class="p1">Одновременно им подали копья, и каждый метнул его в сторону противника. Гандальв, как более мощный, бросил первым; Хальвдана обдало жаром ужаса и восторга от мысли, что этот бросок предназначен для того, чтобы мгновенно отправить его к Властелину Битв. Потрясенно вскрикнули Фрор со стягом и Бирнир, несший на плечах два запасных Хальвдановых щита. Ингульв Пожиратель, могучий телохранитель Хальвдана, отбил бросок щитом.

– Пусть Один направит копье! – крикнул Хальвдан.

Враг был уже так близко, что брошенное Хальвданом копье вонзилось в щит телохранителя с той стороны, но Гандальва не задело.

В буре криков и лязга два войска сшиблись. Передние ряды били мечами и топорами, вторые – ростовыми топорами из-за щитов первого ряда. Из задних рядов стреляли и метали сулицы. Дигральди Конь возглавлял клин: с диким ревом размахивал он бродексом с дерево величиной и выглядел так ужасно, что люди Гандальва отлетали с его дороги.

Оба войска теряли людей, но Хальвдан, имея преимущество, сразу стал теснить Гандальва. Люди Хальвдана, после мокрого перехода по морю и неудобного ночлега, были так злы, что вынесли бы кого угодно, не глядя на число. Удалось, загнув строй, частично зайти Гандальву в тыл, и люди Вингульмёрка, избегая окружения, стали отступать прямо в поле. Еще немного напора – и кое-кто обратился в бегство, строй Гандальва окончательно рассыпался. Только возле самого конунга, под его стягом, держалось два-три десятка человек.

И тут началось нечто странное. Хальвдан, шедший в кольце своих телохранителей, вдруг обнаружил, что они от него отстают и он вышел на вражий строй в одиночку – едва успел опомниться и вернуться. Огляделся: напор его войска ослаб, люди застывали на месте, двигались медленно, как под водой. Люди Гандальва, видя это, бодрее устремились вперед и потеснили Вестфольд, хотя преимущество в числе по-прежнему было у Хальвдана.

– Да что с вами такое! – вскрикнул он и взмахнул мечом. – Вестфольд, Агдир, вы что, засыпаете на ходу! Фольмар, что происходит? Вандрад, что с твоими людьми?

Мелькнула даже мысль о предательстве: не заманил ли Вандрад его сюда, чтобы отойти и бросить?

Но о Фольмаре и жителях Агдира Хальвдан так плохо думать не мог. Призыв конунга словно разбудил людей – те вздрогнули и живее устремились на врага. А Хальвдан вдруг услышал неподалеку странный визгливый голос, выкрикивавший какие-то слова.

Преследуя Гандальва, войско Вестфольда приблизилось к скале; не очень высокая, она, однако, нависала над полем. Со скалы полетели стрелы – у Хальвдана на глазах двое-трое возле него упали, кто-то был ранен, а один точно убит. Он вскинул голову, выглянул из-под щита.

Среди редких мелких сосен на скале десяток стрелков спешно накладывали стрелы и выискивали новую цель. А среди них виднелся еще кое-кто, совсем не похожий на воина. Невысокая плотная фигурка, по виду женская, закутанная в шкуры, подпрыгивала над скалой и выкрикивала:

К мощи Трюма я взываю,

Зов Сванлиды он услышит.

Сила горного владыки

Пусть войдет в мои заклятья!

Песню Хадды ты услышишь,

Хальвдан, враг непримиримый!

Без пощады заклинанья

Все твои погубят силы!

– Хадда! – вскрикнул пораженный Хальвдан. – Ведьма, хюльдра хвостатая! Да поразит тебя Тор! А ну пошла прочь!

Он не верил своим глазам, но видел Хадду совершенно ясно. Ту самую, что встретила его в лесной избушке Исвильд и предсказала дурную судьбу. И вот – явилась, чтобы помочь своему предсказанию сбыться. Когда не вышло стравить его в смертельной схватке с Олавом, она взялась за Гандальва!

Глаз не видит, шаг неверен,

Кости тяжелее камня!

Вам мечей поднять не дам я,

Воля Хадды вас сковала!

Хальвдан различал лишь обрывки ее песни, но быстро понял, что к чему.

– Она накладывает чары! Это «боевые оковы»! – в ужасе закричал он. – Эльвир! Что делать?

К появлению Хадды прямо на поле битвы и к губительной ворожбе он не был готов. Всем известно, что такое «боевые оковы», но впервые в жизни Хальвдан видел их действие своими глазами. Люди вокруг него застывали, будто вдруг заснули, превращаясь в удобные мишени для стрел и сулиц. Другие двигались, но медленно, будто кости в руках каждого окаменели и стали неподъемны. Удары наносился бесцельно, в пустоту.

Хадда все вопила, и в ее визгливом голосе слышалось ликование, торжество:

Ноги ваши охромели,

И клинки позатупились!

Налагаю я оковы

На воителей Вестфольда…

– Это троллиха! – закричал Хальвдан. – Бейте ее! Иначе она всех нас погубит ворожбой!

– Кто? – отозвались телохранители. – Где? Где троллиха?

Но даже они говорили невнятно, двигались медленно, будто из здоровых молодых мужчин разом сделались дряхлыми стрцами.

– Да вон же она, на скале! – Хальвдан взмахнул мечом.

– Вижу! – Карси, еще один его телохранитель, вдруг очнулся и завертел головой, отыскивая поблизости лучника. – Марр, сними вон ту дрянь со скалы!

– Где? – забормотал Марр, пуча глаза в никуда, как полоумный. – Кого? Я не вижу!

– Да что же… Тролль дери, куда же она делась?

– Хальвдан! – долетел из-за рядов хирдманов голос Браги Скальда. – Меч!

– Что?

– Твой меч! Он разрушает ее чары!

Поняв его, Хальвдан помахал мечом перед телохранителями – и у них прояснились лица. Карси, Марр лихорадочно обшаривали взглядом скалу, пока Ингульв и Одальфред прикрывали Хальвдана щитами.

– Конунг! Я ее не вижу!

– И я никого не вижу!

– Глаза отводит, тварь!

– Тор, помоги нам!

– Конунг, только покажи, где она! Уж я ее на части разорву!

– Дай мне! – Хальвдан быстро передал Пса Хель Бирниру и выхватил у Марра лук. – Я ее вижу.

Он прицелился из-под щитов, торопясь, пока морок не накрыл и его.

Грудь твою земля покроет,

Твое сердце сгложут змеи,

Твои очи ворон выпьет —

Не уйти тебе от мести…

Визгливый голос Хадды ввинчивался в уши, было чувство, что воздух вокруг полон кусочками льда, отчего все дрожит, искажается. Руки тряслись, в глазах немного расплывалось, но Хальвдан, стиснув зубы, прицелился в бешеный комок меха, скачущий среди сосен, и пустил стрелу.

Хадда прянула в сторону и пропала за стволами. Зато и чары рассеялись – люди опомнились. Раздался негодующий крик и рев, и войско Вестфольда вновь устремилось на врага.

Гандальв с его людьми тем временем отступил к лесу – за ним скрывалась усадьба Крекерёй с ее угодьями.

– В усадьбу! – кричал Хальвдан, оглядываясь, не появилась ли снова Хадда. – Живее, строиться! Они могут в лесу сесть в засаду, не