Римани достала свой двуручник и села рядом со мной, пытаясь успокоиться, ведь она уже успела полюбить обоих мальчишек, как собственных братьев. Лука стоял рядом со мной, не зная, куда деть руки, и потому, вслед за Римани достал посох и сжал его. Я видел, как побелели костяшки его пальцев.

- Габриэль, прости, я дал ему уйти одному. Мы поссорились из-за глупости, и он убежал. Мне нужно было последовать за ним. – стал, заикаясь от волнения, извиняться Лука, и я увидел, как от бессильной ярости и чувства вины у него потекли слёзы.

- Успокойся Лука, тут нет твоей вины. Сейчас нужно думать не о том, что случилось, а о том, что делать дальше. Скорее всего мы уйдём, не дожидаясь праздника. – ответил я, пытаясь поддержать его.

- Хозяин, тебе придётся дождаться праздника, не смотря на нападение. – тихо сказал сидящий в углу орчонок. Я видел в его глазах не меньший гнев, чем у Римани.

- Почему? После произошедшего, я не считаю целесообразным тут находиться даже ради мирного договора. – попросил я разъяснений.

- Я тебя полностью в этом поддерживаю. Но, для начала, дождись официального заявления от вождя. – серьёзным тоном ответил Амр.

- Можешь предположить, что произойдёт дальше? – спросил я о дополнительной информации.

- Скорее всего, будет совет клана. Но защищаться на нём будешь ты, а не напавший. У вожаков армии есть привилегия: они могут развлекаться как захотят с любым человеком, которого выберут, а потом просто платят пару ламаков хозяину этого раба в случае, если он умрёт или станет бесполезным. Не забывай, что вы первые свободные люди на землях племён. Про это я и говорил Курате. – ответил мальчик, всё ещё трясясь от злости.

- Понятно, тогда подождём. – ответил я, продолжая попытки успокоить Иону. Но в этот раз, его страх никак не уходил. Я чувствовал, как его руки уже дрожат от перенапряжения, как бешено колотится его сердце, но при этом Иона никак не хочет меня отпускать, а его ногти всё сильнее впиваются в мою кожу. Ждать долго не пришлось. Через полчаса к нам пришли Ярило с Милославом.

- Габриэль, ты так и не вернулся, поэтому вождь распустил собрание. Что случилось, что с Ионой? – спросил Милослав, как только вошёл, и увидел вцепившегося в меня Иону. Я глянул на Ярило, который уже оценил ситуацию, и тот кивнул.

- На него напал один из высших орков и пытался использовать его как женщину для развлечений. Понимаешь, что это означает? – спросил я, показывая серьёзность произошедшего.

- К сожалению, да. Мне рассказывали о подобном, ведь меня готовили как посла. Я знаю, что иногда переговоры заканчиваются плачевно, и некоторые страны и племена применяют подобное чтобы унизить и напугать врага. Так же, мне говорили, что некоторые не видят разницы между мужчиной и женщиной применяя подобные методы устрашения. Но я правильно расслышал, только пытались? Он в порядке? – забеспокоился княжич.

- Кроме ран на ногах, он не пострадал. В остальном – сам видишь. Милослав, как твой учитель и глава этого похода я запрещаю тебе выходить из нашего лагеря. Ярило, надеюсь, ты понимаешь, насколько всё серьёзно. – предупредил я обоих.

- Я понимаю. – ответил княжич и встал около Луки, чтобы поддержать хотя бы его, съедаемого чувством вины.

- Я тоже понимаю тебя Габриэль. Буду действовать, как прикажешь. А сейчас, думаю, составлю Хэнку компанию в охране нашего лагеря. – ответил храбр, вооружился щитом и булавой, и отправился на охрану. А ещё через сорок минут в комнату вошёл Тогар. Причём к этому времени никто из нас так и не смог успокоиться.

- Габриэль, мне доложили, что ты искалечил и унизил одного из уважаемых вожаков клана. Что произошло? – спросил Тогар будничным тоном.

- Ничего особенного. Просто один ваш вожак решил применить свою привилегию «поразвлечься с любым выбранным человеком» на моём брате! – со злобным сарказмом ответил я.

- Насколько всё плохо? – спросил он, но сочувствия в его голосе не было. Скорее, ему был интересен сам итог нападения, что меня удивило.

- Разум мальчика не выдержал, он до сих пор в ужасе от произошедшего, и я уже почти два часа не могу привести его в чувства. Знал бы, что у вас не подчиняются приказам вождя – никогда бы не согласился прийти сюда. Как только Иона придёт в себя – мы уходим. – отрезал я.

- Ты не можешь уйти. Как только выяснятся все обстоятельства произошедшего – будет разбирательство. – продолжил будничным тоном высший орк.

- Ага. Мне Амр уже рассказал. Причём судить будут не ту мразь, что подняла руку на моего брата, а меня, за то, что защищал его. – раздражённо ответил я.

- Скорее всего, вы оба правы. Таковы законы. Но мы с отцом что-нибудь придумаем. – ответил он и ушёл. Но я чувствовал ложь в его последней фразе.

- Знаешь, Амр, твой бывший брат, кажется, очень рад произошедшему и таким образом явно считает, что мне отомстили за тебя. – сказал я орчонку, как только Тогар вышел.

- Я очень надеюсь, что это не так. Иначе он ничем не отличается от того, кто напал на Иону. – печально ответил мой орчонок.

Ещё через час мне доставили сообщение, что на завтра назначено «великое собрание клана», на котором старейшины клана, совет шаманов и великий вождь будут решать, что делать с тем, кто покалечил одного из вожаков клана. После этого, я попросил всех оставить нас с Ионой наедине. А как только все вышли, использовал устройство для извлечения памяти. Иона снова и снова переживал нападение у себя в голове, и я записал всё произошедшее. Сам же Иона смог немного прийти в себя и уснуть только ближе к вечеру. Сегодня мы с Римани взяли его к себе в кровать, чтобы рядом с ним кто-то был, и он не оставался один. Утром мальчик казался таким, как всегда, но у него был мёртвый взгляд.

Прежде чем уйти на суд, я оставил на охране всех взрослых, воздвиг высокие земляные стены и выставил воздушный щит, который должны поддерживать ученики, а Луке сказал, заниматься медитацией с Ионой. Иона молча подчинился моему приказу, будто кукла, а Лука заверил, что позаботится о брате. Раздав все указания, я, высоко подняв голову и облачившись в