Шрифт:
Интервал:
Закладка:
Но я делаю вид, что не слышу — нет грибов, и не надо. Значит просто погуляю. Ну а что, на улице теплынь стоит почти летняя. Воздух в лесу свежий, можно и отдохнуть, и местность изучить.
А завтрак — сами, сами, тем более на печи остатки тыквы стоят. Уж разогреть-то сумеете, надеюсь⁈
За воротами оглядываюсь, чтобы сориентироваться. Определяю направление и бегу в сторону опушки леса, которая как раз неподалеку виднеется. И вскоре уже бреду среди деревьев, с удовольствием втягивая в себя осенние ароматы.
Лес я всегда любила. Никогда не боялась заблудиться или на что-то страшненькое нарваться. Да и лес тут, не похоже, чтобы сильно густой был… По крайней мере, поначалу он совсем редкий и светлый, сплошь из березок да кленов.
Правда, чем дальше иду, тем сильнее стволы друг к другу жмутся, тем плотнее ветки над головой переплетаются. Вот уже и солнце с трудом сквозь кроны пробивается, а под ногами как будто хлюпать начинает.
Решаю поворачивать обратно, а то, неровен час, в болото какое-нибудь забреду. Тем более грибов и ягод не вижу, как мачеха и предсказывала. Так что погулять я и на опушке могу.
В общем, разворачиваюсь в обратный путь, и тут слышу за деревьями голос. Вроде кто-то ругается, но не зло, а как-то тревожно… Даже подумать не успеваю, а ноги уже несут меня в ту сторону: мне кажется, у кого-то проблемы.
Таки не ошиблась. Посреди выглядящей совершенно ровной лужайки стоит конь. Только он почти по колени увяз в… Мать честная, это же болото, самое настоящее! Рыжий коняшка головой мотает, в глазах ужас, а какой-то мужик, весь с ног до головы перемазанный болотной жижей, его вытащить пытается. Видать, приезжий, раз забурился на коне в трясину. Местные-то наверняка знают, что здесь болото.
— Эй! Помогай! — командует он, заметив меня, будто я тут штатная вытягивательница бегемотов из болота.
— А сам не справляешься? — фыркаю в ответ, но, конечно, засучиваю рукава. — Говори, что делать?
— Ветки неси, — мужик подбородком показывает в сторону нарубленных длинных веток, сваленных в кучу неподалеку. Начинаю их подтаскивать, а мужчина подсовывает коню под ноги, благо животное недалеко от края трясины стоит, дотянуться можно!
Вскоре с помощью веревки и ругательств, которыми мужчина щедро взбадривает животное, коню удается вытащить из чавкнувшей трясины одну ногу. Следом вторую. Еще немного усилий, моих радостных визгов, —и конь стоит на твердой земле. Тяжело дышит, мотает головой и вроде как благодарит нас тихим ржанием.
— Что же вы, господин хороший, так неосмотрительно лошадку свою в болото загоняете? — спрашиваю у довольно улыбающегося мужчины, вытирая пот со лба.
— Это не моя лошадка. Я просто мимо шел и услышал ржание, — отвечает он и смотрит на меня с интересом.
Я тоже его рассматриваю… Высокий. Не сильно молодой, вроде как. То есть не мальчик, а… лет так тридцать пять. Может, меньше, может и побольше, но разобрать сложно. Лицо у него густо грязью залито, только и видно, что глаза синие, а волосы черные. Даже цвет одежды не разглядишь: от сапог до ворота сплошная грязевая корка.
Я, наверное, ничуть не лучше выгляжу, но мужчина все равно на меня с любопытством смотрит, прямо не отрывается.
— А ты кто такая? — спрашивает.
Показываю на свою корзину:
— Анна, дочка… — тут я соображаю, что фамилию папенькину не помню. Поэтому отвечаю обтекаемо. — Я дочка местного барона. Вот, в лес пошла по грибы, и случайно услышала вашу ругань, господин хороший!
— Дочка барона? Случайно услышала? — мужчина недоверчиво усмехается. — Случайности всегда неслучайны, дочка барона. А не поздновато ты за грибами пошла, Анна?
— В самый раз, — отвечаю и неожиданно признаюсь: — На самом деле, просто решила из дома уйти. Сегодня с утра глашатай королевский приезжал, про бал говорил, да про отбор невесты для принца. Только вот сестрам моим, похоже, приглашения не пришлют. Так что вся семья только тем и занята, что паникует и нервничает.
— А ты, значит, не паникуешь, Анна, дочка барона?
— Ой, я вас умоляю! Где я, и где принц⁈ К тому же я наше высочество никогда не видела, и вот так бездумно рваться в жены непойми кому не собираюсь. Вдруг наследник того… Какой-нибудь странный… или сильно разбалованный. Я капризных мужиков ужас как не люблю.
— Ты забавная, Анна, — смеется мужчина. Стягивает с пальца кольцо с огромным камнем и протягивает мне. — Вот, возьми. На память о сегодняшнем приключении. Оно дорогое.
Хочу отказаться, тем более, кольцо выглядит очень уж бутафорским. Ну не бывает драгоценных камней размером с лесной орех. Только в каких-нибудь музеях или в королевских сокровищницах такое водится. А мужчина явно не аристократ — будет вам герцог какой-нибудь чужих лошадей из болота вытаскивать, одежду пачкать и мозоли себе натирать!
Но, подумав, решаю, что в любом случае смогу кольцо продать. Хоть недорого, но все равно деньги какие-никакие выручу. Беру колечко, прячу в карман, а мужчина предлагает:
— Пойдем, провожу тебя домой, Анна.
— Ой, что вы, не надо провожать! Я дорогу знаю. Да тут идти-то полчаса, так что не беспокойтесь, — вот еще, домой незнакомцев водить!
И тут с неба как хлынет дождь! Когда только успели тучи набежать⁈
Взвизгиваю, потому что ливень неслабый, да и водичка с неба льет не сказать, чтобы теплая.
— Счастливо, а я домой побежала, пока не растаяла! — кричу, пытаясь прикрыться от дождя корзинкой.
— Постой! — хочет остановить мужчина, но я уже несусь прочь.
Дома все по-прежнему: плач, стоны и жалобы на несправедливость мира. Еще почему-то ругательства в адрес барона, который «Негодяй, взял и умер, оставив жену без поддержки». Ага, взял и специально помер, чтобы досадить дорогой женушке.
Остаток дня я кручусь по дому, как белка в колесе. Продолжаю следовать Золушкиной карме упахаться. Уже поздно вечером без сил падаю на свою узкую, жесткую кровать и отрубаюсь.
А на следующее утро снова шум, гам, тарарам. Только теперь прямо в нашем дворе.
Грохочут лошадиные копыта, а затем распахивается дверь в дом. На пороге вчерашний глашатай. Обводит важным взглядом оторопелые лица