А вон там по стене гигантского дома из незнакомого материала полз ёкай из чистой тьмы (как те теневые руки Мортаса, что сперва пугали меня, а теперь я знала, как нежно и заботливо они умеют прикасаться), это был такой ёкай, что не держит форму тела, и вдруг под моим взглядом он обратился чёрным котом с белым кончиком хвоста (мамочки! Высшее колдовство оборота!). И в облике кота тот ёкай пролез в окно и прыгнул на руки золотоволосой человеческой девушке в диковинных иноземных одеждах. А потом он спрыгнул с её рук на пол и оборотился мужчиной!

И такого чуда было так много-много, что я уж и не знала, куда смотреть! И образы ширились и множились. И роды ёкаев, небожителей, драконов и людей — переплетались… и дивные повозки намного больше всех домов и храмов, что я видела в жизни — воспарили в небеса — в чёрную даль и бесконечность соседних миров!

А потом меня отбросило обратно – на фестиваль с воздушным змеем в виде божественного кота. И я разглядела на празднике в ликующей толпе себя саму и Мортаса. И мальчиков ёкаев близнецов – черновьстого и серебяхвостого – им на вид было года по три, и мы с Мортасом несли их на руках через праздничную площадь… а чуть впереди бежали ещё мальчики-близнецы – подростки – чёрный и красный хвостики мелькали в весёлой толпе, это тоже были наши с Мортасом дети.

Позади меня и Мортаса на отдалении быстрым шагом шла повзрослевшая Эмири в лимонного цвета кимоно с зелёным орнаментом, они двигалась в ногу с Небожителем Ксианом – и вид у них больно деловой! А посох Ксиана со змеёй с глазами-изумрудами – отчего-то был сжат в руках Эмири, ну и ну! Они из-за чего-то вздорят? Или нет? У них какое-то дело? Они словно следят за порядком… возможно ли это?

А потом моё внимание оказалось перегружено – слишком много людей. В моём восприятии соседствовали и золотохвостый малыш-небожитель-ёкай (у него были глаза точно как у Мортаса! Я не могла ошибаться!) из города стекла и металла и парящих небесных повозок махал мне ладошкой сквозь время и пространство, и Небожитель Ксиан на площади, вскользь прищурившись, посмотрел вдруг вверх и, кажется, на миг мы встретились взглядами – и меня пробрал холодок восторга. Что это за картины? Что за диво?!

– Что это, Мортас? – еле пошевелила губами я, боясь повредиться рассудком от этих картин.

– Это наше будущее, моя Рейна, – нежно обнял меня Мортас за талию хвостом и парой теневых рук, а рукой из плоти провёл над дивным городом, – это будущее, которое ты выбрала, согласившись стать моей женой. Мы вернёмся на наш свадебный праздник в мир людей и добровольно забудем об увиденном, чтобы не мешать будущему свершиться. Но часть сознания всегда будет помнить, что мы с тобой сейчас узнали. Вселенная благословила нас, показав это… Это такой подарок высших сил, жена моя.

Я сморгнула слёзы счастья и поцеловала мужа так жарко, как только могла, крепко зажмурилась.

И открыла глаза у алтаря, уже женой – второй раз женой одного и того же ёкая, брачный браслет мой стал двойным, как и у Мортаса. Я не запомнила, что мне сейчас пригрезилась, но это было то–то настолько прекрасное, что мне хотелось расплакаться от счастья.

Соседи и друзья хлопали – поздравляли, осыпали нас с Мортасом, идущих от украшенной цветами арки. И, кажется, даже Айрон cкупo улыбался.

Весь вечер я не отнимала руки от мужа, было много поцелуев, много улыбок, много тёплых поздравлений. Я слышала одобрительное мурлыканье божественного кота, что незримо был на празднике и вполне реально подъедал рыбные лакомства, заготовленные специально для него… и это чувство – чего-то прекрасного, что я увидела, но добровольно позволила себе забыть (ибо таковы правила высших сил) – оно так и цвело тёплым знанием и уверенностью в счастливой вечности в моём сердце!

Конец