в ее голосе слышались стальные нотки. – Как мило с твоей стороны удостоить нас своим присутствием.

– Убирайся из моей комнаты, – прошептала я, пытаясь держаться уверенно.

– Ты, мелкая сука, еще будешь указывать мне, что делать? – Сидни встала с кровати и нетвердой походкой подошла ко мне. – Я предупреждала, чтобы ты не подходила к Дэму? Предупреждала ведь?

Я отступила на шаг, чтобы не вдыхать отвратительный запах алкоголя, и ухмыльнулась. Сидни не пугала меня.

– Да ну? И что ты сделаешь? Сломаешь мне руку своей игрушкой? Серьезно, Сидни? Это все, на что ты способна?

В эту секунду в комнату влетела Грейс.

– Остановись, психопатка! – крикнула она Сидни, в глазах которой вспыхнула ярость.

Она замахнулась битой, целясь мне в голову, но я успела увернуться. Бита просвистела в воздухе и с грохотом врезалась в стену, оставив глубокую вмятину. Грейс с визгом отскочила назад, и я поспешно закрыла за ней дверь.

Это моя вина. Я должна разобраться с Сидни самостоятельно.

– Он мой и всегда будет моим! – взревела Сидни, теряя равновесие.

Я воспользовалась ее секундной слабостью и толкнула в грудь. Сидни отлетела назад и рухнула на кровать, запутавшись в смятых простынях. Я накинулась на нее сверху и выхватила биту из уже ослабевшей руки.

– Довольно, Сидни! – крикнула я, задыхаясь от гнева. – Ты перешла все границы!

Сидни, словно загнанный зверь, смотрела на меня снизу вверх. В ее глазах, помимо пьяной злобы, мелькнул страх.

– Дэм любит меня! – прохрипела она. – Ты украла его…

Я подняла биту над головой, но в последний момент остановилась. Нельзя было опускаться до ее уровня. Нельзя было позволить ей превратить меня в чудовище, которым являлась она сама.

– Дэмиан сам сделал свой выбор, – выдохнула я, опуская биту. – И тебе пора это принять.

Я отбросила биту в сторону и встала с кровати. Сидни все еще лежала там, сломленная и потерянная. В ее глазах плескалась смесь ненависти и отчаяния.

– Тебе лучше уйти, – сказала я твердым голосом. – И держись подальше от меня и Дэмиана. Не унижайся и не устраивай истерики. Я прошу тебя.

Сидни засмеялась и презрительно посмотрела на меня.

– Может, поделишься впечатлениями? Как он тебя трахает? Сзади? Дэм же не любит смотреть в глаза. А как тебе его агрессия? М-м-м, когда он хватает за волосы, сжимает горло, бьет по заднице… Кончаешь?

Я до боли сжала кулаки, подошла к Сидни и с силой скинула ее с кровати. Она упала на пол и завыла от боли. Сев на корточки рядом с ней, я процедила сквозь стиснутые зубы:

– Он всегда смотрит мне в глаза и говорит, как сильно любит. А кончаю я от его мягких и теплых пальцев на моем клиторе, а не от побоев.

Окинув ее грустным взглядом, я выпрямилась, подняла с пола свою разорванную футболку и бросила ее на постель. Сидни, не выдержав жалости в моих глазах, поднялась на ноги и, шатаясь, направилась к двери. Перед тем как выйти, она желчно прошипела:

– Ты еще пожалеешь об этом, Эмилия Сандерс.

Я осталась одна в разгромленной комнате. Опустошение и усталость обрушились на меня снежной лавиной. Собрав остатки сил, я вышла из спальни и спустилась вниз. Девочки все еще сидели в гостиной, непонимающие и испуганные. Грейс уже называла адрес нашего дома полиции.

– Все в порядке, – произнесла я, стараясь придать голосу уверенности, которой не чувствовала. – Идите спать. Грейс, пожалуйста, скажи, что опасности нет.

Девочки послушно поднялись и, переглядываясь, потянулись в свои спальни. Я опустилась на диван, ощущая, как все тело пронзает дрожь.

– Ты как? – спросила Грейс, присаживаясь рядом. На ее ресницах блестели слезы. – Я боялась, что она тебя убьет… Или ты… В общем… Прости, я испугалась…

– Ты сделала все правильно… Я правда в порядке, не переживай. – Я вздохнула и задумалась. – Сидни же знает, что Дэмиан никогда ее не любил. Какого черта она так борется за их отношения?

Грейс обняла меня за плечи, пытаясь согреть. Ее прикосновение немного меня успокоило.

– Она просто не может смириться с правдой, Эми. Некоторые люди живут в своих иллюзиях, потому что реальность для них слишком жестока. Особенно когда дело касается любви.

Я кивнула, но внутри все сжалось. Грейс говорила правильно, гладко – как по учебнику психологии. Только вот в жизни все гораздо сложнее.

Сидни имела право злиться и ненавидеть меня. Я спала с ее парнем. Можно сколько угодно повторять, что Дэмиан сам сделал выбор, что их отношения трещали по швам задолго до меня, но факт оставался фактом. Я стала той, из-за кого мир Сидни разлетелся на осколки.

Я помнила, как сама смотрела на эту парочку в столовой, в коридорах, на тренировках. Как внутри закипала глухая, бессильная злоба, когда она касалась Дэмиана. Как хотелось подойти и закричать, что он мой. Поэтому я понимала ее.

Вандализм, угрозы, истерики – я не собиралась это оправдывать. Но и делать вид, что Сидни просто беспричинно озверела, что она монстр, а я невинная жертва, – тоже не могла. Потому что сгорала от той же ярости. От той же готовности рвать и метать, от того же желания разрушать. Просто мне повезло больше – я получила то, чего хотела. А Сидни – нет.

Она любила Дэмиана. Больной, необъяснимой, но искренней любовью. Я видела это каждый раз, когда она смотрела на него. Видела, как она светилась, как тянулась к нему, как ловила каждое его слово. Ее чувства были настоящими. И теперь она осталась одна, с разбитым сердцем и пустыми руками. А стояла на руинах ее иллюзий и делала вид, что ни при чем.

– Ты ее оправдываешь? – Грейс прищурилась, будто прочитав мои мысли.

– Нет. Просто пытаюсь понять, сможет ли она остановиться. Если бы кто-то сделал это со мной… Я бы тоже пошла до конца. Наверное… Это пугает меня больше, чем любые ее угрозы.

– Позвони Дэмиану, – посоветовала Грейс. – Он должен знать, что произошло.

– Миссис Грин сказала, что Дэмиан в Нью-Йорке. Я не могу с ним поговорить. Остается только ждать, когда он вернется. Ну или ответит хотя бы на одно из моих сообщений.

Мы просидели в обнимку до глубокой ночи. Потом Грейс все же ушла спать, а я осталась в гостиной, успокаивая себя чаем с ромашкой. Неожиданно в дверь кто-то тихо постучал, вызвав у меня очередной приступ тахикардии. Я замерла, боясь пошевелиться. Пульс участился.

Кто мог прийти в такой час?

Поставив чашку на журнальный столик, я плавно встала с дивана, так же медленно подошла к двери и аккуратно