эльфийский ритуал, разрывая связи и обнажая энергетические каналы, эта сущность, видимо, решила заявить свои права. И не только на освобожденные души девушек, но и на мою собственную.

— Что тебе нужно? — спросил я у нее, стараясь, чтобы голос звучал ровно и сухо.

Тень плавно, почти по-птичьи наклонила свою бесформенную голову набок, но ничего не ответила, продолжая скалиться своим игольчатым ртом.

Я скосил глаза на стоящего неподалеку духа настоящего Виктора Громова. Он наблюдал за происходящим с нескрываемым интересом.

— Ты говорил, что тебе теперь здесь не одиноко, — обратился я к Громову, кивнув в сторону твари. — Ты ее имел в виду.

— Именно, — спокойно отозвался Громов, скрестив руки на груди.

— Значит, вы общались? — уточнил я.

— Можно и так сказать, — дух пожал плечами, словно речь шла о случайном попутчике в поезде.

Я перевел взгляд обратно на Тень. Она так и таращилась на меня своими белыми провалами, не меняя выражения жуткой морды. Никакой агрессивной жестикуляции, только давящее, тяжелое присутствие.

— Тогда почему ты молчишь и не отвечаешь мне? — снова обратился я к ней.

— Изучаю тебя, — вдруг ответила Тень.

Голос не прозвучал в пространстве каменного карцера. Он возник прямо внутри моего сознания, отдаваясь холодным, вибрирующим резонансом у самого основания черепа. Звучало так, словно сама пустота обрела возможность формулировать слова.

— Зачем? — спросил я, не делая ни шагу назад. — Что ты такое? Что тебе нужно?

— Все, — коротко и емко отозвалась она. Резонанс в голове усилился. — Всё, что у тебя есть. Тело. Энергия. Души. Всё.

Я смотрел на этот сгусток мрака, оценивая ситуацию. Истерить было не в моих правилах. Страх — естественная реакция организма на угрозу, но паника была роскошью, которую я не мог себе позволить. Если она хочет забрать все, значит, ей придется это забрать, а не просто получить по первому требованию.

— Тогда мой ответ «нет», — сказал я совершенно серьезно, словно отказывал навязчивому продавцу.

— Поздно.

Оскал Тени, казалось, стал еще шире. Белые глаза вспыхнули ярче.

— Ты начал ритуал, — продолжил вибрировать голос в моем мозгу. — А значит, у тебя только два выбора: либо отдай все, что имеешь добровольно. Либо попробуй удержать. Меня устроит любой исход, потому что я все равно сильнее тебя.

Тень сделала едва заметное движение, словно расправляя свои длинные когтистые конечности.

— Кто, ты думаешь, помог тебе пережить схватку с тем упырем в Феодосии? Кто отвел на себя внимание Доппельгангера, дав тебе те самые драгоценные доли секунды? Кто помог проломить ментальную защиту тех жалких глупцов в подвале? Я.

Я быстро проанализировал услышанное. Сущность не просто паразитировала. Она инвестировала в меня. Она была скрытой мощью, которая делала меня столь смертоносным в критические моменты. Но любой кредит когда-нибудь приходится возвращать.

— Отлично, — сказал я, не мигая глядя в эти белые провалы-глаза. — Тогда оставайся здесь и дальше. Продолжай наделять меня силой. Не вижу проблем. Нас обоих устраивает такой симбиоз.

Тень расхохоталась. Звук был чудовищным и напоминал скрежет металла по стеклу, усиленный в десятки раз, бьющий по нервным окончаниям.

— Нет, — отрезала сущность. — Сражайся или уступи.

Я тяжело вздохнул. Конструктивного диалога не получилось. Сущность не собиралась договариваться, ей нужен был абсолютный контроль.

— Мирного решения, значит, не будет, — констатировал я факт. — И как ты предлагаешь сражаться? На кулаках, как уличные босяки? На шпагах? Или разойдемся на десять метров и начнем стрелять? — я огляделся по сторонам. — Ой, вот незадачка-то какая. А у нас же с тобой ни шпаг, ни пистолетов, — выдал я максимально саркастичным тоном.

И без того пугающий оскал Тени растянулся еще шире, выходя за рамки любой анатомической возможности.

— Здесь решает только твоя энергия, иномирец. Кто сильнее, тот и оставит за собой право владеть телом и силой. Хватит тратить время впустую.

Она не стала больше ждать. Тень метнулась ко мне с молниеносной, немыслимой скоростью. Пространство между нами просто схлопнулось. Черный сгусток врезался прямо в мое лицо. Ни одна живая душа ни в одном из миров не успела бы среагировать или выставить блок против такой атаки.

Удара как такового не последовало. Не было боли разбитых костей или порванных связок. Было нечто гораздо худшее.

Тень прошла сквозь мою визуальную оболочку и ударила точно в центр моего существа. Туда, где в грудной клетке в районе солнечного сплетения находилась психея.

Я покачнулся, хотя в этом ментальном пространстве у меня не было физического тела. Ощущение было таким, словно в мою грудь влили ведро жидкого азота. Из самого центра грудной клетки, прямо от того места, куда ударила сущность, во все стороны начало расползаться черное пятно.

Субстанция ощущалась как густая смола, которая начала стремительно обволакивать мое тело. Сильнее всего эта тьма устремилась вниз, заливая мой торс, словно пытаясь сначала парализовать двигательные функции тела, укорениться в нем, чтобы затем поглотить разум.

Я не закричал. Внутренний диалог оставался предельно четким и структурированным.

Борьба за доминирование. Мы буквально меряемся магической силой на чистом, концептуальном уровне. Она пытается задавить меня своим объемом и плотностью, изолировать мою волю, запереть мое сознание внутри этой черной смолы, чтобы перехватить контроль над физической оболочкой, которая сейчас стоит в лесу в соляном круге.

Но я не был беззащитным новичком. Я прошел проверку в Министерстве. Артефакт Империи зафиксировал мой потенциал. Я — маг ранга «А». Я достаточно силен, чтобы не сдаться без боя. Значит, у меня выйдет сопротивляться. Это просто вопрос концентрации и правильного распределения ресурсов.

Я закрыл глаза, отсек панику, отсек страх за девушек, отсек холод, который сковывал мои призрачные внутренности и оставил только чистую сфокусированную волю.

Напрягшись, я потянулся к резерву. Я приказал этой энергии подняться, выйти за пределы ядра и ударить изнутри по этой распространяющейся черной пленке.

Моя сила хлынула по энергетическим каналам. Я ощутил это как мощный поток горячей воды, пытающийся смыть ледяную грязь. Я давил изнутри, выстраивая ментальный барьер, заставляя свою психею сиять ярче, выжигая тьму.

Сначала мне показалось, что план сработал. Распространение черной смолы замедлилось. Тяжесть, давящая на грудь, перестала нарастать. Вязкая пленка, успевшая опуститься до воображаемого пояса, замерла. Я удерживал ее, стиснув зубы, продолжая наращивать давление, планируя перехватить инициативу и начать оттеснять Тень обратно.

А затем в моей голове раздался гудящий и полный презрения голос.

— Что за детские потуги?

Иллюзия моего успеха рассыпалась в прах. То, что я принял за остановку атаки, было лишь моментом, когда Тень оценивала мое сопротивление.

А затем она ударила по-настоящему.

Я ощутил, как по моим ментальным щитам и титаническим усилиям сдержать тьму, ударили