– Все так, – кивнул инженер. – Положение критическое.

Дежурный, не теряя времени, уселся за аппарат и начал быстро отбивать сообщение. Щелчки ключа телеграфа раздавались в помещении, пока Карелин шагал туда-сюда, с трудом сдерживая нетерпение.

– Сообщение принято, – наконец сказал дежурный, обернувшись. – Поезд из Мысовой будет остановлен на следующей станции.

– Отлично, – кивнул Карелин. – Теперь другое дело. Где ближайшая деревня? Мне нужно собрать людей, чтобы помочь вытащить автомобиль.

Дежурный задумался, указал направление жестом:

– Верст десять к северу отсюда. Деревня небольшая, но люди там крепкие, помогут, если попросить.

Карелин быстро оглянулся на него.

– Могу я взять одну из ваших лошадей? – спросил он.

Дежурный не раздумывая кивнул:

– Разумеется. Берите любую.

Через несколько минут Карелин уже мчался по пыльной дороге. Лошадь, почувствовав нетерпение всадника, шла резвым галопом, выбивая копытами облака пыли.

Когда Матвей въехал в деревню, небо уже серело, изредка слышались голоса – кто-то подгонял корову, кто-то звал детей к ужину, но стоило раздаться стуку копыт, как люди притихли и подняли головы, глядя в сторону чужака.

Матвей остановил лошадь у первой избы, что стояла у самой дороги. На крыльце, одной рукой опершись на косяк, замер мужик средних лет с усталым и проницательным взглядом. Одет был в вытертый армяк, на ногах стоптанные лапти, а в руке кружка, курящаяся паром. Видно, чай пил, шум прибытия незваного гостя оторвал его от дела. Мужик помолчал, внимательно оглядывая Матвея, а потом нехотя поинтересовался:

– Кого Бог послал? Или, может, весточку несете?

– На мосту застрял автомобиль, – начал Матвей, слегка запыхавшись. – Нам нужна помощь, чтобы его вытащить. Это срочно.

Мужчина, взглянув на усталое лицо Карелина и его форму, кивнул.

– Сейчас людей соберу, – ответил он. – Пойдемте, расскажете, что делать.

Вскоре крестьяне начали выходить из домов, вооружившись веревками, лопатами и ломами. Карелин, видя готовность этих людей, ощутил облегчение. Возможно, удастся спасти автомобиль и избежать катастрофы.

Когда Карелин и крестьяне достигли моста, открывшееся им зрелище многих заставило замереть. Одна из шпал, удерживавших колеса, упала вниз, предупреждая о неминуемой катастрофе. Машина еще держалась на мосту, но переднее колесо уже нависло над рекой.

– Быстрее сюда! – громко крикнул Карелин, разворачивая веревку.

Мужчины бросились к нему, хватая инструменты. Один за другим они обвязывали колеса веревками, затягивая узлы в отчаянной спешке. Кто-то приволок из леса и пытался подложить поваленную молодую березку под скатывающееся колесо, кто-то держал машину, рискуя быть задавленным ее весом.

– Тяни! – кричал Карелин. – Не дайте ей сорваться!

Веревки натянулись, издав пронзительный звук. Под автомобилем лопнула еще одна шпала, он дернулся, и все напряглись еще сильнее. Мужчины, стиснув зубы, медленно тянули, шаг за шагом приближая автомобиль к спасению.

– Еще! Еще чуть-чуть! – выкрикнул один из крестьян, вжимая сапоги в скользкую землю.

Дерево трещало, крики перемешивались с напряженным хрипом. Внезапно последовал резкий рывок, и корпус машины, подскочив, наконец выбрался на твердую поверхность. Люди, побросав инструменты, оглушительно закричали, радуясь победе.

Князь Борезе подошел к автомобилю первым. Его лицо выражало смесь усталости и облегчения. Он крепко пожал руку Карелину.

– Матвей Сергеевич, вы спасли нас. И поезд. Спасибо!

Карелин коротко кивнул, его взгляд метнулся к лесу.

– Все благодаря этим людям, – ответил он, указывая на крестьян. – Но пока это еще не конец.

Борезе улыбнулся, но Карелин уже не смотрел на него. Его глаза были устремлены на черную кромку леса. Туда, куда скрылся Шеккер.

– За дело, – тихо пробормотал он самому себе. – Теперь за дело.

Карелин, не отводя взгляда от леса, обратился к князю.

– Ваше сиятельство, – произнес он. – Не возвращались ли Тюфяев и Солье?

Князь покачал головой, его лицо выражало легкую обеспокоенность.

– Нет, Матвей Сергеевич, – ответил он. – Они ушли одновременно с вами, но пока их не было.

Только князь произнес эти слова, как из леса кто-то вышел. Матвей побежал навстречу. Это был Тюфяев.

– Господин Карелин, пойдемте, – сказал он, его голос звучал негромко, но в нем чувствовалась необычная напряженность.

– Что случилось? – бросил он, но Тюфяев лишь качнул головой.

– Лучше вам это увидеть самому, – ответил журналист. – Все там.

Карелин напрягся.

– Что с Шеккером? – спросил он, его голос прозвучал глухо.

Тюфяев, все еще пытаясь отдышаться, провел рукой по вспотевшему лбу.

– Он… он мертв, – наконец выдавил он, тяжело глядя на Матвея.

Мост, река, звуки людской суеты – все на мгновение исчезло для Карелина. Только эти слова, словно эхо, звучали в его голове. Он сделал шаг вперед, пристально глядя на Тюфяева.

– Как это произошло? – требовательно спросил он.

Тюфяев глубоко вздохнул, нервно облизав губы.

– Мы с господином Солье разделились, – начал он, слова вырывались резко, будто ему было тяжело их произносить. – Я услышал выстрел. Побежал на звук, но не успел. Потом раздался еще один выстрел. Когда я прибежал, Солье был рядом с ним. Шеккер… он лежал там, мертвый.

Карелин нахмурился, взгляд его стал напряженным.

– И что сказал Солье? – спросил он.

Тюфяев вытер пот со лба, оглядываясь, будто все еще ощущал чей-то взгляд из леса.

– Сказал ничего не трогать, ждать вас. Солье… он ранен, – тихо добавил он, опустив голову. – Сказал, что Шеккер увидел его первым и начал стрелять. Ранил его в ногу.

– А вы? Вы видели, что произошло?

– Нет, – признался Тюфяев, опустив плечи. – Я прибежал уже после. Солье сказал, что сам не ожидал… Шеккер выстрелил, и ему пришлось защищаться.

Карелин молча отвернулся, пытаясь осмыслить услышанное.

– Матвей Сергеевич, – добавил Тюфяев, взволнованно глядя на него. – Господин Солье ждет вас. Просил поторопиться. Ему нужна помощь.

Матвей шел через лес за Тюфяевым. Ветки хлестали по плечам, под ногами шуршала слежавшаяся хвоя. Тюфяев держался впереди, время от времени оборачиваясь, чтобы убедиться, что Карелин следует за ним.

– Вот здесь, – наконец произнес он, останавливаясь. Голос его был все еще немного дрожащим. – Они там.

Карелин ускорил шаг и вскоре увидел Солье. Тот сидел, прислонившись к дереву, его лицо было бледным, но спокойным. На ноге – самодельная повязка, сделанная удивительно аккуратно. Солье заметил Карелина и кивнул.

– Господин Карелин, рад, что вы так быстро пришли, – проговорил он с легкой улыбкой. – Как видите, я не в лучшем состоянии, но жив.

Матвей мельком взглянул на рану.

– Не серьезно, – заключил он. – Вы можете идти?

– Конечно, – спокойно ответил Солье. – Я не привык жаловаться.

Карелин перевел взгляд на неподвижное тело Шеккера и медленно подошел, осматривая место происшествия. Шеккер лежал на спине, на его лице застыло выражение удивления. Рука все еще сжимала револьвер.

– Где вы научились так метко стрелять? – спросил Матвей, оборачиваясь к Солье.

Тот усмехнулся, поправляя повязку на ноге.

– Я торговец,