Арвин не обратил на меня никакого внимания. Он был сосредоточен на читаемом заклинании и мне пришлось тронуть его за рукав. Парень сбился с ритма и запнулся на очередной строке. Он резко дернул рукой и зло процедил:

— Какого черта, Тори, ты творишь? Я с таким трудом подчинил с десяток умертвий. Сейчас паутина заклятия пала! Все из-за тебя!

— Из-за меня? Возможно, ты переоценил свои таланты? И подчинить себе нежить без помощи лорда Андервуда ты не в силах? Поднять нежить в Эорвине ты сумел! Но вот обуздать ее ты тогда не смог! Мой отец погиб из-за тебя, негодяй! А сейчас могут погибнуть сотни и тысячи невинных горожан! И наш принц! А ты говоришь, что это я виновата⁈ Мерзавец! А ну, бери себя в руки и твори свою магию, некромант! У нас мало времени и моих сил не хватит!

Арвин хотел что-то крикнуть мне в лицо, но сжал зубы и отвернулся. Я же закрыла глаза и потянула серебряные ниточки. Магические потоки хлынули в зал, где народ пребывал уже в панике. Маги-дознаватели метались по Академии, разыскивая принца Лотрана. Его пропажу уже невозможно было скрыть. Адепты, преподаватели Академии и приглашённые гости, нервно перешептывались, заламывая руки и высказывая самые страшные предположения.

А когда то тут, то там адепты стали падать в обморок, толпа и вовсе запаниковала. Преподаватели пытались восстановить порядок. Но кое-кто из адептов уже устремился к выходу. Двери ожидаемо были под охраной. И приказа выпустить студиозусов не поступало. В итоге паника нарастала и грозилась перерасти в коллективное безумие. Кое-кто выкрикнул предположение о том, что принц скорее всего уже мертв, иначе бы давно появился на балу. От этой новости дамы закатили глаза и дружно попадали в обморок под ноги своим кавалерам. И не своим тоже, подставляя тем самым подножку. Началась сумятица. Отдавленные конечности, вырванные куски платьев, синяки и ушибы-все это и многое другое под бодрую музыку ничего неподозревающих музыкантов, превратило бальный зал в ристалище.

В этой неразберихе мои серебряные ниточки шныряли по толпе, выискивая мало-мальски ценные магические дары. Травницы, зельевары, и другие непригодные для меня сейчас адепты, оставались нетронутыми. А вот боевые маги Его высочества мне вполне подходили.

Когда один из магов в алой мантии со знаком Королевского дома рухнул на колени, остальные быстро сообразили и создали вокруг него барьер. Невидимый враг высасывал магию у сотоварища прямо у них на глазах.

— Измена! — крик главного мага Его Высочества заставил толпу приглашённых гостей завопить на разные голоса. Адепты остались позади своих преподавателей, которые кинулись к дверям, обгоняя своих же студентов. Двери брали штурмом. По всем канонам фортификационной науки. Сначала с флангов, потом центральные двери. Первыми были ликвидированы гвардейцы, охраняющие вход. Потом маги, которые пытались остановить толпу. Но магический купол не давал им возможности применить магию в полной мере.

Мои серебряные ниточки оплели ногу одной из визжащих девиц. Та покачнулась и свалилась на руки одному из гвардейцев. Тот от неожиданности выронил свой мушкет. Как на зло, заряженный. Выстрел прозвучал слишком громко и был подобен грому среди ясного неба. Толпа застыла ровно на одно мгновение, а потом, с визгами и воплями, кинулась на выход.

Главный маг-дознаватель не выдержал такого напора. Старика снесло с ног. Его посох выпал из рук. Упал под ноги беснующейся толпе и покатился по каменному полу. На самой вершине посоха мигал ярко-синий кристалл. Тот самый! О нем говорил профессор Валеорон. На этом кристалле завязана магия защитного купола! Вот его то мне и нужно разбить.

Но я здесь, в подземелье. И моя магия не дотянется до посоха. Все, что происходило там, наверху, я чувствовала благодаря магическим серебряным ниточкам. Как дотянуться до него? Заставить визжащую девицу в парике наступить на кристалл?

Мои мысли резко оборвались и я распахнула глаза, когда Арвин толкнул меня локтем.

— Я не справлюсь, Тори… — прохрипел Арвин. Воздух был сух и от этого начинали трескаться губы. Горло пересохло. В глаза будто песок насыпали.

— Арвин, ты не в праве сдаться. Ты должен попробовать ещё раз.

— Их слишком много, Тори! Я не смогу!

Я положила руку на спину Арвину.

— Давай пробовать вместе…

Я прикрыла глаза. Серебряные ниточки истончились и это меня напугало. Жизненная сила профессора Валеорона утекала словно вода сквозь песок и магия его иссякала. Мне стоило поторопиться, иначе я останусь совсем беззащитна.

Потянув одну из ниточек, я представила перед внутренним взором лицо лорда Андервуда. Его строгие, красивые черты. С неизменно нахмуренными бровями.

— Помогите…

Ниточки нашли его. Опутали. Проникли под кожу, нашли источник его силы. Он был такой мощи, что я пошатнулась. Да Арвин ему и в подметки не гордиться! Все это время лорд Андервуд сдерживал свою силу и никогда не применял её полностью. Магия в нем бурлила и искала выхода. А мужчина все время боролся с ней, пытался подчинить. Это стоило ему колоссальных усилий. И оттого он всегда был в напряжении.

Я зачерпнула его магию и она побежала по моим венам. Добежала до кончиков пальцев и потребовала выхода.

— Арвин, повторяй слова за мной!

Я шагнула вперёд и теперь Арвин стоял за моей спиной. Слова древнейшего заклятия, которому меня обучил лорд Андервуд в ту ночь на кладбище, сорвались с моих уст. Я почувствовала, как сила лорда Андервуда потекла сквозь пальцы. Как туманные змейки, послушные моей руке, ринулись вглубь подземелья, вгрызаясь в истлевшую плоть нежити. Вой наполнил туннель и тьма, скрытая внутри, зашевелилась, заворочалась, приходя в неистовство.

А потом на нас обрушилась настоящая лавина из магов-отступников!

Сначала на свет высунулась чья-то нога, потом вторая. Потом подтянулось тело, обряженное в истлевший балахон. Умертвие злобно завыло и протянуло к нам свои истлевшие руки.

Вслед на ним потянулись и другие. Один за другим они выходили к нам и в свете мерцающего фонаря их оскаленные, перекошенные лица вселяли животный ужас. Нежить потрясала конечностями и тянула к нам свои скрюченные пальцы.

— Арвин! Поднажмем! — туманные змейки хватали умертвия за ноги и опрокидывали навзничь.

Те барахтались на каменном полу, теряли кости, шарили по плитам в надежде найти свои. Находили. Но кто руку вместо ноги поставил, кто голову задом наперёд, кто вообще челюсти лишился. Толпа нежити увеличивалась и сдерживала их только пентаграмма, вычерченная профессором Валеороном.

Руки тянулись ко мне со всех сторон. Пустые глазницы смотрели зло, с затаённой мечтой добраться до моей шеи.

— Прочь! Вы все тут поляжете! Прочь! Отправляйтесь туда, откуда пришли! — я метала туманных змеек