я пышка. — Усмехается она, показывая ямочки на щеках.

Мля, всегда хотел полизать такую вот ямочку… Интересно, а на попке у неё тоже есть ямочки…

Сук, член как кол, мешает вести тачку.

Но это круто. Пышка она!

Да, еще какая! Отвечаю, поглаживая ножку.

— Я знаю. И мне это нравится. Очень.

Краснеет. Отводит глаза. А мне нравится, как она краснеет.

Круг по Бульварному, круг у Патриарших, едем медленно — Москва весенняя стоит. Вижу, как моя пышка-малышка ловит хайп.

Как с завистью на неё смотрят тощие девицы, выползшие в эту мекку гламура в надежде найти себе кормушку.

Как её разглядывают мужчины — эти завидуют мне, уверен, потому что со мной рядом реальная натуральная красота!

Пока катаемся, беседуем, выезжаю к набережным сделав круг у Кремля, торможу на парковке, выходим у «Зарядья» сделать еще пару фоток.

Она выкладывает.

— Ну что, твой посмотрел?

Женя пожимает плечами:

— Я не интересовалась. Пошёл он.

Пошёл, это точно.

Сжимаю её ладошку, целую, притягиваю.

Целуемся и ветер с Москвы-реки играет её локонами.

Шайтан… Если я её не отымею сегодня — просто сойду с ума!

Подъезжаем к ресторану. Дорогой, пафосный, с вышколенными официантами.

Выходим, я отдаю ключи парковщику, веду её внутрь.

На нас смотрят. Моя Пышка чувствует эти взгляды, чуть сжимается. Я притягиваю её ближе, кладу руку на талию. Моя. Пусть смотрят.

Заказываем ужин.

Она ест, я смотрю, как она ест. Как облизывает вилку. Как откусывает десерт. Как довольно жмурится.

Член стоит колом. Я даже не пытаюсь это скрыть.

— Дагир, — шепчет она, — на тебя смотрят.

— Пусть смотрят, — пожимаю плечами. — Я с тобой.

— Но у тебя...

— Знаю. И что? Это твоя работа.

Она краснеет, прячет лицо в меню. Я смеюсь.

Встаю, иду в туалет. Заодно проверяю телефон. Сообщение от Амира:

«Дмитрий Игоревич Козлов»

Сук, какая подходящая фамилия!

Читаю дальше.

«Двадцать восемь лет. Работает в айти. Сегодня собирается тусануть в клубе