Мы тянемся одновременно, будто больше не можем терпеть эту мучительную близость. Его дыхание обжигает мои губы в тот самый момент, когда наши рты находят друг друга. Поцелуй — горячий, нежный, пронзительный — словно глоток жизни после долгого ожидания. Я чувствую, как всё внутри меня переворачивается, и мне хочется резко выдохнуть. Этот выдох получается шумным, почти отчаянным, и я молюсь, чтобы он не услышал, как громко бьётся моё сердце.

Мои руки сами находят его шею, обвивают её, притягивая к себе. Я чувствую, как он крепко прижимает меня к своей груди, а его руки — сильные, решительные, но такие нежные — обнимают меня, словно боятся отпустить. Его хватка уверенная, как будто он хочет дать мне понять: я здесь, я твой, и ты моя. Его запах заполняет всё моё сознание — тёплый, мужской, родной, неповторимый.

Ни один мужчина не сравнится с ним. Никто так не пахнет. Никто так не прижимает. Никто больше не заставляет меня чувствовать себя такой живой, любимой, настоящей. Никто так не любит меня… Как он.

Я села на его колени, обхватывая его ногами, от чего футболка задерлась до талии. Он запускает пальцы в мои волосы и немного сжимает их, осторожно распутывается и повторяет… Снова и снова. Снова и снова. Он выпивает мой поцелуй, он держит меня бережно. И все вокруг не имеет смысла. Я просто растворяют в нём. Живу им. Я стону в его губы, когда желание полностью завладевает моим телом и мне становится очень легко…

— Люблю… люблю… люблю, — целуя меня, шепчет он, переходя на шею и исследуя давно известные пути к моему сердцу и душе. Он водит губами по коже, обжигает нервы и со стоном толкается в попу членом, так привычно и так знакомо. Нетерпеливо. Жадно. Именно так он и всегда меня хотел. Словно хотел выпить меня, как самое интересное и дорогое вино…

— Позволь мне… — сглотнул, глянув на меня снизу вверх и царапал мою попу своими холодными кольцами. — Позволь мне вернуться к тебе. Я не могу тебя забыть. Не смогу забыть. Я жить без тебя едва могу…

— Я думала, совсем не можешь, — шепчу я ему в губы, наклонившись. — Я тоже не могу… без тебя все так… никак, — я улыбнулась. — Только мы начнем заново… С чистого листа.

— Я согласен, — кивнул Рома. — Я сам все напишу. Всю нашу жизнь на этом листе. А ты никогда не будешь сомневаться во мне. Никогда… Я люблю тебя, Вероника, — шепчет он. — Так сильно! Я схожу с ума и очень хочу ущипнуть себя за руку. Это не сон?

Я наклоняюсь, кусаю его и он шикает от боли.

— Не сон… — шепчет хрипло он. Отводит немного мою голову и кусает. Сильно и ощутимо впивается в шею, отодвигает трусики и резко врывается в меня. Я сжимаю ноги от неожиданности, мурчу ему в шею от удовольствия и сладко целую горячую кожу. Ровно там, где укусила. Его ладони накрывают мою попу, помогают мне двигаться. И с каждым движением, с каждым стоном, мы все близимся к небесам. Туда, где нас не ждут.

Но я уверена теперь, что он мне подарит этот чертов рай и тут.

***

От поцелуев дрожит все тело. Кожа воспламеняется от каждого касания. Он сладко целует мою спину, а я стону в его руках, подставляясь каждой ласке. Я давно не ощущала себя так расслабленно и хорошо… Я снова ощущаю себя самой шикарной Вероникой и просто не могу не дышать своим любимым…

— Ты была с кем-то? Встречалась?

— С Беляевым, — тихо и хрипло говорю. — Он однажды приехал на ужин. Я только стала чувствовать себя нормально и мы переспали. Если можно так назвать… Это было… Никак. Я сразу же сбежала и долго жалела об этом. Тогда хотелось умереть от пустоты и разочарования.

— Мы с тобой так… — Рома смотрит мне в глаза, когда прилег рядом и оперся на локоть. — Похожи. Впрочем, я уже раз пятый это говорю за сегодня…

— Почему ты так долго не давал мне развод?

— Потому что хотел разрулить это без него, — просто рассказывает он. Теперь, кажется, все можно. — Мы не спали, пока я был женат на тебе. Не знаю, важно это или нет. После взыграла обычная злость, но я не смог… не захотел с ней. Решил, что это пока что не главное. Мне