каждой схеме — одно и то же слово для женщины, если она нужна не как человек, а как доступ.

Рейнар улыбнулся.

Очень медленно.

Очень страшно.

— Попробуй еще раз назвать так мою жену.

И даже я на секунду почувствовала, что сейчас кто-то действительно умрет.

Охотник не успел ответить.

Потому что сзади, из другой арки, ударил свет.

Не белый.

Золотой.

Слишком знакомый по двору.

Маг короны.

Я резко обернулась.

И увидела не только его.

За спиной мага стоял Эйден.

Лицо холодное. Глаза темные. И никакого удивления от того, что западное крыло уже полно охотников.

Сердце ухнуло вниз.

— Он знал, — сказала я.

Рейнар не обернулся.

— Да.

Теперь картина сложилась полностью.

Не двор отдельно.

Не охотники отдельно.

Не принц со своей сделкой отдельно.

Он не просто знал.

Он тянул время.

Пока они войдут.

Пока нас прижмут в западном крыле.

Пока можно будет или забрать меня, или вынудить нас принять его условия.

Сделка на одну ночь.

Какая же я дура, что вообще допустила хоть крупицу сомнения.

Эйден посмотрел прямо на меня.

И голос его прозвучал почти мягко:

— Леди, не делайте глупостей. Они пришли не по приказу короны. Но я все еще могу остановить бой. Вы идете со мной — и Черное крыло останется цело.

Вот оно.

Ультиматум.

Классический. Чистый. Без маски.

Я почувствовала, как во мне что-то окончательно становится твердым.

— Пошел к черту, — сказала я.

Тишина в коридоре длилась ровно секунду.

Потом все взорвалось.

Охотники рванулись вперед снова. Маг поднял руки. Варн закричал откуда-то сбоку. Дом ответил гулом в стенах.

А я вдруг почувствовала, как сверток Лиары в моих руках нагревается.

Сильно.

Слишком.

Я опустила взгляд.

Ткань начала тлеть красными искрами изнутри.

— Рейнар!

Он обернулся ровно настолько, чтобы увидеть.

И вот тогда я поняла: whatever there is inside this сверток, именно за ним все и охотились.

Не только за мной.

За этим тоже.

Глава 24. Муж, которому я начала верить

Сверток в моих руках нагрелся так резко, будто под тканью проснулось живое сердце.

Не метафорически.

Я действительно почувствовала пульс — короткий, сильный, горячий. Красные искры пробежали по складкам ткани и впились мне в ладони без боли, но с таким ощущением, будто предмет внутри узнавал меня не хуже дома.

— Рейнар!

Он обернулся.

На секунду.

Но этой секунды хватило, чтобы все изменилось.

Охотники поняли, что именно у меня в руках.

Я увидела это сразу — по тому, как трое из них одновременно сменили траекторию. Им уже не нужна была я сама. Не прямо сейчас. Им нужен был сверток.

И это оказалось даже хуже.

Потому что если до этого я была целью как женщина, как кровь, как ключ, то теперь в руках у меня оказался еще один ключ. Возможно, важнее.

— Не отдавай, — сказал Рейнар.

Голос прозвучал так жестко и ясно, будто выбил все посторонние звуки на шаг назад.

— Даже не собиралась!

Один из охотников рванул ко мне первым. Не с мечом — с коротким, узким лезвием и той самой выверенной скоростью людей, которые берут живое быстро и без сантиментов. Я успела только прижать сверток к груди и отскочить к стене.

Не успела бы.

Но между нами уже оказался Рейнар.

Он двигался не как человек.

Я это уже видела раньше. Во дворе. В лесу. У окна после магического удара. Но теперь, в узком коридоре западного крыла, среди красных прожилок в камне и древнего огня дома, это было страшнее и чище.

Он не вытащил меч.

Ему не понадобилось.

Одной рукой перехватил запястье охотника, второй ударил в грудь так, что того отбросило к стене, словно не человек бил, а сам коридор выплюнул врага обратно. Под кожей шеи и виска полыхнули знакомые огненные линии. Тень за его спиной снова стала неправильной — слишком большой, слишком крылатой, слишком живой для простой тени.

Маг короны уже поднял руки выше.

Плохо.

Очень плохо.

Эйден стоял за ним и не двигался, будто все еще надеялся, что я в последний момент решу, будто его вариант — меньшее зло.

Ненавижу таких мужчин.

Тех, кто подает клетку как спасение.

Сверток в моих руках пульсировал сильнее.

Я прижала его крепче и почувствовала, как под тканью что-то твердое сдвинулось, словно предмет внутри хочет раскрыться.

— Что ты такое? — выдохнула я себе под нос.

Ответ пришел не словами.

Вспышкой.

Красная комната. Руки Лиары. Ее лицо в полутени. Она заворачивает что-то в ткань, шепчет: «Не дому. Ей». И прячет в нишу под зеркалом. Потом — взгляд прямо в пустоту, прямо туда, где когда-то окажусь я. И очень тихо: «Когда он снова не поверит себе, пусть поверит тебе».

Видение ударило и исчезло.

Я резко вдохнула.

Пусть поверит тебе.

Речь шла не только о свертке.

О нем.

О Рейнаре.

О том, что Лиара знала его слабее и, возможно, точнее, чем он сам готов был признавать.

Один из охотников снова кинулся ко мне.

На этот раз сбоку.

Я не успела крикнуть.

Но пол под его ногами вспыхнул багровой линией, и камень взорвался узким языком огня. Охотник отлетел назад с проклятием на каком-то незнакомом языке.

Дом.

Дом защищал не только Рейнара.

Теперь — и меня.

Эйден заметил это.

Вот теперь по-настоящему.

Я увидела, как в его глазах впервые за весь день мелькает не расчет.

Тревога.

Потому что дом выбрал сторону.

И это была не корона.

— Леди! — крикнул он. — Ты не понимаешь, что держишь!

— Зато прекрасно понимаю, кто ты такой! — выкрикнула я в ответ.

Маг короны все-таки ударил.

Не в меня.

В сверток.

Тонкая