— Может, он уже ушёл из города? — спросил один из слуг, тяжело дыша.

— С жетоном? Ночью? — отмахнулся старший стражник. — Глупости.

Пауза.

— Он точно где-то здесь. Он должен быть здесь.

И хотя эти слова прозвучали достаточно уверенно, в этой самой уверенности уже появилась трещина. Практически незаметная. Но… растущая. И пока они метались по освещённым улицам… Пока двери дорогих трактиров открывались и закрывались… Пока чаши звенели, а разговоры обрывались при виде доспехов… Тот самый парень, кого они искали… Спал глубоким сном. В том самом месте, о котором никто из них даже не подумал. Потому что… Чтобы найти его… Им нужно было думать не как стражникам и слугам князя. И не как тем, кто рвётся к роскоши. А… Как он сам…

Снова дорога

Рассвет в городе приходил не сразу. Он не вспыхивал золотом, как в горах, и не разливался чистым светом по долинам. Здесь он пробирался медленно — сквозь узкие переулки, через щели между кривыми крышами, отражаясь в мутных лужах и цепляясь за потрескавшиеся стены. И именно в этот час… Когда ночь уже отступила, но день ещё не вступил в свои права…

Максим открыл глаза. Он лежал на жёстком настиле чердака, на котором расположил свою постель, которую, после жизни в Древнем лесу и ущелье чистой Инь, можно было с гордостью называть кроватью. Под ней — грубые доски, чуть скрипящие при каждом движении. Над ним — балки, потемневшие от времени и дыма. В углу — сложенный вдвое плащ, заменивший ему подушку. Никакой роскоши. Никакого уюта. Но… Его дыхание было ровным. Тело — отдохнувшим. А разум — чистым. Он не подскочил. Не потянулся резко. Просто открыл глаза… и на мгновение замер. Внимательно слушая всё то, что происходит поблизости. Город… Далёкие шаги… Скрип двери внизу… Глухой, явно сдерживаемый, кашель хозяина… Треск огня в очаге. Он не почувствовал никакой угрозы. Никакого наблюдения за ним. Вокруг разлилась только тишина. Настоящая.

И только после этого он медленно сел. Провёл рукой по лицу, словно стряхивая остатки сна. Затем плавно встал. Его движения были спокойными, лишёнными лишней траты энергии. Каждое — тщательно выверено. Даже здесь, в этом тесном чердачном пространстве, он не задевал ни балки, ни свисающие верёвки. Это была привычка. Или… Уже нечто большее.

Собрав свои вещи, он спокойно спустился вниз по узкой лестнице, ступени которой жалобно поскрипывали под весом любого другого человека. Но под его шагами… Этот вездесущий звук был едва слышен. Внизу было тепло. Запах простой еды наполнял помещение — варёная каша, дешёвый бульон, немного жареного мяса. Ничего изысканного. Ничего редкого. Но именно то, чего было бы достаточно, чтобы насытиться. Хозяин, ещё не до конца проснувшийся, поднял на него взгляд. На мгновение — оценивающе. Ведь на парне сейчас была вполне обычная одежда. Никаких знаков. Никакого богатства.

— Завтрак? — хрипло спросил он.

Максим лишь коротко кивнул ему в ответ. Без лишних слов. Затем сел за стол в углу зала. Не в центре. Не на виду. Просто… там, где было удобно контролировать окружающее пространство. Зевающая со сна служанка быстро поставила перед ним простую миску. Пар поднимался вверх, растворяясь в утреннем воздухе. Он взял ложку. И начал есть. Медленно. Спокойно. Без спешки. Но и без растягивания. Каждое движение — как часть ритуала.

В этот момент… Где-то далеко… В высоких залах дворца князя, ещё не остывших от ночного приёма, слуги убирали остатки пиршества. Дорогие блюда. Недопитое вино. Шёлковые скатерти. Смех… Разговоры… Интриги… И всё это… Проходило мимо него. Осознанно. Без сожаления. Максим не нуждался в этом. Потому что его путь… Был иным. Он не искал покровителей. Не стремился к признанию. Не пытался закрепиться в чужой иерархии. Он шёл вперёд. Сам. И именно поэтому… Он не был там, за гостевым столом князя. Среди тех, кто уже начал делить будущие союзы и вражду. Кто пытался понять, к кому примкнуть. Кого надо поддержать… А кого лучше опасаться…

Максим же… Думал о другом. О пути. О силе. О том, как сделать следующий шаг в постижении Дао Цзы. Это было то самое слово, которое для многих было лишь направлением. Для него же оно становилось… Основой. Он только начал свой путь. Его фундамент был ещё неустойчив. Его понимание — неполным. Но… Он уже чувствовал, как энергия в его теле меняется и наращивается. Как она реагирует на его движения. Как откликается на его волю. И именно сейчас… В этот ранний час… Он был ближе к этому пониманию, чем когда-либо. Потому что его ничто постороннее не отвлекало. Ни шум. Ни взгляды. Ни чужие ожидания.

Он спокойно доел свой завтрак. Поставил миску. Поднялся. Рассчитался — без лишних слов, без попыток торговаться. И направился к выходу. Снаружи город уже начинал просыпаться. Люди… Телеги… Голоса… И где-то впереди… Те самые городские ворота, от которых и должен был отправиться нужный парню караван. Он снова собирался в путь. Максим не оглянулся. Потому что позади… Не осталось ничего, что могло бы его удержать. А впереди… Было всё.

Он уже почти вышел из зала постоялого двора. Его рука уже коснулась деревянной двери, чуть потянула её на себя… и в этот момент Максим остановился. Не резко. Без суеты. Просто… замер на полшага. Как будто что-то вспомнил. Эта мысль пришла спокойно. Холодно. Практично. Дорога… Караван… Дни пути… И… неизвестность… Он не знал, сколько продлится переход. Не знал, будут ли по пути города, где можно пополнить запасы. Не знал, какие условия их ждут в пути. А значит… Ему нужно было подготовиться так, словно впереди — пустота. Поэтому он медленно отпустил дверь. Развернулся. И вернулся обратно в зал постоялого двора. Хозяин как раз протирал стол, лениво водя тряпкой по уже и так чистой поверхности. Увидев, что гость вернулся, он слегка приподнял свою седую кустистую бровь.

— Что-то забыли?

Максим подошёл ближе.

— Еда, — коротко сказал он. — В дорогу.

Хозяин коротко хмыкнул.

— На пару дней?

Максим покачал головой.

— Всё, что есть.

Тряпка тут же замерла в руке хозяина. Он задумчиво прищурился, и окинул парня внимательным взглядом. Перед ним был всё тот же образ. Простая одежда. Никаких признаков богатства. Никакой свиты. Но взгляд… Спокойный. Уверенный. Без тени сомнения.

— Всё? — переспросил он.

— Всё.