что именно в качестве награды назначил мне Сидманд. Однако за время путешествия мы, вроде как, сблизились… Но я всё равно не уверена, что он не устроит скандал, лишившись части своих земель.

— Какой прок строить догадки на этот счёт? — пробормотала я, принявшись развязывать шнуровку на платье. — Вот придёт Адалард, и я прямо у него спрошу.

С огромным удовольствием сняв вульгарное алое платье, подаренное Фредериком, я переоделась в один из нарядов, отданных мне Эир, распустила волосы и вышла на балкон, с наслаждением вдыхая полной грудью прохладный ночной воздух.

День выдался долгий и трудный, и, по-хорошему, стоило бы лечь спать. Однако я всё же решила дождаться возвращения Адаларда — не хотелось откладывать серьёзный разговор на неопределённый срок. А он точно отложится, потому что к утру я себя накручу, передумаю поднимать волнующую меня тему и предпочту просто дальше плыть по течению, авось всё как-то само решится.

Однако ожидание затянулось, и я, немного замёрзнув, вернулась в комнату.

В гостиной на невысоком столике я с удивлением обнаружила вазу с фруктами, два хрустальных бокала и высокий кувшин с вином.

«Я, вроде бы, ничего не заказывала».

Я недоверчиво покосилась на неизвестно откуда взявшуюся еду и напиток и, решив не рисковать, проигнорировала их, удобно устроившись на диване.

Однако не прошло и пяти минут, как дверь без стука открылась, и в комнату вошёл Хродрик.

— Пока лорд Вьеренс занят делами, я решил взять на себя обязанность присматривать за вами, госпожа Диана, — бодро сообщил он мне. — Надеюсь, вы не возражаете?

— Это ваших рук дело? — спросила я, указав на фрукты и вино.

— Негоже оставлять нашу спасительницу голодной, — самодовольно заявил тот. — Надеюсь, вы простите мне некоторое самоуправство?

— Главное, чтобы лорд Вьеренс вас простил, — заметила я.

Я ещё помнила бурную реакцию Адаларда на мой короткий разговор с Хродриком на корабле. И снова провоцировать его на ревность мне совершенно не хотелось.

— Адалард не был очень доволен, когда я изъявил желание присмотреть за вами, однако и возражать не стал. Так что насчёт его реакции можете не волноваться.

Хродрик подошёл к столу и разлил вино по бокалам, один протянул мне, а второй взял себе.

Бокал я взяла, но пить из него не спешила, с подозрением глядя на мужчину.

Мне его внезапная забота и внимание совершенно не нравились. Я ведь, кажется, раньше предполагала наличие шпиона среди людей Адаларда? Так почему бы этим шпионом не оказаться именно Хродерику?

— Почему вы не пьёте, Диана? — между тем спросил Хродерик, внимательно глядя мне в глаза. — Неужели думаете, что я пытаюсь вас отравить?

— Предосторожность лишней никогда не бывает, — постаравшись держаться как можно более уверенно, спокойно ответила я. — И раз уж вы вызвались меня защищать, быть может, первым сделаете глоток?

Ожидание

— Вот это я понимаю забота о себе любимой, — фыркнул Хродерик. — Впрочем, учитывая последние события, возможно, вы и правы.

Он протянул руку и забрал мой бокал, после чего демонстративно сделал из него большой глоток.

— Убедились? — насмешливо уточнил он, возвращая мне бокал.

— Убедилась, — кивнула я. — Но извиняться за подозрения не буду.

— И не надо, — заверил меня Хродерик, делая глоток теперь уже из своего бокала. — Я не в обиде. Понимаю, вы меня почти не знаете, а в свете событий минувших суток и вовсе имеете право сомневаться во всех и каждом.

— Ну, почему же во всех. В лорде Вьеренсе я полностью уверена.

— Если это правда, я могу только позавидовать Адаларду — доверие такой женщины, как вы, дорогого стоит.

Я неопределённо пожала плечами и, так и не отпив из своего бокала, поставила его на стол, после чего оторвала одну ягодку от кисти винограда, лежавшей в вазе, и закинула её в рот.

Со стороны двери послышался неясный шум, словно кто-то старательно пытается её открыть когтистой лапой, но у него ничего не выходит.

И только тут я вспомнила, что, уходя из королевских покоев, забыла забрать с собой Буно, так что я поспешила открыть дверь и впустить фамильяра в комнату.

— Прости, мой хороший, — повинилась я, поймав на себе недовольный взгляд малыша. — Я совсем про тебя забыла.

Буно раздражённо фыркнул в мою сторону, а затем, забавно подёргав носиком, шустро посеменил в сторону стола.

— А вот и ещё один ваш охранник объявился, — усмехнулся Хродрик, помогая малышу забраться на стол. — Я уже начал волноваться, куда вы его подевали.

Буно, стащив из вазы румяное яблоко, плюхнулся на попу и принялся с удовольствием в него вгрызаться острыми зубами.

— Пожалуй, стоит попросить слуг подать поздний ужин, — заметил Хродрик. — Ну, или ранний завтрак.

Мой собственный желудок громко заурчал, подтверждая, что еда лишней точно не будет.

— Я распоряжусь, — хмыкнул Хродрик и вышел из комнаты.

Я проводила его задумчивым взглядом.

Наверно, я становлюсь параноиком, но меня не покидало чувство, что эта внезапная забота появилась не просто так, и этому мужчине от меня что-то нужно. Только вот что?

Хродрик вернулся спустя каких-то десять минут, собственноручно принеся блюдо с бутербродами с тонко нарезанной бужениной, ломтиками помидора и сыром.

— Ничего более существенного раздобыть не удалось, — повинился он, поставив тарелку на стол. — А будить прислугу я не стал.

После чего, не дожидаясь приглашения, плюхнулся на стул, взял один из бутербродов и принялся его сосредоточенно жевать.

Буно, унюхавший мясо, тут же свистнул один бутерброд, внимательно его обнюхал и, недовольно скривившись, отбросил в сторону неинтересный для него хлеб, оставив только мясо, помидор и сыр.

— А он разбирается в еде, — одобрительно хохотнул Хродерик.

Я воздержалась от комментариев по этому поводу, тоже сосредоточившись на еде.

— Что-то Адалард задерживается, — спустя некоторое время заметил Хродерик. — Хэйн не производит впечатление стойкого человека, готового вытерпеть любую боль, только бы не выдать своих людей.

Я снова промолчала.

— Какая-то вы сегодня неразговорчивая, — заметил Хродерик, так и не дождавшись никакой реакции с моей стороны на свои слова. — Неужели моя компания вам не по душе?

От необходимости что-либо говорить меня освободила резко распахнувшаяся дверь и хмурый Адалард, вошедший в комнату с таким зверским выражением лица, будто собирается немедленно кого-то растерзать голыми руками.

Попытка поговорить

— Я, кажется, просил тебя не приближаться к ней! — с угрозой проговорил Адалард, смерив Хродерика гневным взглядом.

— А мне показалось, ты согласился с моим мнением, что оставлять госпожу Диану одну на вражеской территории, пока мы не поймали всех подельников графа, не самая лучшая идея, — легко парировал Хродерик, которого внезапная вспышка гнева его