рабство в самом точном понимании этого термина, и этот труд будет вполне рентабелен! Да и советские колхозники, чьё экономическое и политическое положение было во всём идентично положению колонов времён Диоклетиана, зримо подтверждают всю демагогичность марксовых постулатов. Мормонские общины жили в условиях безденежного оборота товаров и весьма сильно напоминали советские колхозы в самую зверскую пору их расцвета после Великой Отечественной войны. Рабы Джоэла приносили тому стабильный доход, и логика развития побуждала куда-то инвестировать появлявшиеся накопления.

Во-вторых, мормонская колония находилась на территории, где в 1960-х гг. стала сильно укрепляться организованная преступность. Пройдёт пара десятков лет, и о мафиозном клане «Синалоа» очень хорошо узнают в Калифорнии, а потом и на остальной части США. В самой же Мексике резкий рост сплочённости и организованности криминалитета пришёлся именно на 1950-1960-е годы, и с той самой поры мексиканские банды стали давить на мормонов с целью обложить их данью. ЛеБарон сопротивлялся, чувствуя поддержку своих «северных братьев», и не уступал «Синалоа», однако мысль о создании запасного аэродрома, куда бы клан мог перебраться в случае крайнего обострения конфликта с бандитами, постепенно стала овладевать умами мормонов.

В-третьих, Галеана расположена в гористой и засушливой области, не очень-то благоприятной для проживания. Переезд куда-то поближе к воде, в район более влажный, комфортный и предпочтительный с точки зрения ведения сельского хозяйства, мог существенно облегчить жизнь колонистов.

В общем, в 1964 г. Джоэл на деньги общины купил 8500 акров земли (~35 кв. км) в мексиканской провинции Байя Калифорния (Baja California). Особенно ценным в этом приобретении было то, что купленный участок земли имел выход к океану. Длина береговой линии достигала почти 9 миль (~15 км), и там можно было отгрохать приличный курорт!

Своё новое пристанище братья назвали Лос-Молинос, что в переводе на язык межнационального общения означает «мельницы». Вместе с Джоэлом и Эрвилом к Тихому океану отправилось около 30 семей сподвижников общим числом ~200 человек.

И вот тут-то тандем старших братьев дал первую трещину. Эрвил грезил о роскошном санатории, причале для яхт, ресторанах, бассейнах и банях, а Джоэл считал, что мормонам незачем заниматься этой чепухой. Глава общины видел в приобретении земли отличную возможность придать импульс развитию фермы. Мы сможем больше сажать кукурузы… мы и табак сможем выращивать… мы разведём больше коз и будем производить больше брынзы! Какие, к чертям собачьим, могут быть курорты и рестораны с банями, если нам нужна брынза!

Эрвил ЛеБарон с некоторыми из своих детей. У Эрвила было 13 жён, а о количестве детей сообщается весьма неопределённо — «более полусотни».

Было бы неправильно сказать, будто Эрвил сразу решился на открытое противостояние со старшим братом. Поначалу он пытался в соответствии с планами Джоэла генерировать полезные бизнес-идеи. Какие? Ну, например, собирать кедровые орехи в диком кедровнике, росшем на склонах гор. Идея не выстрелила. Даже рабский труд детей не позволял заработать на этом промысле какие-то заметные деньги. Тогда Эрвил предложил заняться рыбалкой и торговать добытой рыбой. Эта идея тоже оказалась не особенно прибыльной. Местным жителям свежая рыба не требовалась — они сами её добывали столетиями — а добывать морепродукты на вывоз было невыгодно из-за необходимости иметь парк машин-рефрижераторов. Имелись у Эрвила и другие бизнес-предложения, но все они желаемого результата так и не принесли. Хотя, возможно, подкачала их неумелая реализация…

Как бы там ни было, а не выходил у Данилы-мастера каменный цветок!

И Эрвил стал возвращаться к идее создания курорта. Тем более что с возрастом — а в феврале 1965 г. Эрвилу исполнилось 40 лет! — в его поведении стали нарастать странные даже по мормонским понятиям тенденции. Прежде всего он открыто пренебрёг заветом отцов жить скромно. Он купил себе роскошную по мексиканским меркам машину — это был «шевроле-импала» 1967 года с корпусом золотого цвета. На многочисленные вопросы членов колонии «что это такое? для чего покупать такую машину?» Эрвил отвечал без затей, как на духу, дескать, ему было Божественное откровение, согласно которому ему надлежит ездить на такой машине! Нормальная такая отмазка, верно? И ведь никто не усомнился…

Другое новшество было связано с изменением негласного семейного кодекса мормонов. Эрвил заявил, будто ему было «откровение», согласно которому Богоматерь забеременела в 14 лет, а стало быть, девочек можно брать замуж именно с этого возраста. Другое «откровение» касалось вопроса семейной верности и крепости брачных уз. Эрвил сообщил, что поскольку зачатие ребёнка всегда является «актом Божественной воли» и Господь незримо «присутствует» при каждом половом акте, то неважно, от какого именно члена общины забеременеет жена! Главное то, что она — уже жена мормона! А посему жёнами можно и нужно обмениваться — это укрепляет внутреннюю сплочённость общины и приводит к рождению здоровых детишек!

Эрвил ЛеБарон в 1968 г. купил себе новенькую «шевроле-импалу» золотого цвета. Разумеется, подарок этот он сделал самому себе, потратив деньги общины, ибо своих денег у него не имелось в принципе. Для прозябавших в нищете рядовых членов общины появление у их духовного лидера такой игрушки стало немалым потрясением.

Эрвил фактически упразднил институт брака, обобществив женщин. То есть формально женщине надо было выйти замуж за мормона, но затем её могли передать другому мужчине (и он тоже считался её мужем), и ещё одному (и этот тоже считался мужем), и ещё… А затем вернуть первому, дабы тот заценил, сколь многому его жена научилась с другими. И Эрвил первым последовал объявленным новациям, передав двух своих самых старших по возрасту жён новообращённым адептам и взяв вместо них двух молоденьких, только что бракосочетавшихся с братьями. Этой традиции он следовал и в дальнейшем, обновляя таким образом свой гарем.

Было бы неправильно сказать, что члены общины встали на дыбы — нет, они не без любопытства отнеслись к сексуальным новациям одного из лидеров колонии. Но отход от традиционного мормонского уклада жизни стал слишком очевиден для всех, в том числе и для мормонов в США. Если раньше мексиканские мормоны позиционировали себя как самых истинных последователей учения Джозефа Смита, то теперь из хранителей традиций они превратились в носителей эдакого «мормонского модернизма», необычного даже по меркам этой необычной секты.

Для того чтобы читатели поняли, насколько странным выглядело поведение Эрвила ЛеБарона в глазах его единоверцев, можно привести такой случай. Эрвил в конце 1960-х гг. стал ездить к «братьям-мормонам» в Солт-Лейк-сити для проведения деловых переговоров. Своим мексиканским друзьям-товарищам-братьям он объяснял необходимость оных тем, что у американских «братьев» есть свободные деньги, которые они не знают, куда инвестировать, а он, дескать, предлагает им замечательные инвестпроекты в Мексике. В общем, в ходе таких переговоров Эрвил сделал своему партнёру довольно неожиданное предложение: вложи в наш мексиканский курорт в Лос-Молиносе 2 млн.$, а я тебе