лучшие доспехи и красный, украшенный золотом плащ, отправился на главную площадь. Там уже был установлен стол, за которым сидел совет шаманов в том же составе, те же дипломаты орков и старейшины высших орков, что присутствовали на переговорах, и сам вождь. А вокруг отгороженного пространства площади собралась большая толпа высших орков.

- Я пришёл, вождь, совет шаманов. – без капли заискивания и уважения приветствовал я.

- Приветствуем тебя Габриэль, мне жаль, что мы собрались здесь по столь печальному поводу. Духи в печали. – ответила Джос, не открывая глаз. Вождь же лишь молча кивнул. Либо он считает, как и его старший сын, что так и надо, либо у него связаны руки.

- Сегодня мы собрались из-за обвинения гостящего в клане колдуна Габриэля в нападении на вожака Аркила, обесчещивании последнего и нанесении ему непоправимых увечий. – начал речь старик, стоящий на возвышении в центре площади. После его слов поднялся гул голосов со стороны толпы, а следом привели высшего орка без рук, с коротко обрезанными волосами и одетого в простой отрез серой ткани. – Говори.

- Вчера я гулял по городу и увидел бесхозного человеческого детёныша. Я спросил у него, чей он, но он ничего не ответил. А раз он ничейный, то я решил воспользоваться своим правом на развлечение, как раз настроение плохое было. Но не успел я даже начать, как в дом развлечений вломился этот человек, не говоря ни слова напал и лишил всего: рук, чести и достоинства. Я не знал, что этот детёныш гость, а он не сказал! Я переспрашивал и на языке орков и на языке эранийцев! – мёртвым голосом проговорил орк. Но он нагло врал.

- Он прекрасно знал, на кого напал. – твёрдо, едва сдерживая гнев, перебил я.

- У тебя нет слова, человек. На совете клана может говорить только свободный высший орк. – отрезал старик, не дав мне высказаться.

- Прекрасно. И как же тогда обвиняемому защищаться? Где тут справедливость? – спросил я, глядя на вождя и шаманов, но они не стали встречаться со мной взглядом.

- Ты снова говоришь, когда тебе не разрешали. Низшие не имеют права голоса. – ухмыляясь ответил старик. – Кто-то хочет защищать это грязное существо? – спросил он, театрально разведя руки в стороны. Но никто не встал на мою сторону. Со всех сторон начали раздаваться крики в поддержку грязной твари и призывы убить меня.

Я посмотрел на вождя, тот лишь отвёл взгляд. Шаманы сидели с закрытыми глазами и только слушали происходящее. Тогар улыбнулся, стоило встретиться с ним взглядом. Значит, придётся перебить кучу высших орков. Надеюсь, тут меня духи поддержат, и явятся на зов. Я тяжело и громко вздохнул, глядя на небо и пытаясь успокоиться. Осталось дождаться приговора и начать войну на выживание. И даже вождь, похоже, это понимает. Не говоря уже о совете шаманов. Я вижу, как духи вокруг них беспокойно обмениваются информацией с моими.

- Как видишь, никто не намерен говорить за тебя. Твой раб не считается за того, кто может говорить от твоего имени. А когда ты получишь по заслугам – он будет казнён по правилам клана. Остальные люди будут порабощены, как соучастники. – с нескрываемой радостью проговорил этот чёрный сморщенный старик. По моим рукам непроизвольно стала проскакивать молния, ведь меня взбесили его слова.

- Я буду говорить от лица колдуна, чтобы защитить честь великих племён. – проговорил голос, который я ждал меньше всего. Ко мне подошла Курата, положив руку мне на плечо, явно пытаясь успокоить. В какой-то мере удивление немного меня охладило.

- Ну раз уж ты на подобное согласна... Тебе нужно время, чтобы узнать у него, зачем он совершил это злодеяние? – недовольно спросил старик.

- Мне хватит и десяти минут. Большую часть я уже знаю. – с достоинством ответила она.

- Хорошо. Через десять минут мы продолжим. – усмехнулся дед, а орки на площади загудели, словно недовольные пчёлы.

- Привет Курата, не ожидал твоей помощи. Думал, ты присоединишься к Тогару. – с кривой улыбкой поприветствовал я орчиху.

- Не ехидничай, колдун. Я тут только ради брата. Умрёшь ты – умрёт и он. Не теряй времени и быстро рассказывай всё. – быстро и без обычного недовольства, потребовала она.

- Пока я вчера был на переговорах, на Иону напали. Когда я прибежал – я увидел того урода голышом перед моим братом. Эта мразь ещё и возмущалась, что я его прервал, и кичилась своим положением. Но думаю, это нам не поможет. – пересказал я произошедшее.

- Тут ты прав. Этого хватит максимум на поединок чести, где тебе запретят использовать всё, в отличии от твоего противника. – немного подумав, сказала она.

- Какое у вас своеобразное понятие чести. Тогда на вот это. В этом кристалле записана память Ионы о произошедшем, примерно, как я показывал вам свои воспоминания. Там он отчётливо несколько раз повторяет, кто он, причём и на эранийском, и на общем языке племён, а эта тварь отвечает, что ему плевать на это и на вождя. Закон на его стороне и всё такое. – рассказал я, и передал один из кристаллов памяти.

- Молодец, колдун, этого должно хватить. И максимум, что смогут наши противники – это вызвать тебя на ритуальный бой на смерть. Но в их клане нет сильных бойцов. Я могу их всех одной левой перебить. – радостно сообщила она.

- То есть у вас общий клан высших орков, который разбит ещё на несколько, помельче? – заинтересовался я.

- Да, но это к делу не относится. Ладно, пошли выигрывать битву и войну. Я, кстати, последовала твоему совету, и увидела то, о чём вы с Тилом, то есть Амром хотели мне сказать. Считай, что я поняла ваши слова, и желание богов о твоём присутствии тут. – быстро проговорила она, и заявила о нашей готовности.

- Раз вы готовы, то чем вы опровергнете обвинение? – снова проговорил старик.

- У колдуна есть видение из памяти пострадавшего ребёнка обо всём, что произошло. Я предлагаю верховной шаманке Джос использовать этот кристалл, чтобы никто не мог обвинить нашу сторону в обмане. – речью заправского адвоката проговорила орчиха, показав всем кристалл памяти.

- Я согласна, если великий вождь даст добро. – произнесла Джос, открыв глаза. И в её взгляде читалась искра надежды.

- Разрешаю. Пусть духи покажут