Извини за слово, но по-другому не скажешь. Это при том что, не скрою, мне нравятся девушки стройные. Да, да, не ухмыляйся! Стройные. И дрочил я всегда на них. Но ты…

Он прищуривается, протягивает руку, чтобы накрыть ею мою.

— У тебя характер, у тебя грудь, у тебя попа — я смотрел и думал: вот это женщина. А сейчас ты сидишь и говоришь, что хочешь похудеть для какого-то мужика. Что-то не сходится.

Я краснею.

От его слов. От его взгляда.

От того, что он сказал «ебабельная» так, будто это самый красивый комплимент в мире.

— Ты не знаешь всего, — бурчу я, отводя глаза.

— А ты расскажи.

— Нечего рассказывать.

— А глаза красные почему?

Я замираю. Он заметил. Конечно, заметил.

Консилер утром нанесла, капли закапала, но он же смотрит так, будто рентгеном просвечивает.

— Ничего, — говорю. — Просто не выспалась.

— Врёшь, — спокойно говорит он. — И врёшь плохо. У тебя на сцене глаза горели. А сейчас — как будто потухли. Что случилось?

И тут меня прорывает.

— Этот урод мне изменил, — вылетает само. — Вчера. Я пришла после выступления, а он... он в моей постели с какой-то блондинкой. Тощей. Сказал, что никогда не собирался на мне жениться. Что я просто удобная. Квартира, готовка, деньги. А такая, как я... с такой стыдно выйти в люди. Понимаешь?

Я замолкаю. Дышу часто-часто. Смотрю в стол, потому что если подниму глаза — разревусь.

Тишина.

Потом он говорит:

— Подожди. Ты его выгнала?

— Голым, — киваю я. — Вместе с его тощей. Выкинула вещи в подъезд.

Он молчит секунду. Потом начинает смеяться. Тихо, потом громче.

— Ты... ты выгнала их голыми? — переспрашивает сквозь смех. — Прямо голыми?

— Ну да, — пожимаю плечами. — А что, надо было дать им одеться?

Он смеётся уже в голос. Люди за соседними столиками оборачиваются. А мне вдруг становится легко. Смешно. Правильно.

— Ты крутая, Седьмой размер, — говорит он, вытирая глаза. — Реально крутая. Не каждая так сможет.

— За мной не заржавеет, — усмехаюсь я.

— И поэтому ты хочешь похудеть? Чтобы он пожалел?

Я киваю.

— Чтобы у него яйца вспухли от зависти, когда он увидит меня через месяц. Да.

Он смотрит на меня. Долго. Потом наклоняется ближе.

— А давай я предложу тебе другое?

— Что?

— Я буду твоим новым мужчиной, — говорит он просто. — Мы будем ходить по модным местам, кататься на яхте в Завидово или по Москве-реке, на кабриолете по Патрикам. Ты покажешь ему, что без него жизнь круче и ярче.

Я смотрю на него. Он серьёзен. В глазах — азарт и что-то ещё, тёмное, глубокое.

— Ты это... серьёзно?

— Абсолютно.

— И что ты хочешь взамен?

Он усмехается. Медленно, хищно. И молчит.

Просто смотрит.

А у меня внутри всё переворачивается.

Глава 8

Раф мне приносят с собой. И пирожное тоже.

Мы выходим, он надевает тёмные очки, щурится на солнышке.

Конец марта, а уже вовсю весна. Он в одном пиджаке. Такой горячий?

Чувствую его ладонь — да, жарко.

Ведёт меня куда-то за руку.

Молчу. Иду.

Какое-то странное удовольствие от подчинения испытываю.

Заходим в бутик. Божечки-кошечки.

Дорого, красиво, ни одного ценника.

Это значит — ошизеть как дорого.

И что?

Что он тут будет делать? Носовой платок мне купит? Больше мне тут ничего не налезет. Я знаю, такие магазины не для таких как я.

Продавец — блондинка, с ногами от ушей.

Смотрит на моего кавказца улыбаясь. Потом на меня.

Она старается, старается, но улыбка все равно плавно сползает.

— Мне надо её одеть. — говорит безапелляционно. — Всё самое лучшее.

— Для вашей девушки? — блондинка аж давится от шока. — У нас вряд ли что-то есть. Мы элитный бутик. Модельные размеры.

И тут я вижу как глаза моего кавказца наливаются яростью:

— Охренела? А ну администратора зови.

Девица молча исчезает. Выходит администратор.

Хлопает глазами на меня, в шоке.

Да я и сама, если честно в шоке. И мне хочется сквозь землю провалиться.

Он ведь привык к своим тощим доскам? Не знает, как сложно пышке найти нормальную одежду?

На «Вабериз» пока штук сто нарядов не переберешь — ничего не найдёшь, чтобы размер, цена, качество.

Администратор явно узнаёт моего спутника.

— Ой, Дагир Рустамович...

— Что за беспредел у вас? Это что за курица? Что за модельные размеры?

— Дагир Рустамович, я…

— Головка от буя! Что значит, нет на мою девушку платья?

— Дагир Рустамович...

— Обе на хер пошли.

— Дагир Рустамович...

— Я сказал.

Они уходят, быстро перебирая ножками на каблучках.

Мне стыдно.

Я вся красная.

Стыдно и обидно.

Он оглядывается. Видит девчонку у витрины. Молоденькая, в простых джинсах, оформляет манекен.

— Ты тут работаешь?

Она робко откашливается:

— Да. Я стажёр.

— Стажёр. Ассортимент знаешь?

— Стараюсь.

— На неё найдёшь вещи?

Смотрит на меня. Внимательно. Грудь, талия, бёдра.

Мне неловко. Красная вся. Дёргаю его за рукав:

— Слушай, бред собачий. Пошли отсюда. Реально надо худеть.

Он поворачивается. Смотрит в глаза:

— Успокойся. Вспомни, какой ты была вчера. Дерзкой, яркой. Не тушуйся.

Девушка еще раз откашливается:

— Я вам помогу. Не волнуйтесь я… Я сделаю.

Дагир улыбается. Мне.

И смотрит так.

Как он сказал — ебабельная? Может и правда?

Нет, то что правда я знаю. У меня никогда не было недостатка в кавалерах и… только с Димусиком не повезло.

А вообще…

— Представляю, как я буду снимать с тебя то, что куплю… — шепчет он, а я еще гуще краснею.

Стажёрка тащит вещи.

Божечки-кошечки. Она серьёзно?

В примерочной тут почти что подиум и начинается… Показ мод!

Реально!

Даже музыка играет такая, бодрящая.

А мой мистер Кавказ сидит в кресле нога на ногу и словно дирижирует, когда она показывает ему вещи. Это — мне, это — в топку, это — снова мне. и так далее.

Платье — чёрное, облегающее. Декольте и разрез до аппендицита.

Корсет — кружевной, под грудь. Ваушный!

Брючный костюм — шёлковый, сидит идеально. Стройнит! Мамочки, так бывает?

Шик.

Еще платье в горошек в стиле Пин-ап. Бомба!

Неужели это я?

Выходим груженые пакетами. Вернее — он груженый, а я в новом платье, красном, в обтяг, в новом пальто — розовом. В новых туфельках.

— Бельё. — говорит он и спорить нет смысла.

Тянет меня в соседний бутик.

Это «Провокатор»! Там точно нет больших моделей!

Я опять опозорюсь!

Дагир говорит сразу, без приветствия:

— Если скажете, что ничего нет, я вас куплю и разорю.

Консультант замирает.

Смотрит на меня.

— У нас есть линейка плюс-сайз...Сплошной секс. Посмотреть?

— Тащите всё.

Стою в примерочной с горой кружева.