— Войдите, — сказал я.

Дверь открылась, и на пороге появилась Мирабель.

— Фауст, — сказала она, закрывая за собой дверь. — Директор Келпи хочет вас видеть.

Я кивнул. Это было ожидаемо.

— Спасибо, Мирабель, — ответил я. — Я сейчас приду.

Она вышла, и я остался один. Широ спрыгнул с подоконника и подбежал ко мне.

— «Думаешь, она что-то знает?» — мысленно спросил он.

— «Скорее всего. Поэтому лучше поговорить, чтобы убедиться в этом», — ответил я, направляясь к двери.

Кабинет директора встретил меня привычной атмосферой — запах старого дерева и магии, полумрак, создаваемый плотными шторами, и тихое мерцание магических светильников. Мелисса Келпи сидела за своим массивным столом, перебирая бумаги, но когда я вошёл, она отложила их в сторону и посмотрела на меня долгим взглядом.

— Фауст, — она указала на кресло напротив. — Садись.

Я сел, чувствуя на себе её изучающий взгляд. Она выглядела такой же, как всегда — молодой, почти юной, но с глазами, в которых плескалась тысячелетняя мудрость. Или безумие. С архимагами никогда не знаешь наверняка.

— Вы слышали о Карле? — спросила она без предисловий.

— Да. Он исчез, — ответил я спокойно. — Поговаривают, что сбежал от долгов.

— А вы что думаете?

— Я думаю, что это не моё дело, — я пожал плечами. — Мы не были с ним друзьями. Так что горевать от такой новости не буду.

Келпи усмехнулась. Она откинулась на спинку кресла и сложила руки на груди, разглядывая меня с любопытством.

— Ты умён, Фауст. Умён и осторожен, — сказала она. — Так что я не буду больше ничего спрашивать. Ведь я сама рада, что Карла больше нет в академии.

— Директор?

— Ой, не пытайся делать удивлённое лицо, — она махнула рукой. — Ты и сам всё знаешь. Он был плох как преподаватель. И я бы с радостью сама его выкинула. Но его спасало покровительство герцога Вэнса. А теперь, когда Карл исчез, Вэнс потерял своего человека в академии. И заменить его будет непросто.

Она наклонилась вперёд, и в её голубых глазах мелькнула тень усмешки.

— Попечительский совет уже пытался предложить мне кандидатуру на замену. Своего человека, естественно. Я вежливо отказалась. Сказала, что набор на следующий учебный год уже утверждён, и места для новых преподавателей нет. Вэнс в бешенстве. Он не привык получать отказы. Но сделать он ничего не может. Провернуть тот же трюк, что и в прошлый раз, когда пришлось принять Карла, уже не получится. Я об этом позаботилась.

— Значит, вы довольны? — ухмыльнулся я.

— А ты как думаешь? — она усмехнулась, и в этой усмешке было что-то почти детское. — Карл был его глазами и ушами в академии. Теперь этих глаз и ушей нет. Так что, «кто бы ни помог Карлу уйти», я хочу сказать ему спасибо. И я не собираюсь выяснять, что именно случилось с Карлом. Мне это не интересно. Мне важно, чтобы академия работала. Учебный процесс не остановится. Правда, кому-то придётся перехватить студентов Карла Одному хорошему преподавателю, которого уважают студенты и преподаватели.

— Я понимаю, — не сдержав эмоции, поморщился я.

Это было ожидаемо, что на меня скинут новую работу. Но остаётся это только принять.

Но в то же время внутри меня разливалось странное спокойствие. Ей было достаточно того, что Карл исчез, а я остался.

— Тогда идите, — она махнула рукой. — У вас ещё занятия позже. Я видела расписание.

Я поднялся и направился к двери, но на пороге остановился.

— Директор, — обернулся я. — А вы не боитесь, что Вэнс найдёт другой способ контролировать академию?

Она посмотрела на меня долгим взглядом, и на её губах появилась тонкая улыбка.

— Пусть попробует, — сказала она. — Я здесь уже очень давно, Фауст. И я умею ждать. Вэнс — не первый, кто пытался поставить академию под свой контроль. И, уверена, не последний. Но пока я здесь — у него ничего не выйдет.

Я кивнул и вышел из кабинета, чувствуя, как напряжение, которое копилось последние дни, начинает понемногу отпускать меня. Широ выбрался из кристалла и уселся на моё плечо.

— «Она знает, что это ты убрал Карла», — мысленно сказал он.

— «Знает, — ответил я. — Но ей это на руку. Она не будет копать».

— «А Вэнс?»

— «Этот будет. Но ничего не найдёт. У нас есть время».

После небольшого перерыва я направился в учебную аудиторию. Солнечный свет заливал просторную комнату с высокими потолками и рядами деревянных парт, расположенных амфитеатром. Студенты уже заняли свои места — они перешёптывались, переглядывались, но стоило мне войти, как шум стих, сменившись напряжённым вниманием. Я видел в их глазах любопытство, уважение, а у некоторых — откровенную настороженность. Они знали о моей стычке с Карлом на полигоне. Знали, что я стал причиной его отстранения. И теперь, когда он исчез, некоторые из них строили догадки, которые не решались произнести вслух. Но на моих занятиях было не до сплетен.

Я подошёл к преподавательской кафедре и окинул аудиторию взглядом — знакомые лица, которые я уже успел выучить за эти недели. Адам сидел на первой парте, его зелёные глаза были сосредоточены, он явно ждал, когда я начну. Катарос, чуть поодаль, сохранял своё обычное выражение ледяного превосходства, но я замечал в нём перемены — он стал меньше перебивать и больше слушать. Солани расположилась у окна, её тёмные волосы с фиолетовым отливом были собраны в высокий хвост, и она слегка улыбнулась, когда наши взгляды встретились. Голд и Сэнд сидели рядом, перешёптываясь, но замолкли, когда я поднял руку, призывая к тишине. Флюмен, как всегда, сидела чуть поодаль, её голубые глаза смотрели на мир с тем самым голодом к знаниям, который я так хорошо знал.

— Доброе утро, — сказал я, и мой голос, усиленный магией, разнёсся по залу, заставляя воздух слегка вибрировать. — Сегодня мы поговорим о модификации боевых плетений в условиях реального боя. Теория, которую мы разобрали на прошлом занятии, остаётся лишь теорией, пока вы не примените её на практике. Я хочу, чтобы сегодня каждый из вас создал не просто заклинание, а заклинание, адаптированное под конкретную ситуацию.

Я сделал паузу, давая словам улечься. Студенты замерли, ожидая продолжения. Я чувствовал их напряжение, смешанное с любопытством —