сделаю тебе массаж твоих прелестных уставших ножек, а потом расслабляющую ванну. Тебе вредно так долго быть на ногах и нервничать, малыш, наверное, тоже утомился, – по-собственнически гладит мой живот.

Да чтоб его.

– Вы такие милые! – пищит Света. – Правда, Илья? – дергает Воронова со стекленеющим взглядом. – мы тоже скоро такими будем! – и кладет его руку на свой еще плоский живот.

Я вижу, как Илья закрывает на мгновение глаза, будто ему нож под ребра вставили. Лицо вздрагивает на мгновение.

– Обязательно, – натягивает улыбку.

– Ну все, мы поехали! Не будем заставлять Полину страдать! – тянет меня Толкунов.

– Я тоже хочу поздравить! – вырываюсь в последнюю секунду, вцепляюсь неожиданно в Свету, обнимаю за тощие плечи, – будь счастлива, дорогая! Поздравляю! – с трудом не отталкиваю, а просто отодвигаюсь и теперь обнимаю Илью, целую его в щеку. – Поздравляю, Илья! Я желаю тебе самого большого счастья с женщиной твоей мечты!

И пусть это сарказм, но дело тут совсем не в нем. Потому что…

– Найди моего брата, у него твой разбитый телефон, ты оставил его на месте аварии… – шепчу быстро-быстро в его ухо.

А потом отрываю от него руки и смотрю последний раз в глаза. Взгляд Ильи меняется, мечется по мне, пытаясь понять.

Почувствуй меня, Илья! Пойми! Спаси себя из этой ловушки!

Глава 41

Илья

– Найди моего брата, у него твой разбитый телефон, ты оставил его на месте аварии… – шепчет она, и я вздрагиваю от этого шепота.

Отстраняется и застывает на долю мгновения, глядя мне в глаза. А у меня от этой внезапной близости вдруг перехватывает дыхание. И дело даже не в ее духах, и не ее сногсшибательном восхитительном виде сегодня.

Это все и сразу. Глаза. Голос. То, с каким внутренним надрывом звучат ее слова, а глаза не светятся, даже когда на губах улыбка.

Мне больно смотреть на нее. Не могу себя заставить что-то изменить в своем обугленном нутре. Не могу!

Меня просто больше не отпускает, с момента, как я бросил пить таблетки. Мои эмоции невероятно тяжело держать под контролем.

Что бы я ни делал, как бы ни старался отвлечься, с каждым днем все хуже. Видеть Полину сегодня такой красивой почти невыносимо. Помешательство на пике. Невзирая на мой выбор.

И ее выбор Игоря!

А слова ее еще больше сбивают с толку.

Что она имела в виду? Почему сейчас вспомнила про телефон?

Кто из нас сошел с ума?

Но она исчезает быстрей, чем я успеваю переспросить. Растерянно смотрю в спины, удаляющихся Игоря и Полины, шум вокруг словно становится громче.

Разве не этого я хотел? Настаивал, чтобы она образумилась и вспомнила, что рядом с ней уже есть любящий и надежный человек, который готов взять на себя ответственность за нее и ее ребенка.

Правда, это было до того, как я узнал, чей это ребенок.

Но ведь вспомнила о нем! Выходит замуж.

И намного быстрей, чем я мог бы ожидать. Впрочем, кто бы говорил, да?

– Как все замечательно получилось! – Лана обнимает меня за шею и пытается поцеловать.

– Лан, не надо, – осторожно отстраняю ее за талию, – здесь это не уместно. Я все еще публичное лицо на официальном мероприятии.

– Прости, прости, – соглашается сама и поправляет воротничок моей рубашки. – Так сложно удержаться. Я уже говорила, что ты у меня сегодня самый красивый мужчина в этом здании? От тебя не могут отвести ни глаз, ни объективов! Всех затмил! Так горжусь тобой!

– Поэтому устроила мне такой сюрприз? – прорывается сквозь «пластиковую» маску мое раздражение. – Что за экспромт? Мы даже не обсуждали дату свадьбы. А ты уже объявляешь об этом пред прессой!

– Я хотела тебя порадовать! Сделать сюрприз! Ты что, злишься на меня? Тебе не понравилась эта идея? – ее лицо меняется на расстроенное, – мне показалось, что ты будешь рад. Мы же и так это планировали.

– Да, но не на следующей неделе! Это же не поход в театр или ресторан, такие вещи планируют заранее! – понижаю голос, чтобы не слышали посторонние.

– Но Илья, – поднимает брови с несчастным видом, – я хотела как лучше. Мы же все равно все уже решили, а тут появилась такая замечательная возможность. Одни хорошие знакомые Игоря сообщили, что в следующую субботу можно устроить церемонию в загсе. Там отменилось одно мероприятие, и они готовы даже две пары поженить. Он уже обо всем договорился. Правда здорово? В центральном, там так красиво!

– Мы вообще планировали просто расписаться, без церемоний и банкетов, – отвожу ее в сторону, подальше от любопытных ушей.

Несмотря на то что презентация продолжается, лично я уже смылся бы с нее. Особенно учитывая обстоятельства и не самый приятный сюрприз, в который меня макнули как в ледяную воду. Только желтой прессы мне терпеть не хватало смаковать наши семейные разборки.

– Ну и распишемся! Все именно так, как ты хотел, – Лана с воодушевлением повисает на моем локте, – тихо, без шума на всю столицу, – только мы с тобой и наши самые близкие люди. Ты же знаешь, что ближе брата у меня сейчас никого нет. После того как родители улетели жить в Израиль, он практически мой единственный родственник в Москве. Тем более, он ведь и сам женится. Или погоди, – тормозит меня, – ты не хочешь, чтобы это была двойная свадьба?

– Дело в другом, – пытаюсь сделать невозмутимое лицо, хотя сам факт присутствия на свадьбе Полины заставляет меня ломаться изнутри.

Так не должно быть. Я ее отпустил. Она меня отпустила!

– А что тогда? – прищуривается с подозрением, – или ты не хочешь видеть, как Игорь возьмет в жены твою Полину? – вдруг срывает ее.

У меня просачиваются мысли на лоб?

Приехали!

Черт возьми, вот под этим углом обязательно меня рассматривать? Я и так едва отошел от мысли, что у Полины мой ребенок. Меня корчило от этого открытия еще пару дней, прежде чем я смог взять себя в руки и вернуться в нормальную жизнь. Вернуться к Лане, как и планировал.

Впрочем, Лане я об этом не стал говорить, она и так безумно ревнует, и я могу понять ее чувства. Пусть доломанным будет только дин из нас. Я же планирую все починить.

Планирую, черт возьми!

А Игорь наверняка уже знает и его решение на ней жениться абсолютно осознанное. Он сам говорил, что должен поступить как настоящий мужчина. В его словах я теперь вижу смысл, что принять и чужого ребенка. Он был готов к этому с самого начала.

Иначе и