в их сторону кого-нибудь да заденет. Мне надо сперва поразить ближние. Чтобы цели смешались медленнее, и не надо было подворачивать громоздкие лафеты, приказал убрать стакселя и кливера, убавить скорость и так невысокую. После чего вернулся на полуют, откуда лучше было видно.

Впереди плывет, стоя на носовой банке восемнадцативесельного баркаса со снятыми мачтами, предводитель, которому мы сейчас пропишем порцию антиборзина — ливонский рыцарь в белом плаще с красным крестом слева, напоминающим тамплиерский, и двумя пересекающимися мечами ниже. На нем длинный хауберк, усиленный на груди и животе девятью прямоугольными пластинами. Длинные светло-русые волосы собраны сзади в хвост, который подворачивают вверх, когда надевают головной убор, чтобы смягчали удар. Его шерстяной подшлемник и шлем-клапвизор с продвинутым, поднимающимся забралом, не сильно выпирающим вперед, держит юный оруженосец, стоящий позади на дне баркаса. Мне кажется, именно этот головной убор позаимствуют, творчески переработав, для ситхов из эпопеи «Звездные войны». Я прямо таки почувствовал себя джедаем.

Когда дистанция сократилась до кабельтова и вражеские арбалетчики начали готовить оружие, я приказал рулевому взять немного вправо, чтобы главная цель — передовой баркас — досталась кормовой пушке, и скомандовал:

— Залпом, пли!

Громыхнули дружненько и попали здорово — поразили не меньше десятка лодок, одни больше, другие меньше. Весла на них остались опущенными в воду. Гребцы, кто уцелел, занялись оказанием первой помощи себе или соратникам. Обнаглевшего предводителя ливонцев сдуло с носовой банки баркаса, шлепнулся между гребцами, сбив своего оруженосца. Хотя допуская, что и пацану досталось неслабо. Наверняка чувствовал себя бессмертным и неуязвимым, мечтал стать отважным воином и великим полководцем — и в самом начале первого боя получил пару картечин, которые понятия не имели о его наворотах и планах.

— Заряжаем и наводимся на следующую цель! — приказал я.

Расчеты отработали быстро и четко. Вернув отъехавшие пушки к портам, навелись, доложили о готовности.

— Залпом, пли! — рявкнул я.

Второй залп оказался не менее результативным. Десятка два лодок или замерло на месте или двигалось по инерции, быстро теряя скорость. Те, кто находился в них, не высовывались выше планширя, надеясь, что деревянные борта спасут. Остальные быстро ложились на обратный курс, передумав нападать.

— Перекатываем две пушки на правый борт, не заряжаем, но от орудий не отходим! — отдал я приказ артиллеристам, а рулевому — положить руль лево на борт, чтобы вернуться к обстрелянным лодкам и начать сбор трофеев.

Я уж подумал, что так и не испытаю винтовки в бою. Стою себе, держу ее за ствол, поставив прикладом из орехового дерева на палубу, и вдруг вижу, что в баркасе, в котором валялся убитый предводитель, собрался отомстить раненый арбалетчик, лежавший рядом с ним,. Он сумел зарядить болт и приготовился выстрелить, когда кто-нибудь окажется в зоне поражения. Видимо, повернуться и выбрать цель не хватало сил. Я выстрелил первым, попав ему в правый висок, прикрытый такими светлыми волосами, что казались седыми. Арбалетчик дернулся и расслабился. Оружие выпало из рук, съехало на дно баркаса. Одну винтовку обновил.

— Если увидите рыцаря в хороших доспехах, не убивайте, — приказал я команде, которая готовилась спуститься по штормтрапу, оборудованному на правом борту, в баркас и провести зачистку.

Впрочем, в этом суденышке живых рыцарей не наблюдалось. Судя по хауберкам, их плыло на баркасе пятеро. Каждый получил сполна свинца. Доспех не спас. Один застонал, когда с него стягивали сапоги, и был добит перепуганным матросом. Зато на следующей лодке взяли в плен сразу двоих. Одному картечина проделала сквозную дырку ниже левой ключицы, а у другого пострадали обе руки, но в голову и туловище ничего не попало. Его прикрыл арбалетчик, сидевший впереди. Обоим промыли морской водой и перевязали раны.

— Куда вы плыли? — спросил я у пленников.

— За данью, — коротко ответил раненый в обе руки.

— Почему напали на нас? — задал я следующий вопрос. — Новгород с вами не воюет.

— Нам крикнули, что вы из Пскова, — сообщил он и сделал вывод: — Вот и поплатились за обман.

— За сколько орден выкупает своих рыцарей? — поинтересовался я.

Ливонец помотал головой:

— Не слышал, чтобы кого-нибудь выкупали.

— Подумай хорошенько, иначе полетишь за борт. Нам бесполезный груз везти ни к чему, — посоветовал я.

— Последний раз заплатили десять тысяч хальбшотеров (тридцать один килограмм серебра) за комтура, — вмешался второй раненый, которому явно не хотелось утонуть.

Комтур — это командир среднего звена в рыцарских орденах. Обычно управляет замком или небольшим округом. Значит, за простого рыцаря дадут раза в три меньше. В Англии во времена короля Стефана выкупались за примерно такую же сумму — девять килограмм серебра. На драгоценные металлы инфляция пока не распространяется.

Пленных отправили в носовой кубрик, который запирался снаружи на засов. Позже к ним добавили еще троих, снятых с других лодок. У одного не было ни царапины, хотя на дурака не похож. Если бы умел плавать, вовсе бы отделался легким испугом, ведь берег рядом и вода не холодная. Кое-кто из уцелевших или легкораненых так и сделали, оставив в лодках на память о себе доспехи и оружие. Здесь мелко, дольше бредешь по мелководью, чем плывешь. Удравшие наблюдали за нами с высокого холма на оконечности Кургальского полуострова. Расскажут потом своему командору, что нападение на новгородское купеческое судно обошлось им в девятнадцать лодок разного размера, которые были нами потоплены после шмона, и сотни три или даже больше, я не считал, братьев-рыцарей и братьев-сариантов. По местным меркам это средний отряд. Такой посылают захватить небольшую крепость или ограбить и сжечь округ. Их трупы, раздувшиеся и обклеванные чайками, море еще долго будет выбрасывать на берег. Псковичи должны сказать мне спасибо. Не дождусь, однако.

41

На этот раз я без помощи лоцмана довел шхуну до городской пристани. Один раз показали — и хватит. Там нас ждал Микаэль Мочениго в новом красно-желто-зеленом пурпуэне и пуленах с носами такой длины, что, загнутыми назад доставали почти до щиколоток Такое впечатление, что передразнивает чукчу на лыжах.

— Когда нам сообщили, что приближается странное судно, мы так и решили, что это ты, и не ошиблись! — сообщил он так радостно, словно привезли ему красавицу-невесту или пулены с более длинными носами. — Отец отправил меня сюда, чтобы встретить вас и пригласить тебя к нам на званый ужин! Мы отмечаем Пятидесятницу!

Значит, купленные у меня товары продали с хорошим наваром.

— С удовольствием навещу