— Я ведь уже говорил, вам Виктория, что смогу найти вас во что бы то ни стало и где бы вы не были. Моя печать вас не только защищала от магии профессора Валеорона. Она ещё и мне помогает чувствовать вас. Особенно, если вам грозит опасность.

Я непонимающе взглянула на свою руку. На запястье не было ровным счётом ничего. Вновь насмешка?

— Ваша печать сошла. Разве нет? Вы её сняли.

— Я всего лишь сделал её невидимой. Маленький фокус. Зато Хьюберт поверил, что нас больше ничто не связывает.

Я потерла руку. Печать не проявилась.

— Я её не вижу.

— А вам необязательно её видеть. Достаточно просто знать, что она есть. И что я смогу вас найти везде, куда бы вы не отправились.

Я всхлипнула и уткнулась в ладони.

— Я уже никуда не отправлюсь. И вы тоже. Мы умрём здесь, в этом подземелье. Ваша рана кровоточит. Вытащить кинжал я не смогу. Боюсь, что кровь пойдёт сильнее.

Лорд Андервуд застонал, когда попытался поменять положение. Я встрепенулась и постаралась помочь ему устроиться поудобнее.

— Я хотела спросить, как же вы выбрались из камеры? Ведь решётка была зачарована. Магия ваша в камере была бессильна. Вас выпустил Генри Дженкинс?

Лорд Андервуд, несмотря на боль, усмехнулся.

— Эти негодяи бежали словно крысы с тонущего корабля. Нет, Виктория. Меня спасло ваше заклятие «СимСимусАлора». Только вы опять что-то перепутали. Ваше заклятие отворило не просто решётку в подземелье. Оно отворило все двери в радиусе своего действия. Ваша сила и искреннее желание сделали свое дело. Прутья рассыпались и мы с Его Высочеством, выбрались на свободу.

Я обрадовалась. Даже заулыбалась.

— Значит принц жив? Какое облегчение!

— Жив. Мы с ним расстались там, в подземной тюрьме. Он отправился наводить порядок в Академии и собирать войско. А я отправился за вами.

Я вздохнула с облегчением. Села у стены и не спрашивая разрешения у лорда Андервуда подорожала его голову к себе на колени.

— Принц жив, злодеи повержены, восстание нежити не состоялось. Разве это не чудесно? Жаль, что насладится плодами наших трудов нам не удастся.

Лорд Андервуд тихо застонал, но мужественно сжал зубы.

— Ради таких моментов, я готов ещё раз сразиться с врагами, Виктория.

Я взглянула в бледное лицо лорда Андервуда.

— Ради каких моментов?

Мужчина замолчал. Лишь внимательно смотрел мне в глаза. Я прикусила губу, чтобы не торопить его с ответом. Было видно, что лорду Андервуду крайне тяжело даются объяснения.

— Ради тех, когда вы смешно морщите носик. Или когда начинаете икать в момент испуга. Или тех, когда от негодования краснеют ваши щеки. А может ради того момента, когда вы зовете меня просто по имени.

Я стушевалась.

— Я вас назвала по имени всего один раз.

Лорд Андервуд тихо засмеялся, хотя это далось ему очень непросто.

— Зато какой.

Я отвела глаза.

— Виктория, я бы хотел ещё раз услышать из ваших уст свое имя. В последний раз.

Я всхлипнула. Попыталась сдержать слезы, но не получилось. Пара капель сорвались с ресниц и побежали по щеке. Я смахнула их, чтобы не мешали разглядывать бледное лицо лорда Андервуда. Лицо мужчины, которого я так отчаянно любила и который бледнел все сильнее.

— Прошу! Не умирайте! Давайте я попробую вытащить кинжал! И постараюсь перевязать вас как можно туже.

Лорд Андервуд с трудом, но покачал головой.

— Нет, Виктория. Это не поможет, лишь приблизит мой конец. А я ещё не успел сказать вам самого важного…

Я уже не стыдилась своих слез. Они бежали по щекам, затуманивая взгляд и приходилось, все время смахивать их, чтобы не мешали.

— Молчите! Экономьте силы.

— На что они мне сейчас? Виктория, я давно должен был сказать вам… Тебе. Ты удивительная. Непредсказуемая. Волнительная. Красивая.

— О! Лорд Андервуд, у вас предсмертная горячка! И галлюцинации.

— Нет. Я вижу ясно. И вижу перед собой удивительную красавицу. С глазами, что так похожи на молодую траву. И с улыбкой, что может растопить самое холодное сердце. Моё.

Я погладила мужчину по волосам.

— Прошу, не слова больше! Иначе я умру раньше вас от разрыва сердца!

— Виктория… Вики. Как жаль, что я не нашёл в себе силы и не сказал тебе все это гораздо раньше. Ведь ещё там, в Эорвинне я понял, что ты та-кто сможет проникнуть в моё сердце. Мне казалось, что это сделает меня уязвимым. Я — глупец! Любовь не может ослабить. Она может лишь укрепить, дать силы и превратить человека практически в неуязвимого. Любовь. Это так прекрасно. Жаль, я понял это слишком поздно. Я следовал дорогой моей матери. Думал, что отстраняясь и закрываясь от любимого человека, я, тем самым, оберегаю его. Но нет. Я был неправ. Готов признать это. И сказать, что люблю тебя, Виктория Хейз. С первой встречи. Там, на летней поляне, полной луговых цветов. Но я ушёл. Уступил место другому. Ведь Арвин сказал, что, вы помолвлены. И я не решился бороться за свою любовь. Решил, что ошибся. А после случилось то восстание нежити. Виктория, мне жаль, что твой отец погиб. Я пытался помочь, жителям деревни. К сожалению, я просто не успел спасти всех…

Я закрыла лицо руками и зарыдала.

— Арвин во всем виноват! А я думала, что это вы! Оказывается, Арвин пробовал свои силы в некромантии и поднял нежить, но упокоить не смог. Сил его не хватило на это. А у вас хватило! И вы не признались никому, что благодаря вам большая часть жителей была спасена? Почему?

Лорд Андервуд промолчал. Я взглянула на него и ахнула. Над верхней губой мужчины выступила капелька пота. Глаза его были закрыты, а веки подрагивали. Дыхание было тяжёлым. Каждый вздох давался с трудом.

— Грейт! Пожалуйста, не умирай! Я готова делать все, что скажешь! Копать могилы, бегать от умертвий, варить зелья, не варить кофе, терпеть твою маму. Все что угодно, только не оставляй меня! Я не смогу без тебя жить. Уже не смогу. Без твоей вечной ухмылки. Никто так не может хмурить брови как ты. Никто не смотрит на меня как ты. Никто. Только ты. Я тебя люблю. Слышишь, Грейт?

Ответом мне была тишина.

Глава 39

Лорд Андервуд лежал на моих коленях без сознания. Лишь слегка приподнимающаяся мужская грудь под моей ладонью свидетельствовала, что мужчина ещё жив.

Я зарыдала в голос. Уже не стесняясь своих слез. Мой плач отражался от свода подземелья и казалось, что плачу я здесь не одна. В