– Не грохочи так, спугнешь, – шипела Стелла Эдуардовна.

– Думаешь, он там?

– Да, твоя любимая доченька сама проболталась о его дружбе с котом.

– Ну… Тирана тут нет, – капитан сунул голову вниз, – проказника тоже.

– Загляни под лежанку, дубина!

– О, а вот тут кое-что есть! Твои?

– Отдай! – Покрасневшая Би-йо выхватила у мужа такие же красные стринги. – Точно никого?

Она приподняла миску с молоком, убедившись, что я не прячусь сзади. Ведьма и капитан выпрямились, пожали плечами и направились в сторону комнаты Мэри. Отец на ходу достал ключ, мачеха хищно оскалилась.

Я смотрел им вслед, по ноздри вынырнув из молока. Больше спрятаться было негде, а миска достаточно глубокая, потому что из нее лакает весьма крупный котяра. Тухлое яйцо! Как жить-то? Вчера был весь мокрый от виски, а сегодня молоко хоть руками выжимай…

– Вы продолжаете нарываться, людишки?

Я аккуратно вылез из миски и, хлюпая обувью, сделал пару шагов. Нет, куда там? С меня лило как из ведра, пришлось раздеться донага, попытаться хоть как-то развесить одежду на просушку и, прыгая подобно неподкованной блохе, метнуться на помощь моей Светлой Госпоже.

Голый или одетый, но драться я умею!

Однако то, что мне удалось услышать, спрятавшись за косяком, почти буквально взорвало мозг, перевернув мир с ног на голову:

– Да, я не жена твоему отцу. Мы с ним троюродные брат и сестра. Он лишь нанял меня, чтобы провести обряд возвращения твоей матери. Прости нас, девочка, мы с дочерьми были вынуждены усложнять тебе жизнь. Это совершенно необходимая проверка твоей стрессоустойчивости. Твой отец был в курсе всего. Мы долго готовились, и вот…

– Правда?

– Я намекал тебе, но не мог открыть всего, – мягко подтвердил старина, смущенно оттягивая рукава темного свитера.

– Дитя, – тяжелый, но максимально фальшивый вздох сострадания, – лучше было, конечно, все сделать вчера, но и сегодня еще есть последний шанс вернуть ее из мира мертвых. Да, тебе придется пожертвовать парой капель крови. Как и твоему отцу, кстати. Это не больно и не страшно.

– Я… я не боюсь!

– Ты умница… – начал было папа-капитан, но его перебили:

– Простите, извините! Единственное, о чем я прошу… – Сладкий голосок Стеллы Эдуардовны наполнился звенящей медью. – Уйми ты уже своего приятеля! Этот уродливый недоросток Мак О'Коннел мешает возвращению твоей нежно любимой мамочки. Он опасен, понимаешь?

– Да… – неуверенно выдохнула Мэри. – Я ему говорила, но он не слушает.

– Вот видишь… – Отец и мачеха обменялись понимающими взглядами. – Нам нужно идти прямо сейчас, Жока и Мика все приготовили в лесу. Через час вы вернетесь в свой дом уже полной семьей.

Выходя, они едва не пришибли меня дверью.

Я же сидел как оплеванный, провожая их мутным взором. В душе словно черные кошки нагадили. Подслушанные откровения двух взрослых людей расставляли все точки над британским «i». На минуточку мне даже захотелось плакать, хоть слезы и не особенно украшают наши ирландские морды…

Святое шоу, как же я был слеп и глух!

Старина делал все, чтоб восстановить семью. Он до сих пор считал себя виноватым в трагической гибели супруги. И если не нашлось никакого иного решения, кроме как обратиться за помощью к практикующей ведьме, оплатив ее услуги, то уж никак не мне его обвинять…

Он хотел добра для Мэри!

Пусть даже избрал такой опасный путь. Это вызывало невольное уважение к силе его духа. Я склонил голову. Они все оказались правы. Все, кроме меня. Тиран предупреждал, что не стоит лезть в чужие семейные дела, но я его не послушал. Как мне называть себя после этого? Да я хуже Ведра Соплей…

– Ма-ак, ты голый? – раздался знакомый мурлыкающий голос сверху. – Бесстыдник, совести у тебя нет! Было бы та-ам чем хва-аста-аться! Прикрой уже пипирку ла-адошка-ами, сюда-а идет мона-ашка-а…

Я поднял на него равнодушный взгляд. Я облажался по полной, так сказать, задрал килт и прямо на ярмарке сел задницей в корзину с яйцами! Чего мне еще стыдиться? Хуже уж точно не будет. Да, потому что хуже некуда…

– Ох, да-ава-ай я хоть хвостом тебя за-акрою!

Призрак сестры Елизаветы плыл по коридору, столь же туманный, но, как бы выразиться… гораздо более уверенный в себе, что ли?.. Ее спина была прямая, голова высоко вскинута, маленькая грудь медленно и спокойно вздымалась и опадала.

Это уже не была та зашуганная, смиренная кухарка, с которой мы познакомились в самом начале. Нет, сейчас передо мной стояла гордая и непокорная нижегородка! Такой еще рискни отдавать приказы, если руки-ноги лишние…

– Ты огорчен, тебя обидели, но на самом деле во всем, что произошло, нет твоей вины, – тихо, но твердо произнесла сестра Елизавета. – Ты был обманут, как и все мы. Видя все, не видел ничего.

– Старина, по ходу, решил вернуть к жизни погибшую жену…

– Что уже противоречит божеским и человеческим законам!

– Но Мэри согласилась и…

– Скажи правду, маленький герой: ты веришь, что злая ведьма способна на добрый поступок?

Я опустил голову, дернув сам себя за чуб. Нет, конечно не верю! Коварная Би-йо пойдет на все ради достижения своих целей, но неужели ее цель в искренней и душевной помощи страдающему отцу и его дочери? Когда и где такое было? Все сказки Изумрудного острова твердят одно: ведьма всегда опаснее колдуна, просто потому что не обязана держать слово перед мужчиной…

Так что, допустим, из подвала поднимутся лишь сама мачеха и две ее волчицы. Ведь если закрыть портал, то храбрая российская полиция никогда не найдет две могилы в волшебном лесу. Вопрос: кто же будет наследовать этот прекрасный дом, как не новая супруга по паспорту?!

– Меня обманули, как сопливого щенка лопоухого дирхаунда. – По спине пробежал холодок, но в груди начинало разгораться опасное пламя. – Сестра, умоляю тебя, на этот раз не загораживай мне путь.

– И не надейся, – чуть задрав подбородок, хмуро улыбнулась она. – На этот раз я пойду с тобой, Мак О'Коннел!

– А-а я что, рыжий, что ли? – надулся было кот, но быстро опомнился. – Э-э, ну да-а, я рыжий, и Ма-ак рыжий, и…

– Я тоже была рыжей когда-то, – вздохнуло серебристое привидение. – Одевайся, проказник, мы вполне успеем их нагнать. Ой, да ладно, отвернусь я, отвернусь…

Мне хватило ровно минуты, чтобы добежать до лежанки кота под лестницей, натянуть на себя все еще влажную одежду и объявить о полной готовности к походу. Конечно, хорошо бы водрузить на плечо маленькие маникюрные ножницы моей Светлой Госпожи, но я слишком поздно о них вспомнил.

Да и, клянусь грозным прахом великой воительницы Боудики, любому настоящему ирландцу в драке вполне хватает