приступим. Чудак, ты тоже остаёшься с нами — будешь использовать свою магию Отклика. Вдруг что-нибудь найдёшь.

Чудак сосредоточенно кивнул.

Глава 19

Мы первым делом подробно распланировали лечение Матери Нитей. Обсудили каждую деталь, которая могла возникнуть в ходе операции. Нам предстояло совершить настоящее чудо — и абсолютной уверенности в успехе у нас не было.

Мать Нитей внимательно следила за нашими разговорами. Ей отводилась не менее важная роль в этой операции — без её участия у нас ничего не получится. Она будет направлять нас и контролировать, чтобы мы не влезли туда, куда не следует.

Перед тем, как приступить к самой операции, мы принесли клятву. Она была сложной и крайне опасной — при её нарушении нас всех ждала ужасная смерть. В том числе клятва касалась Амоны Кадил — она не сможет нам навредить сразу после своего исцеления.

И вот наконец мы приступили к работе.

Первым делом я создал специальный ритуальный массив, который образовался вокруг висящей в паутине Матери Нитей. Уже через этот массив остальные начали воздействовать на Амону Кадил.

Первым в работу вступил Борислав, напоив Мать Нитей специальными составами. После этого за дело взялись Тимур, Шнайдер и Филипп. Тимур воздействовал с помощью своей магии на душу Матери Нитей. Шнайдер же делал так, чтобы паучьи лапки отмирали одна за другой, в то время как Филипп напитывал тело пациента особой энергией мутации, благодаря которой Амона продолжала функционировать.

При этом сама Мать Нитей старалась контролировать процесс и оставалась всё время в сознании.

Вскоре наступил момент, когда понадобилась помощь Ильяса. Я быстро провёл для него ритуал возвращения к пику, и он взялся за дело. То же самое я позже сделал и с Тимуром — для некоторых очень тонких манипуляций требовался пятый Шаг, а не четвёртый.

Время шло. Я периодически проводил специальные ритуалы — в основном сканирующие, помогающие понять, как изменилась ситуация. Борислав же в нужные моменты поил Мать Нитей своими зельями, которые он приготовил заранее.

Сперва у Амоны Кадил исчезли все паучьи лапки. А затем под воздействием нашей магии её тело начало медленно меняться. И сразу после этого она впала в глубокую кому — её кожа принялась стремительно усыхать.

— Что-то не так, — вдруг бросил Ильяс. Он уже давно вернулся в свой облик подростка. — Создай проекцию души. Сейчас.

В нашей работе первую скрипку играл именно Ильяс — несмотря на то, что он даже не был Высшим Магом.

Я моментально создал проекцию души Матери Нитей. Этот ритуал я использовал чаще остальных.

— Так не должно быть, — Ильяс нахмурился, вглядываясь в проекцию. — Она пожирает сама себя. Быстрее. Верни мне мою силу.

Я провёл ритуал. На этот раз пришлось воспользоваться аж тремя Эссенциями Магии Времени. Святая Леди, скорее всего, выгребла все Эссенции Магии Времени для нашей операции.

Вернувшись в свою пиковую силу, Ильяс тут же принялся магичить.

— Это проблема, — напряжённо произнёс он. — Её душа разрушается. Она может в любой момент умереть.

Я нахмурился. Проблема и правда была крайне серьёзной.

У меня вдруг появилась идея. Я резко перешёл в режим нейтральной энергии и быстро подлетел прямо к Матери Нитей, войдя внутрь ритуального массива. Затем я положил ладонь на голову Амоны Кадил и сосредоточился, посылая свою нейтральную энергию. Я пытался почувствовать её концепцию Единения.

И вот я ощутил слабый импульс и зацепился за него. Я пытался пробудить концепцию Единения, заставить её работать. Если сейчас что-то и могло помочь — то только она.

— Её состояние стабилизируется, — быстро сообщил Ильяс. — Я не знаю, что ты делаешь, но продолжай.

Я уже вошёл в резонанс с концепцией Единения и продолжал усиливать его.

Я не до конца понимал, что именно происходит, но был уверен — концепция Единения воздействует на саму душу Матери Нитей. Все разрозненные части, которые до этого разрушали друг друга, сейчас сливаются воедино. Будь на месте Единения что-то другое — скажем, концепция Войны или Отклика — толку от моих действий не было бы. Но слово «Единение» само говорит за себя.

— Она стабильна, — с облегчением выдохнул Ильяс. — Теперь создай проекцию. Хочу посмотреть на её душу.

Я отлетел подальше, вернулся в режим Ритуалиста и Мага Крови, после чего создал проекцию души.

Она сильно отличалась от того, что было раньше. Цвет её души стал более однородным — и хоть он ещё далёк от идеала, но уже не напоминал хаотичное смешение красок.

— Получилось, — удивлённо проговорил Ильяс. — У нас и правда получилось.

— Ну, пока не совсем, — заметил Шнайдер.

— Нет, у нас получилось, — покачал головой Ильяс. — Посмотрите, — он кивнул в сторону Матери Нитей.

И только сейчас я заметил, что её тело начало медленно уменьшаться.

С хлюпаньем от Матери Нитей отделился кусок плоти с костями и рухнул на пол, разбрызгивая во все стороны капли крови. Затем ещё один и ещё.

Всё тело Амоны Кадил постепенно становилось меньше.

Мы все всемером замерли, наблюдая за этой поразительной метаморфозой. Тело Матери Нитей усыхало — её кости сужались, очертания менялись.

В какой-то момент Амона Кадил пробудилась, но ничего не сказала — она полностью сосредоточилась на своих изменениях.

И вот от неё вспыхнула золотистая энергия, которая уничтожила всю лишнюю плоть. Перед нами предстала обнажённая прекрасная девушка с длинными чёрными волосами.

Она оглядела нас всех, а затем тихо произнесла:

— Благодарю вас. Каждого.

А в следующее мгновение из её ладони выстрелили семь тонких нитей, которые вонзились каждому из нас в лоб. Амона Кадил печально посмотрела на нас и добавила:

— Но я не могу вас отпустить.

— Как же клятва? — процедил Филипп, прежде чем замереть, как статуя.

Сразу после его слов Амона Кадил прикрыла глаза. От её головы во все стороны разошлись сотни тонких светящихся нитей.

* * *

Святая Леди шагала по своим покоям из угла в угол, не находя себе