собственных кулаков! А если речь о волчицах Жоке и Мике, то с ними я вообще разберусь одной левой. Основная проблема будет даже не в Би-йо, а в отце малышки Мэри.

Ну, в том плане, что, если он действительно начнет заступаться за ведьму и ее приплод, мне придется вразумлять его стулом по уху, караваем в лоб, пивной кружкой по башке и ботинком дважды по детородным органам…

Хотя не страшно, у него ведь уже есть дочь? Ну, доведет меня, и детей больше не будет! Усыновляй или удочеряй, иных вариантов у тебя не останеться, людишка с бородой. Даже не надейся, не надо. Я сейчас очень не в настроении…

Мы вышли единой бандой. Впереди я, на шаг сзади сумрачный кот, и плывущее над полом неумолимое привидение монашенки замыкало группу. Не знаю, где сейчас она спрятала тот медный крестик. Но осознание того, что он более не в чужих руках, делало сестру Елизавету по-настоящему сильной.

Вовсе не хотел бы оказаться на месте того, кто дерзнул бы встать у нас на пути! Мы были столь разными, что остановить всех троих одновременно было невозможно никаким на свете оружием. Кроме, возможно, ядерной бомбы!

Но это вообще не вариант, ибо так накроет уже весь Нижний, а кому оно надо?

Проблемы начались, когда мы спустились в подвал и вышли к той самой двери.

– Минуточку, а-а ра-азве не должна-а мига-ать зелена-ая ла-ампочка-а?

– Тиран, какая разница?! Прем вперед, Мэри в опасности!

Что ж, кот послушно толкнул дверь лапой. Сноп искр, грохот, треск – и перед нами встал идеально круглый пушистый рыжий шар с изумленными зелеными глазами:

– Ма-ак, прости, я па-ас…

Откатив беспомощного котяру в сторону, я посмотрел на красную лампочку, разбежался, плечом вдарил по двери и сам очутился на полу. Волосы дыбом, перед глазами разноцветные круги, килт встал как балетная пачка, но зато вся одежда мгновенно высохла.

– Они включили электрическую защиту, никому живому здесь не пройти, – хладнокровно подмигнула мне сестра Елизавета. – Но, кажется, я смогу их удивить…

…Умение проказника находить друзей чаще всего достойно восхищения. Хотя бы уже потому, что враги находят их сами, быстро и целенаправленно. Да и вы сами, если дочитали до этих страниц, уже наверняка сто раз подумали, что заводить в доме проказника куда опаснее, чем деятельного енота или обезьянку бонобо.

Животных всегда можно попробовать приманить печеньками и бананами, чтобы потом поймать сетью и сдать в зоопарк. В поликлинику для опытов не получится, невзирая на все влажные мечты известного почтальона…

Так вот, при открытом конфликте даже самый неопытный проказник скорее уже сдаст вас! Но не в поликлинику или зоопарк, а в психиатрическую больницу. Где ваш опыт веселой, хоть и бесплодной борьбы с этим типом может показаться весьма небезынтересным для врачей.

Им вообще почти все интересно. Тем более когда внешне вменяемый и ранее не обращавшийся к специалистам пациент вдруг начинает нести чушь и ловить по углам маленьких рыжих человечков мужского пола, но в юбках. Которые, конечно же, на самом деле килты!

Что ж, врачей в психушке весьма трудно чем-либо удивить, и, если вам это удалось, можете смело гордиться собой. Хотя медали за такое не дают, но если вы первопроходец и до вас ни один человек на всей территории нашей необъятной родины ни разу не получал оплеухи от ирландского проказника, то…

Внимание! Фанфары! Вас внесут в Книгу рекордов Гиннесса!

И пусть изначально это были всего лишь шутливые записи бармена, разливающего черное пиво, о крутых подвигах пьяных в задницу посетителей паба, но мир изменился, и теперь самые тупые рекорды под крепким «Гиннессом» ничем не хуже списка победителей Олимпийских игр!

А кто против?

Че, выйдем, поговорим…

…Сестра Елизавета сделала плавный шаг над полом и вошла в дверь. Синие искры так и брызнули во все стороны. Весь подвал на пару минут озарился голубым, оранжевым и розовым. Нас с котом бросило в объятия друг друга!

Не знаю, что произошло, но красная лампочка разлетелась на осколки. Мы неуверенно переглянулись, а призрак монашенки уже проходил сквозь дымящиеся створки металлической двери.

Мы с Тираном нервно сглотнули, но тем не менее дружно шагнули вперед. Дверь послушно повернулась на смазанных петлях. Нас пропустили в лес. Это еще не означало полную победу, но хотя бы давало шанс уйти непобежденными!

Хотя ведь если уйти, то это и есть поражение. Всегда и везде, во всех смыслах. А нас оно ни разу не устраивало, хоть тресни! Глухая ночь, спящая чаща и мягкая трава под ногами некоторое время скрывали наше появление, но, когда из-за туч вышла луна, я остановил призрак монашенки:

– Прости, сестра, но ты сегодня просто сияешь! – Поскольку она явно приняла это за комплимент, пришлось объясниться: – Я имею в виду, что ты очень уж сильно светишься, а нам нужно подкрасться незаметно.

Девушка не обиделась, но и полностью потухнуть у нее не получилось. Договорились, что позовем привидение на помощь, как только отыщем место, выбранное ведьмой для обряда.

– Драка – мужское дело. Твой бог не одобрит, если его «невеста» начнет проливать кровь ведрами и калечить людишек.

– Ты прав, маленький герой, – не сразу, но согласилась она. – Обещаю дождаться вас тут. Возвращайтесь и не дайте им совершить непоправимое с девочкой.

Я шел впереди, пухляш, кое-как прилизав шерсть, бесшумно двигался за мной, чутко поводя ушами. И да, поскольку хруст веток под моими ботинками запросто мог выдать всю банду, Тиран сам подставил мне спину, предложив прокатиться верхом.

Я не возражал, тем более что в реальном бою вся тяжесть полноценной драки ляжет уже на мои плечи. Мой рыжий приятель, конечно же, герой, но ни разу не боксер. Две волчицы радостно порвали бы его на лоскутки в течение одной минуты.

– Поэтому не вмешивайся, они мои…

– Ты с кем ра-азгова-арива-аешь, Ма-ак? – не поворачивая головы, спросил он.

– В смысле? Я сказал это вслух?

– Да-а, и сейча-ас еще ра-аз ска-аза-ал.

– Извини!

– Тихо там, – ответили из темноты. – Вы не одни, в конце концов…

Мы замерли. Во тьме, с той стороны, тоже, видимо, поняли, что сболтнули лишнего. Спустя некоторое время часть рощицы просто съехала в сторону, как штора, и в проеме мы увидели жуткую картину. Не всю сразу, но частями…

Кто-то огородил полянку темно-зелеными тканями, образовав круг примерно в двадцать – двадцать пять человеческих шагов в диаметре. На земле была вырвана трава, и в пяти точках горели невысокие черные свечи. У каждой из