Агата нерешительно тронула нить драгоценности. Это все и смущало, и в то же время решало ее моральные дилеммы. Захочет — снимет. Не захочет — никто ее не заставит.

— Мне двадцать один. В том-то и беда, Руд. Наш… куратор говорит, что мы не бессмертные. Просто живем несколько десятков тысяч лет, или пока не свернем себе шею.

Глупо как все получается. Выходит, он знал? И ничего не изменилось, и он здесь с ней? Как же он отличается от всех мужчин, ей попадавшихся. Не сомневается и не бежит. Смелый, умный, красивый. Стоит сейчас и смотрит ей прямо в глаза, с грустью и нежностью.

— Ты умница. Кстати, короля выбирает корона. Сама, очень это древний артефакт.

— А если нет? Претенденты недостойны, ей все не понравились?

Почему-то представила себе суровую и справедливую такую корону, отбирающую мандаты и всех признающую недостойными.

— Ну… летописи говорят, что в стародавние годы такое бывало. Тогда всех претендентов казнили и быстренько собирали новых. Второй попытки не требовалось. Видимо, с тех самых пор и не рискуют. Роду потерять лидера нелегко. Потом найди еще нового.

Агата задумалась: новый мир, свои правила, кажется, даже, вполне справедливые. Почему нет? Только вот, что ей делать со всем этим? Бессмертной, неправильной, необычной. Сказочка-то оказалась совсем не простой, и герои — не милые феечки и не розовые пони.

Еще раз взглянула на королевский браслет. Он ведь не только полезный и магический, но еще и невероятно красивый. Очень изящный. Такую красоту впору и королеве носить. К тому же артефакт защиты лишним уж точно не будет, как и личный оруженосец, ведь правда?

31. Претендент на корону

Завтракали они очень медленно, словно растягивая мгновения. Любовались друг другом. Впервые, кажется, Агата нашла время разглядеть, как аккуратно и даже изысканно волк управляется со столовыми приборами. Как умело за ней ухаживает — очень ненавязчиво и деликатно. Как непринужденно пользуется салфеткой. Нет, он определенно не воспитанный в деревне мальчишка, как раньше ей врал!

Но спросить уже не успела: в дверь их маленького домика вдруг забарабанили. Недовольно поморщившись, морф поднялся.

— Сьерр Игнатий просил передать Ашену, что срочно ждет его у себя в кабинете, — выпалил вихрастый мальчишка, что нашелся за дверью. — Дело жизни и смерти!

Проорал эту фразу бравурно и быстро сбежал.

Руд озадаченно хмыкнул, оглядываясь на Агату.

— Кажется, нам все же придется здесь задержаться немного. Ты же хотела узнать, кто я такой, любовь моя?

Она кивнула, торопливо допивая свой кофе.

— Момент истины настал. Пойдешь со мной? Что-то мне тихо подсказывает: — тебя ждет настоящее откровение. Да и дела в городе нужно закончить. Собрать наш нехитрый багаж, вернуть ключ от дома хозяину, оплатить счета на конюшне. Ну так что, ты готова, моя любимая госпожа?

Закивала головой энергично.

Ну конечно, Агата пойдет! И вообще — разве она не его телохранитель? И… не его возлюбленная? Она бы пошла, даже если бы он не позвал, и судя по смеющемуся волчьему взгляду — он это знает и сам.

— Тогда одевайся скорее, моя прекрасная госпожа. Слышала ведь: вопрос жизни и смерти?

* * *

— Уважаемый Рудольф Казимир Вильгельм… — начал стряпчий, близоруко щурясь и тщательно протирая тряпочкой очки. — Моро-Ашен. Или пока только Моро? Впрочем, это не суть даже важно. Дело, по которому я призвал вас, оторвав от несомненно важных хлопот…

— Очень важных! — рыкнул Рудик низко и так властно, что сьерр Игнатий невольно подскочил, роняя на стол очки и выпрямляя спину. — Ближе к делу, прошу, уважаемый.

Агата таким не видела Руда еще никогда. Тихонечко стоя у стеночки (как и подобало телохранительнице наследника, очевидно), она завороженно слушала. Ай да Рудик, ай да…. волчицын сын!

— Ах да… — приводя себя в подобающий вид, стряпчий продолжил. — У нас тут на носу, королевский отбор, сьерр Моро-Ашен.

— Просто Рудольф, чтобы не запутаться. Остальное пока преждевременно. Ну, и какое к происходящему я имею теперь отношение?

— А то, что вы, драгоценный наш представитель рода Бурых волков, ухитрились в схватке победить вашего кузена — сьерра Леонтия из рода Серых… И его, так сказать, ближнюю гвардию. А ведь Леон был несомненным лидером, одолел в поединках и наследника Рыжих — Демьяна и старого Черного Волина. — Стряпчий вытер обильный пот, вдруг проступивший на лбу, тонким кружевным платком и продолжил решительно: — Кстати, куда вы дели тела? Дядюшка ваш, уважаемый сьерр Румис Гриз, очень беспокоится.

— В полнолуние вернутся, — снисходительно махнул лапой Рудольф, вдруг расслабившись.

— Мертвяками? — хладнокровно уточнил стряпчий. — Ты еще и некромант, малыш? Нет, дар, конечно, ценный, и дядюшка твой не вызывает особой народной любви, но не кажется ли тебе, что это слишком жестоко?

— Живыми вернутся, — усмехнулся морф. — Если это сейчас имеет какое-то значение.

— Еще как имеет! — воздел руки к потолку нотариус. — Милосердие — прекрасное качество для короля! Впрочем, магический дар тоже.

В принципе, Рудольф догадывался, зачем его искал нотариус, но сейчас, когда тот произнес это вслух, все равно вздрогнул и дернул даже глазом. Стало как-то не по себе.

— Или ты, или сьер Румис, — развел руками Игнатий, внимательно наблюдавший за наследником. — Знаешь, я позволил себе переговорить с главами семейств… Они все готовы поддержать тебя… вас. Если, конечно, ты сможешь доказать свою личность.

Агата вытаращилась, громко втянув в себя воздух. Вот это да! Нашла она в своей кровати волчонка (ну ладно, кровать была неизвестно чья, но нашла же!), а он бах! И король. А все же она была права! Она же го-во-ри-ла!

— Что значит «доказать»? — Рудольф, кажется, удивился. — Я это я. Разве тут есть другие варианты? Я — волк, я альфа, меня узнали вы и еще куча народу… Я победил Серых, опять же, не забывайте. Что еще нужно? Пустить кровь наследнику? Может, даже сжечь и сравнить с пеплом предков?

— Кольцо, любезнейший, — медленно и терпеливо, словно малому дитятке, пояснил сьерр Игнатий. — То самое, которое ваш батюшка передал твоей матушке для своего единственного сына сразу после рождения вашего. В знак признания тебя своим наследником.

— Ах, кольцо… Надо же.

— Да, да. Я уверен, ты его сохранил, ведь верно? Оно у тебя где-то в банковской ячейке, конечно, как и подобает фамильной реликвии? — стряпчий внимательно осмотрел руки морфа. Тот едва удержался от постыдного порыва спрятать их быстро в карманы. — Сейчас для нас всех очень важно как можно быстрее предъявить твои права на наследство и…

— А если