В целом неплохо, но загадка была уж слишком личной. Я переживала, что и новые будут не проще.

— Веймарс, — окликнул меня Эш.

— Что?

— Может, — изогнул он бровь. — Я сейчас готов слушать, но не делать выводы?

Это он намекал, что готов поговорить? Я было обернулась, машинально сделав шаг вперед, но внезапно юноша подался вперед, обхватив меня за талию. Внутренности будто подпрыгнули от его прикосновений. Стало жарко.

— Слушать же, не лапать, — забурчала я.

— Барабашка, развернись, — закатил он глаза, но не отпустил. — Но если будешь продолжать спорить, могу не удерживать.

Я и развернулась, но лучше бы этого не делала. Застыла на самом краю перед чернотой, среди огромных зеркал. Впереди, под тусклым светом маячил очень узкий переходик на другую сторону.

Мда, я идиотка. Размышляя и обдумывая вопрос Эша, я не заметила, как мы наткнулись на какой-то мост. И без его помощи я бы рухнула в бездну. Отдаю должное фантазии Крюджерса, очень надеюсь, что я бы там не погибла. Профессор тот еще затейник.

— Отпусти, — фыркнула я. — И… прости.

— За что прости? — подначивал меня юноша.

— За слепоту в темноте. Я же ничего нормально не вижу.

Он поймал не только меня, но и мое задиристое настроение.

— Я тоже, но я же не ною. Вон, глянь, — ткнул он пальцем, расцепляя руки, — там какой-то камень с рунами.

Чует мое сердце, этот камень с рунами ничего хорошего не предвещает. Как в сказке: налево пойдешь — смерть, направо — смерть, прямо есть мост, но интуиция верещит, что и он обрушится.

Предчувствие не обмануло. Мост короткий, можно пересечь вместе за пять шагов. Но за каждый шаг надо отвечать на вопросы:

«Что важнее: правда или дружба?»

«Что ты потерял, когда стал прав?»

«Чего ты не сказал, когда мог?»

«Если бы можно было вернуться — ты бы всё повторил?»

«Ты простил?»

И одному Крюджерсу-извращенцу известно, как отвечать правильно. И стоит еще учитывать, что и я и Эш обожаем болтать на личные, животрепещущие темы, нас хлебом не корми.

Все больше уверялась в том, что наш декан не монстр из Бездны, не страдалец от Черного урагана, а какой-то сводник со склонностью к широким жестам. К тому же, навещавший мой мир и насмотревшийся разной паршивости ток-шоу о семейной и личной жизни. Тяжело его осуждать, там сущий кошмар и ужасы.

— Хм, — хмыкнул адепт Ходжес.

— Что? — моментально среагировала я.

— Да думаю, что случится, если пустить тебя в расход. Справлюсь сам? Или меня вынесет к финишу с потерей очков.

— Только попробуй, — я уцепилась за его запястье. — Толкнешь, полетишь вслед за мной.

Никак не могла взять в толк, а на что я, собственно, повелась, страдая по Эшу. Пока голову буравила единственная мысль. Я, блин, серфер, мне нужна эмоциональная волна.

Держась друг за друга, мы одновременно сделали шаг вперед. И вместе услышали леденящий душу голос. Правда, он сильно напоминал голос Тамары.

— Что важнее: правда или дружба? — спрашивала нас невидимая нечесаная девочка.

Эш скривился.

— Дружба.

Мы не знали, чего ждать. Мост не обрушился, уже хорошо.

— Правильно, — прошелестела Тамара. — Теперь будет очередь адептки Веймарс. Что ты потеряла, когда стала права?

— Это нечестно, — возмутилась я. — Эшу достался легкий вопрос.

Наш мостик задрожал, а девочка злобно расхохоталась.

— Эй, ты можешь не выпендриваться, а просто отвечать? — бесился на меня парень. — Выйдем отсюда и забудем обо всем.

— Точно? — переспросила я, потому что ни о чем забывать не собиралась.

— Да, — произнес он лениво.

Мне бы хотелось услышать другой ответ. Я бы многое отдала, чтобы в этом испытании гулять с Хартом, с Тамилой, да, боги, можно с Фредом, не с Ходжесом.

— Не медлите, — напомнила о себе Тамара.

— Говори, — гневался Эш.

— Да тебя, идиот, — морщилась, поворачиваясь к адепту. — Я права, а ты идиот.

— Приму это за правильный ответ, — хихикнула девочка, разрешив сделать новый шаг. — А теперь вопрос к твоему парню…

— Он не мой парень, — закричала я.

— Я не ее парень, — закричал и Эш.

— Да мне плевать, — отозвалась Тамара. — Чего ты не сказал, когда мог?

Я развернулась всем телом. И самой стало интересно. Где-то высшие силы Абердина услышали меня.

Юноша не торопился.

— Может, прыгнем? Не нервничай, я тебя удержу.

— Это против правил! — вновь задрожало все сооружение.

— Меня заставил, и сам признавайся, — больно ущипнула товарища по несчастью.

— Ладно, — отмахнулся он. — Что ты мне важна. Не сказал, что ты мне важна. Достаточно?

На меня он не смотрел, искал взглядом прятавшееся чудовище.

Я растеряла весь азарт. В голове набатом отбивалось: «Не сказал, что ты мне важна. Достаточно». На следующий вопрос: «Если бы можно было вернуться — ты бы всё повторил?», я ответила машинально.

— Да, — и тоже избегала оборачиваться на парня.

А уж последний…

— Ты бы простил? — вопрошала Тамара.

Сердце забилось очень гулко… И оборвалось.

— Нет, — наконец-то наши глаза встретились, — но я бы этого хотел.

Он бы простил.

Все мысли крутились вокруг его слов, но я не успела среагировать. Мы пересекли короткий мост, вздохнули, чтобы что-то сказать друг другу, как нас уже вынесло за пределы созданного поля.

Зрачки заболели от яркого света фонарей.

— Да, Веймарс, — причмокнул профессор Крюджерс. — Ты хоть и размазня, но котелок варит. Ходжес, — дал он «пять» парню, — всегда молоток. Тебя не стыдно в люди выпускать. Я сделаю из вас великих покорителей монстров. Вы только… это… — замялся он, — в своих любовных проблемах разберитесь, а то иногда неловко было за вами наблюдать.

Отлично, ему неловко, а мы там развлекались.

— Поздравляю победителей, — разнесся по полигону рык ректора Вулфа.

Кстати, победителем была не я. В этот раз по очкам всех уделали Демоны, на втором месте были Башмаки, а новичкам и первокурсникам досталось почетное третье.

Мадина волосы на себе рвала, утверждая, что все провокация и фальшивка. Ну не могла тупая новенькая победить ее Чародеек. Тьфу, конечно, могла. Потому что испытание больше было логическим и направленным на взаимодействие друг с другом, пусть твой товарищ и из другой, противоборствующей команды.

Как я выяснила, никто из моих брезгливо носом не водил, а участливо принимал любую помощь. Наше место заслуженное.

— Ох, а мне достался Себастьян, — поделилась Тамила. — Такой душка.

— Ага, — рыкнула рядом Сонни Гвард, — когда спит зубами к стенке.

— Сонни, ты очень недооцениваешь брата, — возмутилась подруга.

Я же в это время успокаивала адепта Ллойда. Ему в напарники досталась Эльза со страстью к вокалу. Лабиринт они не пересекли, но летучих мышей и крылаток, коих там было в избытке, впечатлили.

— А что я такого ей