своему главному стражу, — но сейчас нужно взять себя в руки и не выдать Клавдии свои мысли, иначе она станет отговаривать меня от наказания семейства Люка.»

Сама же Клавдия, не подозревая о мрачных мыслях своего возлюбленного, привычно раздавала распоряжения. Два домика были выделены воинам Грега, а в бывший кабинет, где когда-то лежал раненый наследник, женщина решила поселить Марли. Хранительница заметила, как Иркан крутится возле незнакомки, засыпая ее вопросами, а она оживленно объясняла ему что-то, размахивая руками. Вскоре они дружно рассмеялись.

— Сейчас будет обед, поэтому прошу в дом. Расси словно чувствовала, что будут гости, и приготовила жаркое по своему фирменному рецепту, — рассмеялась Клавдия, приглашая гостей в дом.

Заметив, как друг Грега то и дело оглядывается на воинов и Марли, Клавдия поспешила успокоить его:

— Не переживайте! Еда для них уже готова, сейчас они устроятся и пройдут в летнюю кухню. Там их покормят.

— А Хранительница-то красавица! Увидев ее впервые, я бы тоже влюбился, — тихо посмеивался Варис, стараясь держаться подальше от Грега, чтобы не нарваться на гнев ревнивого мужчины. Кто знает, чего от него можно ожидать?

Войдя в дом, все поспешили к рукомойнику, смывая дорожную пыль, и расселись за накрытым столом. К общей трапезе присоединились Фил с его изящной супругой Селеной. С легким опозданием в дом вошли Иркан и Марли, их лица пылали румянцем, а взгляды выдавали нескрываемое волнение.

Заметив вопросительные взгляды, Иркан густо покраснел.

— Я показывал Марли озеро…

— И как прошла встреча? — с любопытством поинтересовался кто-то из присутствующих.

Оба, обменявшись красноречивыми взглядами, предпочли промолчать, потупив взоры. Клавдия ощутила легкое беспокойство, но не стала терзать ребят расспросами. Гости, утомленные дорогой, явно нуждались в отдыхе и пище, поэтому она решила отложить вопросы на потом.

Жаркое, приготовленное Расси, удалось на славу. Казалось, каждый кусочек таял во рту, вызывая непроизвольные стоны удовольствия. Предоставив Марли свой бывший кабинет, Клавдия вместе с Грегом и Варисом поднялась на второй этаж. Там располагались хозяйская спальня, где Клавдия делила кров с дочерью, комната Фелиции, которая, в свою очередь, перебралась к приемной матери, освободив свои покои для четы Фила и Селены. В одной из гостевых комнат обитал Берт, а вот вторая оставалась нетронутой. Некогда заброшенная, она была приведена в порядок лишь неделю назад, на случай, если Орс решит остаться на ночь или навестит Руда, ставшая женой Берта. Именно эту комнату Клавдия и решила предоставить для отдыха своего возлюбленного и его друга.

Попросив Селену помочь Расси и ее помощнице Владе прибраться на кухне, Клавдия, прихватив с собой Марли, направилась к озеру.

Спустившись по тропинке, она увидела Иркана, который, как и следовало ожидать, не остался в доме, а последовал за ними. Клавдия, твердым голосом, приказала:

— Рассказывайте все, ничего не утаивая. Ты знаешь, Иркан, я все равно узнаю правду.

Юноша лишь пожал плечами, а Марли, подойдя к самой воде, опустила руку в прохладную глубину. Озеро отозвалось на ее прикосновение. Вода всколыхнулась и, словно по волшебству, приняла форму маленького котенка, который настойчиво тыкался мордочкой в ладонь девушки, словно прося ласки. Марли с удовольствием погладила водяного зверька. Затем, котенок промчался по водной глади и, растворившись в ней, вернулся обратно в виде игривых волн, которые, подхватив девушку, заключили ее в кокон и начали раскачивать, словно на качелях, забавляя своими играми.

Для Клавдии все это казалось невероятным. Она никогда не ожидала от строгой водной магии таких неоднозначных и поразительных проявлений.

— Ниба, что это значит?

— А это, дорогая моя, твое избавление! — загадочно хмыкнула няня.

— Какое еще избавление? — не поняла Клавдия.

— Не буду пока раскрывать все карты, это не моя тайна… Не дуйся, всему свое время. Но девушка возвращает тебе твою жизнь… Не смотри на меня так, вскоре ты все узнаешь!

На этом день сюрпризов не закончился. Ближе к вечеру к воротам подъехала телега, в которой женщина средних лет привезла тело юноши. Первое, что бросилось Клавдии в глаза, — ее светлые волосы и голубые глаза. Именно эту особенность она отметила для себя, как только очнулась в комнате после гибели в своем мире, как отличительный признак клана северных песцов.

Измученная женщина подняла голову и встретилась взглядом с Хранительницей.

— Кларенция? Ты здесь? Но как?

— Это вторая жена твоего свекра Хара Валейло. Мать Йона, — прошептала Нибиал.

— Кто такой Йон? — мысленно спросила Клавдия свою няню.

— Тот юноша-оборотень, что был в тебя влюблен. Мать зовут Шиале, — ответила Ниби.

— Шиале? Какими судьбами ты здесь?

— Помоги, поговори с Хранительницей, чтобы спасла моего сына.

Взглянув на тело юноши, Клавдия отметила кровоточащие раны и неестественную бледность кожи. Он был без сознания.

— Кто это с ним так?

— Хара никак не успокоится, все хочет захватить земли клана оленей.

— Одного сына потерял, решил и второго? Заезжайте! Фил, Иркан, помогите донести раненого до озера.

После этих слов женщина бросила на Кларенцию странный взгляд, в котором мелькнула искра жалости, но промолчала.

Ребята, подхватив обмякшее тело Йона, торопливо понесли его к озеру. Вода словно заждалась: едва они опустили его на прибрежный песок, как волна ласково подхватила парня и повлекла за собой, вглубь. Мать лишь успела издать истошный крик, пронзенный ужасом за жизнь сына.

— Не переживай, Шиале. Раз вода его приняла, значит, еще есть надежда на исцеление. Пойдем, я тебя накормлю, пока он поправляется.

— Нет, нет, я буду ждать!

— Придется ждать долго! — предупредила Клавдия.

Женщина пристально посмотрела на бывшую родственницу.

— Ты же Хранительница, я правильно поняла?

— Да, это я. Но что это меняет?

— Когда ты уехала с дочерью, а мой сын маялся, словно тень, Хара вызвал его к себе. Йон потом рассказывал, что отец решил объясниться с ним, после того как запретил жениться на тебе. Прости, но и я не хотела этого…

Они замолчали, погруженные в воспоминания.

— … Всё же расскажу до конца. Хара вызвал сына и сообщил, что Вулпи жив. Ему дали сильное снотворное, поэтому и сердце билось так слабо. А ты была в таком состоянии, что не отличила бы обман от правды. От тебя просто избавились, как от не оправдавшей надежды. Ривез попросила свою бабку-травницу помочь вылечить жениха, но та согласилась лишь при условии, что внучка будет подпитывать все зелья своей магией. Естественно, Ривез согласилась…

— То есть, ты хочешь сказать, что мой бывший муж, которого я считала мертвым, жив?

— Да! Если проклятие твоей ведьмы сбудется, как жаловался по пьяни своим домочадцам Хара, то ребенка у тебя отнимут. Хотя в тот момент никто и поверить не мог, что у