мне на затылок и я закрываю глаза, вдыхая его запах.

– Владыка… – начинаю я.

– Может отправляться к бесам. Я не позволю ему тянуть лапы к моей дочери.

Я всхлипываю и обхватываю руками шею генерала. Поднимаю на него глаза.

– Шафар убийца, – вырывается у меня.

– Я знаю, – отвечает Марко.

Он… знает? Понял, что Лу больше нет?

Мы смотрим друг другу в глаза, но я страшусь спросить прямо. Я самозванка, обвешанная массой страхов.

– Выбрось из головы сомнения. Это моя вина, что ты до сих пор дрожишь. Отныне ты в безопасности, птичка, – он наклоняется и стирает мои слезы поцелуями.

– Эль ждет нас, – я провожу ладонью по его лицу. – Марко, я…

Он запечатывает мне губы коротким, властным поцелуем, не давая произнести ни слова. Между нами повисает недосказанность, но сам Марко будто не позволяет мне наговорить лишнего.

Боги, неужели он все-таки понял?

***

Экипаж катится по дороге, мерно покачиваясь на рессорах. Эль пребывает в абсолютном восторге, для нее поездка в настоящий город, да еще и за платьями – ожившая сказка, в которую она боится верить до конца.

Мы останавливаемся у модного ателье мадам Клэр. Марко первым выходит из экипажа и подает руку Нэнси, затем бережно высаживает Эль. Малышка, оказавшись на мостовой, с любопытством оглядывается по сторонам.

Когда я протягиваю руку к дверце, Марко перехватывает мое запястье. Его ладонь горячая, властная. Он не просто помогает мне выйти, он удерживает мою руку чуть дольше, чем нужно. На миг наши взгляды встречаются, и между нами снова проскакивает та самая электрическая искра недосказанности.

Эль вкладывает свою крохотную ладошку в мою, и мы направляемся к сияющей витрине салона. Дочка подпрыгивает на месте от нетерпения, ее личико светится предвкушением чуда.

Но стеклянная дверь внезапно распахивается, и нам навстречу выходит Линда. В руках у нее объемистый сверток, перевязанный лентой.

– Леди Айши. Генерал Авир, – она здоровается с нами, но ее взгляд, острый и холодный, буквально сверлит Эль.

Розовые губы медсестры изгибаются в улыбке и она добавляет:

– Вы тоже готовитесь к ярмарке? О, уверена, там будет очень весело.

Мазнув по нам напоследок колючим взглядом и помахав Эль рукой, Линда исчезает в толпе прохожих.

– Гадкая тетя, – высказывается Эль.

Сегодня она оставила медвежонка дома. Поэтому, ища защиты, вместо игрушки изо всех сил прижимает к груди мою руку. Марко оказывается рядом, подхватывает дочку, и одним легким движением усаживает ее к себе на плечо.

– А я, по-твоему, зачем здесь? – спрашивает он серьезно. – Чтобы защищать нашу принцессу от неприятных личностей.

Эль мгновенно забывает о Линде. Она смеется, по-хозяйски вцепившись ручонками в коротко стриженные волосы Марко.

– А я передумала. Можно мне розовое платье?

– Купим сразу два, – обещает Марко и решительно отворяет перед нами двери салона.

И у меня на душе делается так сладко, что самой страшно.

Глава 59

Половину салона кареты занимают коробки с обновками Эль. Сама же моя красавица устроилась на коленях у отца и тихонько сопит – слишком много впечатлений для такой малышки.

Генерал смотрит на дочь счастливыми и немного безумными глазами. Держит ее так аккуратно, словно она отлита из тончайшего хрусталя. Я никогда не видела Марко таким, Эль полностью его обезоружила.

– Тебе легчает рядом с ней? – спрашиваю я шепотом.

– Теперь мне есть ради чего жить, – отвечает он просто. – Ради вас.

Меня колет совесть за то, что я так долго скрывала правду. Но, боги, этот Владыка стоял за спиной, как палач. Угрозы, интриги, да еще и воспоминания Лу, которые буквально лишали меня воли.

И сейчас я чувствую себя лопнувшим воздушным шариком: самое острое позади, но тревога никуда не делась.

– Марко, мать Шафара… она поговорила с Владыкой?

– Да, – коротко бросает он.

По его лицу я понимаю – всю правду он мне открывать не намерен. Взгляд снова становится стальным, закрытым.

– Я слышала, вы пытались вытащить Шафара из лагеря варваров…

– Лу, это не должно тебя волновать, – Марко касается губами светлых волос дочери. – Теперь вы под моей защитой. Я вернул семью и больше вас не отпущу.

– Неизвестность пугает, Марко.

– Крыса Шафар будет жестоко наказан.

– А что потом?

Боги, я ведь строю карьеру, поднимаю больницу. Понимает ли Марко, что я свободная женщина, которую не получится запереть в клетке, пусть даже в золотой?

– Потом… посмотрим, – Марко вдруг улыбается. – Что тебя беспокоит, птичка?

– Моя работа. Моя карьера.

– Лу, я в состоянии обеспечить вас. Ты будущая жена богатого и влиятельного дракона.

– Марко, у меня сильный дар. Он раскрылся в полную силу, когда мне исполнилось двадцать восемь. Я не могу его игнорировать… и не хочу.

– Я не собираюсь тебя запирать, – генерал щурится.

– Мне понадобится серьезное обучение. Пока я справляюсь только за счет знаний…

Знаний из прошлого мира, откуда я принесла десятилетний опыт работы в реанимации и наработки для диссертации. Если бы меня тогда не обокрали, не оклеветали, не отобрали труд всей моей жизни…

Но произношу я совсем другое:

– …за счет знаний, полученных в Озерной академии. Но я ведь так и не доучилась.

Марко кивает, но не развивает тему. Он задумчив. Мы больше не одиночки, мы связаны ответственностью за маленькое существо, которое сейчас потягивается у него на руках.

А я спрашиваю себя, что ощущаю к Марко. Я никогда не позволяла себе об этом думать, вытесняя эмоции в дальний угол сознания. Но сейчас, рассматривая его жесткое, мужественное лицо, я больше не могу лгать себе. Марко привлекал меня с самой первой встречи, сколько бы я это ни отрицала.

Поднимаю глаза и сталкиваюсь с ним взглядом. Вздрагиваю. В глубине его зрачков тлеет такое желание, что меня прошибает током.

Кажется, я попала…

***

В Реванс действительно прибывают целители из Драполиса: личный врач Лорда-инквизитора и еще пара именитых специалистов.

Признаюсь, я напряжена, пока принимаю их. Олаф Шраус в своей стихии, общается с ними на равных, порой даже свысока. А мне претит их снисходительность, драконы всегда презирали Дикие земли, и это чувствуется в каждом их жесте.

Но личный врач инквизитора – пожилой мужчина, не дракон. В его взгляде я улавливаю некое тепло, которое мгновенно меня успокаивает.

– Я тоже из