ни звяканья склянок… Значит, целители уже у Северуса. Может, как раз сейчас они борются за его жизнь — восстанавливают обгоревшую кожу или решают, какое зелье ему дать…

Лили поставила пузырек с обезболивающим на ближайшую тумбочку и придвинула себе стул. Что-то подсказывало ей, что заглядывать к Северусу сейчас не стоило… К тому же, наверное, они и без нее обошлись, иначе тут все стояли бы на ушах и бегали туда-сюда… или не бегали, а отправили его в Мунго. Но тогда мадам Помфри убрала бы ширму и сидела в своем кабинете. Где ее — Лили осторожно вытянула шею — определенно не наблюдалось. Значит, в больницу его переводить не стали: либо побоялись трогать, либо лечение оказалось настолько простым, что в этом не было смысла. Хорошо бы второе, но почему они тогда так долго возятся? Мадам Помфри даже переломы за несколько минут сращивает, а ее коллеги наверняка еще опытнее… Нет, пусть лучше окажется, что все прошло нормально, Северус пришел в себя, и сейчас они отчитывают его за самонадеянность и опасные эксперименты!

Она скрестила пальцы, отчаянно желая, чтобы это оказалось правдой. Бросила взгляд на настенные часы — золоченые стрелки показывали почти половину восьмого, и времени оставалось все меньше и меньше. Если лестницы опять задурят, то можно и опоздать… Может, плюнуть на все и никуда не ездить? Подождать, пока целители закончат с Северусом, а с малышней пускай префекты возятся — но нет, не получится, первокурсников должен сопровождать кто-то из старших, а Поттер все каникулы проведет в школе, и Оливия Гуссокл тоже, а на слизеринцев надежды мало, они заботятся только о своих…

Пока она колебалась, из-за ширмы вышли двое в бледно-зеленых униформах Мунго. Один постарше, высокий и рыжий, как лисица, второй — щуплый и стриженный под ноль, на вид ровесник самой Лили… Должно быть, те самые «орлята», о которых говорила мадам Помфри.

Тот, что с рыжими волосами, выудил из кармана пачку «Пэл Мэлла», щелчком вытряхнул сигарету и прикурил от палочки. С третьей попытки — так сильно у него дрожали руки. Второй целитель тяжело опустился на стул — помедлил, поднял на своего товарища глаза и спросил:

— Слушай… тогда, в самом начале — почему ты сказал, что больше не полезешь за его щиты?

Рыжий выпустил к потолку струйку дыма и мрачно покачал головой.

— Не смог пробиться. Там бездна, а не сознание. Не видно ни черта, какая уж тут оперативная диагностика. Если б не мастер Поук…

Он зябко передернул плечами, и Лили поняла, что больше не может терпеть неизвестность.

— Но это не помешало вам его вылечить? — спросила она, направляясь к ним между рядами кроватей.

Оба целителя как по команде на нее уставились: рыжий — с легким удивлением, стриженый — склонив голову набок, беззастенчиво разглядывая ее от макушки до пят.

— Привет, — протянул он и только что не облизнулся. — А ты кто такая будешь?

Лили остановилась от них в нескольких шагах. Скрестила на груди руки — и зря, видимо, судя по тому, как полыхнули глаза стриженого. И чего они все к ней цепляются? Можно подумать, ей Поттера мало!

— Я его подруга, — задрав подбородок, отчеканила она. — И вопросом на вопрос отвечать невежливо. Я, между прочим, первая спросила!

Рыжий махнул рукой — сигарета в его пальцах очертила изящную дугу.

— Не бойтесь, мисс. Ничего с вашим красавцем не случилось. Никакой темной магии — только ожоги и легкое отравление, и все. Сейчас с ним мастер Поук возится, последние шрамы убирает.

«Красавцем»? Но как он догадался? Неужели по ней это так заметно? Щекам стало горячо, но страх за Северуса пересилил.

— Так у него могли остаться шрамы? На всю жизнь? — нахмурилась она.

Целители переглянулись.

— Но не остались же, — нашелся стриженый. — Мастер Поук за него лично взялся, а он и не таких тяжелых с того света вытаскивал.

— С того света? — растерянно переспросила Лили. Выходит, Северус мог… умереть? Нет, не может быть, тут какая-то ошибка! Одно дело ее собственная разыгравшаяся фантазия, и совсем другое, когда такие вещи заявляют целители!

— Не слушайте его, мисс, — поморщился рыжий. Отбросил недокуренную сигарету — с легким хлопком та исчезла прямо в воздухе. — Дик не так выразился. Он просто хотел сказать, что ваш друг в надежных руках. Не переживайте за него.

— Точно, — поддакнул тот, которого назвали Диком. — Через неделю его уже выпишут.

Что? Неделя? Целая неделя? Но это же… выходит, он застрял тут до Рождества? Да мадам Помфри даже травмы от бладжеров за считанные минуты лечит! А вдруг на самом деле все еще хуже, и они просто скрывают от нее страшную правду?

— А Северус точно выздоровеет? Вы не врете, чтобы меня успокоить?

Она вгляделась в их лица, но не заметила и тени сомнения. Рыжий небрежно прислонился спиной к ширме и смотрел спокойно и открыто, а его нахальный приятель развалился на стуле и пялился на ее ноги. Лили плотнее запахнула мантию, жалея, что сегодня надела юбку, и с удовлетворением отметила, что наглец заметно сник.

— Точно-точно, — заверил рыжий. — Он просто спит, хоть и очень крепко. Пришлось дать ему один неприятный эликсир — как Костерост, только еще хуже, но зато сочетается с зельем Сна-без-сновидений. Самое худшее он проспит, а в себя придет уже здоровым, — он поймал ее взгляд и добавил: — Мастер Поук вылечил вашего друга. Честное целительское. Занимайтесь своими делами и ничего не бойтесь — сегодня к нему нельзя, но только чтобы его не тревожить. Все будет хорошо.

От сердца немного отлегло. Проспать самое неприятное… да, в этом есть смысл. Костерост она прекрасно помнила, еще по урокам зельеварения — тут не то что на снотворное, тут и на удар по голове согласишься, лишь бы вырубиться и ничего не чувствовать. Если это зелье еще хуже, то ничего удивительного, что они решили его не будить. Главное, чтобы он выздоровел. Все-таки она ужасно за него испугалась… Ничего, пусть только поправится, она ему лично шею свернет! Будет знать, как забывать о технике безопасности при работе с горючими субстанциями!

— Спасибо, — тихо поблагодарила она. — Что так с нами возитесь — и со мной, и с Северусом, и вообще… — перевела взгляд на второго целителя. — И вам тоже спасибо. Слов нет, как я вам обоим признательна!

— Да я-то что, — пожал плечами рыжий. — Мастера Поука благодарите. Это он его вытащил. Втемную, без диагноста, как в глухом Средневековье — я же так и не попал в его разум…

— Все