и очного участия в собрании не принимал. В каком-то смысле младшенького из сыновей «женили без спроса». Сложно сказать, почему от почётной должности отказались братья постарше — Флорен и Элма-младший — наверное, инстинкт самосохранения подсказывал им, что пока жив Эрвил, сие почётное место будет не столько почётным, сколько опасным. В общем, руководителем церкви сделали младшего из братьев, который сразу же перешёл на нелегальное положение.

На «нелегальное» почти в прямом смысле. Последующие годы Верлан ЛеБарон прожил, постоянно скрываясь от убийц — он не спал две ночи подряд в одном доме, совершал неожиданные переезды, не рассказывал о своих планах, а если и рассказывал, то в дальнейшем поступал иначе. В каком-то смысле его даже жаль, Верлан оказался вовлечён в такую жизнь, какую врагу не пожелаешь. По воспоминаниям знавших его, он являлся мужчиной тихим и мирным, склонным к фермерской жизни, чем сильно напоминал отца и старшего брата Джоэла. Ему было интересно обсуждать с собеседником тонкости производства различных сортов сыра или правила севооборота, а отнюдь не типы бронежилетов и способы укрепления бронёй кузовов автомашин.

Верлан ЛеБарон (слева: с жёнами Шарлоттой и Ирен, справа: в своём естестве). Верлан, наверное, был неплохим мормоном и уж точно не худшим из ЛеБаронов. Он был рачителен, понимал, что для получения прибыли следует побольше работать и поменьше есть. А пить не следует вообще! Во времена Древнего Рима из него вышел бы неплохой рабовладелец, честный, незлобивый, заботящийся о скоте и рабах. А в сталинском колхозе, том самом, где колхозники работали за «трудодень» под угрозой высылки за Урал, из него получился бы неплохой председатель — такой, который мог выйти к народу выкурить самокрутку или в красный день календаря сбацать что-нибудь на гармошке в красном уголке избы-читальни. Но Верлан оказался совершенно не готов к той роли, какую ему пришлось играть на последнем этапе жизни. Не зря же говорится, что хороший парень — это не профессия, это — судьба!

Для Эрвила оказалось неприятным сюрпризом то, что после смерти Джоэла его не позвали в Лос-Молинос возглавить общину. А передачу руководства Верлану, самому младшему из сыновей Элмы, он воспринял как личное оскорбление. Сообразив, что ближайшие родственники не сомневаются в его причастности к убийству Джоэла, а потому их пути разошлись бесповоротно и навсегда, Эрвил объявил о создании новой «мормонской церкви» — «Церкви Святого Агнца». А себя самого, как несложно догадаться, он зачислил её главой и пророком.

Церковь должна была жить по «Civil law» («Гражданскому Закону»), выдуманному лично Эрвилом.

«На какие же средства должна была существовать эта нелепая организация? " — может спросить в этом месте проницательный читатель. О-о, в этом вопросе организаторский и деловой гений Эрвила ЛеБарона порезвился во всю свою необъятность! Эрвил разработал бизнес-концепцию, которая на многие годы сделалась визитной карточкой его, с позволения выразиться, «церкви». Его последователи стали оказывать услуги по обслуживанию бытовой техники, для чего создавали мастерские по мелкому ремонту, в которых члены «церкви» работали бесплатно. Им приносили всякого рода хлам вроде поломанных тостеров, стиральных машин, кофемолок, электрических миксеров и тому подобного, они всё это помоечное барахло разбирали, чистили и отмывали, если требовалось — проводили простейший ремонт — и возвращали хозяевам. Понятно, что клиентами таких мастерских были представители беднейших слоёв, то есть публика неплатёжеспособная по определению. Посему услуги мастерской были чрезвычайно дёшевы — это была «фишечка» Эрвила! Он принялся «окучивать» самые неинтересные с точки зрения любой нормальной сервисной компании слои общества…

И дело пошло! Ещё бы, в мастерских «Церкви Перворождённых Святого Агнца» работали рабы — дети, женщины и мужчины — не получавшие за свой труд ни-че-го! Вообще ни цента… А потому рентабельность этого безумного бизнеса была сумасшедшей! [В этом месте автор хочет подчеркнуть, что используемый в очерке перевод названия секты может быть не вполне корректен. Словосочетание «Church of the First Born of the Lamb of God» может быть переведено как «Церковь Перворождённого Святого Агнца». При этом мормоны-фундаменталисты чрезвычайно чтут «перворождённых», в смысле первенцев. И сами себя последователи Эрвила именовали «перворождёнными». Честно говоря, не хочется вдаваться в эти мормонские дебри и разбираться в придуманной шизофрениками ахинее, поэтому для простоты далее в тексте последователи Эрвила будут именоваться «перворождёнными».]

Как было сказано выше, первоначально Эрвил остановился в городе Сан-Диего, но затем двинулся далее вглубь США. Отделения его «церкви» появились в Денвере, Хьюстоне и других городах, и везде члены мормонских общин по 12 часов в сутки бесплатно впахивали в таких мастерских, ставших по сути семейными предприятиями. Замечательный рассказ об отцовских предпринимательских «know how» оставила Анна ЛеБарон, дочь Эрвила, её интервью ВВС несложно найти на просторах интернета, кому интересно.

Мы до некоторой степени должны быть благодарны таким мормонам-фанатикам, каковым оказался Эрвил ЛеБарон, ведь они в каком-то смысле явились «коммунистами капиталистического общества» и, подобно коммунистам в Советском Союзе и Китае, личным примером доказали, что даже в XX веке труд рабов вполне конкурентоспособен и экономически оправдан. И потому смена общественных формаций отнюдь не обуславливается сменой экономических отношений. Сталинский СССР прекрасно использовал бесплатный труд миллионов рабов — автор имеет в виду узников ГУЛАГа и советских колхозников. Автор рекомендует почитать об экономических реформах римского императора Диоклетиана, я уверяю, вы не найдёте большой разницы между древнеримскими крестьянами-колонами и советскими колхозниками. Сталин в середине XX века воспроизвёл экономическую модель III века, и ничего — она вполне исправно работала в условиях электрификации и пара. Тут мы видим, конечно же, яркий пример, демонстрирующий лживость демагогии нынешних «певцов социализма с человеческим лицом» вроде Глазьева-Делягина-Хазина и прочих «борисов юлиных». Все они, конечно же, мужчины умные и местами импозантные, но про социализм врут безбожно…

Впрочем, тут мы немного отвлекаемся в направлении хотя и интересном, но перпендикулярном основной интриге очерка. Автор лишь хочет сказать, что мормоны в США воспроизвели модель рабского труда, близкую к той, что существовала в начале нашей эры, и этот эксперимент оказался вполне успешен и жизнеспособен. Сами того не ведая, мормоны опровергли Карла Маркса, Фридриха Энгельса и всяких там прудонов-лениных-каутских, доказав лживость социалистической политэкономии. Такая вот, понимаешь ли, загогулина… (как говорил в таких случаях первый Президент России Борис Ельцин).

Убийство Джоэла имело ещё одно неприятное для Эрвила следствие, неочевидное на первый взгляд. В мормонских кругах мало кто сомневался, что за этим преступлением стоит Эрвил, и пусть он не стрелял в брата непосредственно, вину за случившееся возлагали именно на него. Никто из мормонов не хотел иметь с ним ничего общего, и всеобщее отчуждение, по-видимому, чрезвычайно озадачило нового «пророка».

Чтобы как-то переломить ситуацию