поземку, мешая как следует рассмотреть большое плато у подножия горы. Два вертолета уже сели, и теперь на глазах у него снижался и садился третий. Лопасти месили воздух, сметая с камней порошу, снег и лед. Из открывшихся люков на снег высыпали люди в черном боевом облачении и шлемах, с оружием наготове. Дункан попытался сосчитать их, но помешал снежный шквал.

«Что ж, по крайней мере, если я не вижу их, то, надеюсь, и они не видят меня».

Он повернулся к Руссо, которая склонилась над открытым рюкзаком. Как и она, он уже закрепил на ботинках пару снегоступов.

– Двигаемся быстро, – проинструктировала Руссо. – Не только туда, но и обратно.

Дункан промолчал. Он и не собирался оставаться снаружи дольше необходимого. Руссо выпрямилась, достав из рюкзака желтую трубку толщиной с его предплечье и такой же длины. С одного конца трубки свисал фитиль.

– Здесь килограмм тротила. – Она протянула ему трубку. – Так что не мешкай.

Он кивнул, успев заметить в ее рюкзаке еще один заряд.

«На случай, если в первый раз не получится…»

Дункан потер плечо, готовясь. Руссо указала на выход:

– С этой точки я не могу оценить местность. Выйдем вместе. Я выберу место получше. А тебе стоит подтвердить навыки регбиста.

Пока она готовилась к вылазке, он успел рассказать о своих спортивных достижениях. Это не было хвастовством – скорее попыткой успокоиться.

«Я справлюсь».

Руссо еще раз взглянула в сторону открытого плато, по-прежнему скрытого клубящейся снежной пылью:

– Пошли.

Они вышли из бункера, пригнувшись, и нырнули под густую бахрому сосулек. Снегоступы помогли взобраться на обледенелый холм над входной площадкой, откуда Руссо провела его к краю обрыва над головокружительной пропастью.

Пока она изучала ситуацию, с соседнего плато донеслись резкие голоса и отрывистые команды. Тем не менее Руссо сохраняла спокойствие: потерла пальцами губы, посмотрела, щурясь, вверх и наконец указала перевязанной рукой на участок карниза между бункером и обрывом.

– Туда. Сможешь забросить заряд так далеко?

– Ничего другого не остается.

– E' vero[40]. А потом бежим.

Дункан протянул ей желтую трубку. Она щелкнула зажигалкой и поднесла пламя к фитилю. Шнур вспыхнул, и огненная точка медленно поползла к заряду.

– Быстрее, – поторопила Руссо.

Дункан осторожно отступил на шаг и занес руку.

Руссо уже объяснила свой план. Работа биолога не ограничивается хорошей погодой. В рамках своего проекта она проводила многие зимние месяцы в горах и хорошо знала, сколь непредсказуемы снегопады и сколь опасны лавины. Заботясь о собственной безопасности, она научилась распознавать угрозу, предвидеть ее и действовать соответственно – с помощью взрывчатки вызывать сход лавин и тем самым снимать давление на склонах. Дункану оставалось лишь положиться на ее компетентность и надеяться, что она правильно все просчитала.

Состроив подходящую случаю гримасу, он прицелился, развернулся и с силой выбросил руку вперед. Занимая на поле позицию флай-хава, главного разыгрывающего, Дункан много раз исполнял похожий бросок, пас «Хейл Мэри», в надежде изменить исход игры.

«Но, конечно, ни один из тех бросков не может сравниться по важности с этим…»

В тот момент, когда горящая трубка отправилась в свой недолгий полет, раздался треск автоматной очереди, и пули высекли искры из кирпичей и камня. Их заметили.

Дункан вздрогнул и задел большим пальцем красный колпачок заряда. Трубка завертелась волчком, а сам он пригнулся, пережидая стрельбу. К счастью, расстояние и кружащийся снег мешали вести прицельный огонь. По крайней мере, пока.

Подняв наконец голову, Дункан критически оценил свой бросок. Заряд вонзился в карниз наверху и застрял в снегу. Висел он ненадежно, грозя вот-вот сорваться. Увы, попытка не достигла цели. И, учитывая, что они стали мишенями, второго шанса уже не будет.

Руссо толкнула его плечом:

– Двигайся.

Они торопливо перебрались через холм и спустились за его гребень. Пули вреза́лись в снег и рикошетили от фасада бункера. Приподнявшись, Дункан увидел, что заряд все еще висит на месте, и огонек фитиля мерцает на фоне снега. Но наблюдать за своей работой было некогда. Руссо схватила его за руку и потащила к двери бункера.

Вместе они нырнули головой вперед через порог. Мощный взрыв потряс мир и на мгновение оглушил его. Дункан проскользил по полу и перекатился, когда снежная стена с оглушительным грохотом обрушилась на проем и волна снежной пыли и льда засыпала его ноги по колено. Задыхаясь, он выполз по-крабьи из холодного плена и вытащил за собой Руссо.

К этому времени помещение погрузилось во тьму и освещалось только мерцающим заревом в соседней башне. Ледяные кристаллы висели в воздухе, отражая пламя и напоминая горящий пепел.

Дункан уставился на снежную стену, блокирующую выход. Сквозь нее пробивался слабый свет. А значит, преграда была не такая мощная, какой могла бы быть, будь его бросок точнее.

Руссо похлопала его по ноге:

– В следующий раз получится лучше, sì?

– Уж лучше пусть его не будет, – пробормотал Дункан и поднялся. Да, бросок получился не очень, но теперь врагам будет труднее прорваться внутрь.

Он повернулся к Руссо и помог ей подняться:

– Вы выиграли нам время. Как и обещали.

– Но ненадолго.

Дункан кивнул в сторону лестничного пролета:

– Я спущусь и предупрежу остальных. Они, наверное, гадают, что случилось.

– Хорошо. Я покараулю здесь. – Руссо огляделась. – И поосторожнее с Катчем. Он где-то здесь и, скорее всего, не в настроении.

«Нас таких двое. – Дункан взглянул на снежный завал. – А может быть, и больше…»

56

11:19

Насупленный, с красным от злости лицом, Кир протопал под медленно вращающимися лопастями. Пилоты держали двигатели на малых оборотах, чтобы их не заклинило на холоде. Пригнувшись, он выбрался на площадку и направился к капитану Ферхату.

– Что будем делать? – прокричал Кир, стараясь перекрыть рев трех работающих на холостом ходу машин.

Ферхат изучал занесенную снегом стену бункера в бинокль.

– Секунду, – бесстрастно произнес он.

Кир попытался понять по выражению лица капитана, что тот думает, но его черты скрывали поликарбонатный козырек шлема и черная балаклава – как и у всех тринадцати бойцов его команды.

Кир поежился. На нем была парка в комплекте со шлемом, специально заказанные для этой экспедиции. В качестве дополнительной предосторожности он носил под паркой кевларовый бронежилет. Но ни то ни другое не спасало от обжигающего щеки холода. Вращающиеся лопасти взметали мелкую снежную пыль, и каждый вдох был словно вброс льда в легкие.

По крайней мере, этот ублюдок Тиссо страдал так же. Кардинал и его молодой спутник обсуждали что-то шепотом, прижимаясь друг к другу так, будто собирались поцеловаться. Кир не стал снабжать