за тем, как этот «добрый помощник» продолжает свой спектакль — улыбки, кивки, прибаутки, а между тем творит своё мелкое, но системное мошенничество.

Как только прохиндей отвернулся, я подхватил пакет бабульки, вынул пару гнилых огурцов и сунул ей взамен свежие — те, что сам только что отобрал.

— Вот эти получше будут, — улыбнулся я.

Бабуля моргнула, пригляделась, пытаясь разглядеть моё лицо.

— А и правда, — пробормотала она. — Не посмотрела я, старая дура… Спасибо, сынок.

И, кивнув, добавила с простодушной уверенностью:

— Сама, наверное, положила, Марат мне всегда хорошие кладёт. Он парень честный.

Старуха, не подозревая ничего, протянула продавцу деньги. А вот Марат, вернувшись к прилавку, заметил подмену. Лицо его едва заметно дёрнулось, желваки на скулах заходили. Он посмотрел на пакет, потом на старушку, потом на меня и, похоже, всё понял.

— О, Владимир! — Марат сразу растянул губы в улыбке. — Привет, брат! Как тебе апельсины, понравились?

Я улыбнулся в ответ.

— Высший сорт. Настолько вкусно, что я, пожалуй, возьму у тебя всё, что есть.

Марат замер, не сразу поверив.

— Все?.. — переспросил он, поправляя фартук. — В смысле, два килограмма? Три?

— Нет, — поправил я. — Возьму все, что есть. Абсолютно всё.

Марат засуетился, глаза загорелись, словно у собаки, которой показали мясо. Сияя, как новогодняя гирлянда, он сразу заорал куда-то в сторону:

— Эй, Рашид! Иди сюда, брат, быстро! Тут Владимир хочет весь апельсин забрать!

Из-за угла вынырнул второй — тот самый, что тоже вместе с Маратом и с Али был у газели.

— Всё забрать? — переспросил он, будто не поверив, но быстро сориентировался. — Это правильно, брат. У нас товар первый сорт. Только сегодня утром с базы привезли, свежачок!

Он хлопнул ладонью по ближайшему ящику на прилавке.

— Вот, гляди, апельсины как солнце! Можешь есть с кожурой — витамин на витамин.

— Верю, — заверил я. — Сколько их у тебя?

— Здесь всего ящик выставлен, но в газели ещё десять, — оживился Рашид.

— Ну и отлично, все заберу.

Марат аж подскочил от радости:

— Тогда давай решим, куда грузить? У нас тележка есть, можем помочь.

— Не стоит, — отказался я. — Сейчас джип подгоню, туда всё и сложим.

Марат переглянулся с Рашидом, и оба довольно закивали.

— Только, брат, ты ж понимаешь, там апельсинов тысяч на пятьдесят рублей, — осторожно заметил Рашид.

— Вообще отлично, — ответил я. — Мне как раз столько и надо.

Марат хлопнул в ладони, довольный, как ребёнок:

— Ну всё, Владимир, подгоняй джип!

Перед тем как двинуться за машиной, я задержался на секунду и оглядел сам ларёк. Вернее, даже не ларёк — халтура чистой воды. Накрытый тентом навес, сбитый из металлических труб, фанера внизу, полиэтилен вместо стен. Такую конструкцию можно соорудить за пару часов, лишь бы было место и наглость.

Разумеется, никакого разрешения на установку у Али не было. Это чувствовалось сразу — ни таблички, ни чека, ни кассового аппарата. Та же схема, что и с парковочным местом, которое Али когда-то объявил своей «личной территорией».

Ну для некоторых наглость и правда второе счастье.

Я направился к машине, припаркованной в конце улицы. Щёлкнул брелоком, открыл багажник и освободил место под ящики с апельсинами. Места хватит. Влезет и десять, и двадцать ящиков, если правильно уложить.

Сел за руль, завёл двигатель и вывернул руль, глядя в зеркало на ларёк, который маячил между домами, как нарыв на асфальте.

Я подъехал вплотную, припарковался так, чтобы багажник оказался прямо напротив палатки. Вышел, хлопнул дверцей и открыл крышку багажника.

— Ну что, погнали, — я махнул рукой продавцу.

Марат сразу засиял — улыбка от уха до уха.

— Брат, ты правильное решение принял, — заулыбался он, подхватывая первый ящик. — Товар свежий, только сегодня утром с базы, всё по совести!

— Верю, — отозвался я, складывая руки в карманы и наблюдая, как он таскает ящики.

Видно было, как он радуется — двигается быстро, почти вприпрыжку, не чувствуя веса апельсинов. Ещё бы — такой покупатель! Не торговался, цену не сбивал, сразу взял всё оптом. Мечта любого барыги.

Ящики летели в багажник один за другим, глухо стукаясь друг о друга. Пока он грузил, я отметил, что последние покупатели расходятся, ларёк почти опустел.

— Всё, брат, — сказал Марат наконец, вытирая ладонью пот со лба. — Одиннадцать ящиков, как и договаривались.

Марат достал из кармана калькулятор — старенький, со стёртыми кнопками. Пока набирал цифры, я заметил, как он будто невзначай перевернул маленький пластиковый ценник на апельсины, что стоял на краю прилавка, лицом вниз.

Мелочь, но я успел заметить: 229 рублей за килограмм.

— Сейчас посчитаем, — бормотал он, щёлкая кнопками.

Щёлкай, щёлкай, арифметик… я наблюдал за тем, как Марат умножал цифры с видом бухгалтера Газпрома.

— Так, значит, ящики… по пятнадцать килограммов в каждом… выходит сто шесть едят пять кило, — бормотал он, нажимая кнопки. Потом поднял голову и улыбнулся. — Ну, по триста тридцать рублей за килограмм — пятьдесят четыре тысячи четыреста пятьдесят рублей.

Я чуть приподнял бровь.

— По триста тридцать?

— Ну да, — ответил он без малейшего смущения. — Это очень хорошая цена, брат, вообще дёшево. Сейчас всё подорожало, сам знаешь. Инфляция-шимляция…

Я перевёл взгляд на перевёрнутый ценник, но возражать не стал.

— Понятно, — заверил я.

Марат, почувствовав лёгкое напряжение, быстро добавил, словно хотел загладить углы:

— Но ты же оптовик, брат, правильно? Я тебе по-дружески отдам за пятьдесят тыщ! Практически без наценки.

— Благодарю, — подмигнул я. — Приятно иметь дело с честными людьми.

Этот жучара колорадский пытался меня обуть среди белого дня. Впрочем, снаружи я оставался безмятежен.

— На карту можно перевести? — уточнил я.

— Конечно, вот номер, — Марат протянул картонку, на которой был написан номер.

Я достал свой смартфон, открыл приложение банка и сделал вид, что печатаю. Пальцы скользили по экрану, но делать перевод я, разумеется, не собирался.

— Отправил, — сказал я, взглянув на Марата. — Проверь.

— Ща, брат, Али наберу. Это его номер.

Пока Марат звонил Али, я стоял рядом, слушал, как тот сбивчиво бормочет в трубку, нервничал: пришли бабки или не пришли.

— Алё, Али, смотри… проверь, пришли ли деньги?

Я между тем спокойно обошёл машину, подошёл к лебёдке с толстой стальной тросовой петлёй. Достал её, раскатал трос и без лишней спешки закрепил крюк за трубу, на которой держался весь этот импровизированный фруктовый шатёр.

— Да, перевёл, при мне прямо это сделал, — твердил Марат в телефон, оборачиваясь ко мне.

— Конечно, — подтвердил я, не отрываясь от дела. — С секунды на секунду придёт. Может, задержка.

Я закрыл крышку багажника, отряхнул руки.

Марат кивнул, сглотнул, снова приложил телефон к уху.

Я же обошёл джип, сел за