долгие годы. И да, вокруг сильного лидера всегда блуждает множество слухов и очерняющих сплетен. Так было и всегда будет. Со мной могут работать не все, потому что я выбираю только лучших. У меня достаточно опыта, чтобы разглядеть в вас талант. И я готов эквивалентно вознаграждать его зарплатой. Синтия О'Гейл, я хочу пригласить вас в увлекательное путешествие, в котором мы с вами будем делать бизнес по-американски. Вы сможете выйти из игры, когда захотите. И помните, я ни к чему вас не принуждаю. – Он кладет передо мной ручку и делает глотки воды из прозрачного стакана.

* * *

Почему я обязана была нарваться на обаятельнейшего из злодеев? Почему истинное зло так притягательно и всегда так сладкоречиво? Я ведь понимаю, что все кругом обман, но почему я не унесла отсюда ноги, а осталась и слушаю экскурсию от этого пленяющего своим холодом и абсолютным отсутствием эмоций босса? Любопытство – порок. Я иду за Коулом исключительно из желания выведать, что ему на самом деле от меня нужно, ведь понимаю, что просто так ничего не бывает. Но я даже не задумываюсь, чем придется заплатить за утоление этого зудящего любопытства.

Если я всего лишь похожу по офису и пообщаюсь с людьми, ничего ведь страшного не произойдет? Я всего лишь на деле проверю, какой Коул человек. И все, не больше.

Только завидев босса, клерки расплываются в улыбках и с радостью сообщают ему о результатах проделанной работы. Женщины так и вовсе чуть ли не пускают слюни, влюбленно смотря на него. Я спрашиваю некоторых с глазу на глаз, и все как один твердят, что Коул лучший начальник на их памяти.

По прошествии двух часов я обошла все три этажа, в которых расположился офис. Коул то лично показывал мне все, то делегировал кому-то из подчиненных. Все были приветливы и вежливы. Никто не подал мне знак бежать, никто не передал записку, на которой было бы написано SOS, никто не проговорился о том, что дела компании и личность босса не так однозначны.

Но ничто не изменило моего убеждения – отсюда нужно уносить ноги. Ведь слова Кларка я не забыла. Он говорил, что его брат высасывает из приобретаемых компаний, успевших сделать себе имя и заработать доверие клиентов, все до последнего цента. Коул, как объяснял Кларк, беспрестанно оптимизирует процессы и сокращает донельзя штат, заставляя всех работать до изнеможения. А потом он бросает когда-то перспективную компанию, уничтожив и обобрав ее. Боюсь, всех этих ничего не подозревающих бедолаг в этом офисе ждет то же самое. И сегодняшняя приветственная вечеринка – часть напускного очарования. Пыль в глаза. Райское начало, а в конце компанию ждет сошествие в сам ад.

Прежде, чем уйти, я хочу объясниться с Коулом лично. Поезд, на который я планирую успеть, отходит через час. Мне стоит поторопиться, чтобы благополучно вернуться в Бостон.

Возвращаюсь в его кабинет и стучу. Мне позволяют войти, и только я открываю рот, чтобы поблагодарить за потраченное время и навсегда попрощаться, как мой взгляд стопорится об огромную бордовую подарочную коробку, которая стоит прямо на стеклянном столе.

– Это для вас, – объявляет Коул до того, как я успеваю произнести хоть что-то.

– И что это? И зачем?

– Синтия, мои дорогие подчиненные, которые могут стать и вашими, решили, что просто вечеринка в загородном доме – слишком скучно. А потому у нас корпоратив в стиле двадцатых годов прошлого века. – Он подходит к коробке и поднимает крышку. – Знаете, Синди, а я ведь знал, что вы приедете. И догадывался, что останетесь и на вечер, когда я покажу платье, что приобрел лично для вас.

Его пальцы достают из коробки черную шелковую ткань. Коул показывает мне платье с откровенным разрезом на бедре и рукавами длиной в три четверти, на краях которых располагаются черные искусственные перья. Ткань расшита мелкими черными бусинами. Для стиля двадцатых тяжеловатый образ. А туфли… Коул достает их из бордовой коробки, и на них нет свободного места – они полностью расшиты серебристыми мерцающими камешками. Туфли хоть и выглядят причудливо, но не сказать, что они совсем уж нелепые или отталкивающие. А вкупе с этим полностью черным платьем смотреться будут даже неплохо.

Коул поднимает из коробки длинный черный мундштук и спрашивает:

– Курите?

– Нет.

– И я тоже. Не люблю курящих. С такими редко срабатываюсь. А вы все больше нам подходите, Синтия. – Впервые я вижу, как Коул улыбается. И от этого зрелища пробирает холодом. – Кстати, я хоть и не курю, но в алкоголе завидно хорошо разбираюсь. Найдите меня вечером на мероприятии, и я угощу вас винами, которые будут поданы тайно, только особым гостям. И помните, я ни к чему вас не принуждаю. И вы ничего не останетесь мне должны. Однако приходите вечером, и мы вместе неплохо проведем время. Время – самое дорогое, что есть у человека. А вы, как я уже заметил, знаете толк в том, как весело его провести.

Глава XXIX. Всего лишь мои чувства

Кларк

В этот раз все точно будет по-другому. Я верю в это. Коул очень близкий мне человек. Он моя плоть и кровь. Он не может снова предать меня. Особенно когда дело касается женщины, которая так дорога мне.

Когда я чуть не женился на Дженет, именно Коул вскрыл факт ее измены. Если бы не старший брат, я бы совершил ошибку всей жизни, женившись на женщине, которая меня предала.

Мой брат, пусть и ужасный человек, пусть я почти его не понимаю и в чем-то даже боюсь, не желает мне зла. Ведь он мой родной человек. Я хочу верить ему. Хочу верить в то хорошее, что в нем есть. Даже несмотря на то, что у нас очень сложные взаимоотношения и частые конфликты.

В том нашем телефонном разговоре Коул сказал, что Синди не вызвала у него доверия. Не знаю как, но он понял не только то, что она не Макфи, но и то, что у меня к ней есть чувства. В том нашем разговоре Коул припомнил историю с Дженет и то, что не хочет, чтобы я «тратил свое время на женщину, которая не стоит и одной моей минуты». Брат любит меня, но он ужасный человек, и потому любовь его несколько иная. Он хочет сковырнуть подноготную каждой, к кому у меня есть чувства. Ради моего же блага.

Я знаю, что моя семья ненормальная, но другой у меня