без «визита личного с пачечкой наличных». Да, дача взятки должностному лицу при исполнении. Да, нарушение, на которое я буду очень тщательно закрывать глаза и уши. Потому как иначе ничего путного не получится.

За всеми этими размышлениями и прикидками не заметил ни вкуса обеда, ни дроги до Смолевич, куда меня, как положено, вёз всё тот же, что в Раменском, водитель со всё тем же денщиком в компании, только что не в «рыдашке», а в моём родном «Жабыче». Ладно, надо переключаться на грядущий разговор. Интересно, что именно им от меня надо-то⁈

Глава 21

Городская верхушка активно поздравляла меня, причём похоже было, что они и сами плохо представляют себе, с чем именно. Пришлось кратко, не то, что без лишних, а вообще без подробностей, рассказать о событиях вокруг Ширанда, их причинах, ходе развития и результате. Ну и, отдельно, о роли во всём этом бойцов моей родовой гвардии, ставших гвардейцами императорскими, но оставшихся в моём подчинении. Слушали меня внимательно, но гораздо больше тревожил собеседников другой вопрос, который можно выразить примерно так: «что это было⁈» и, отдельно, чем это может грозить им всем, не напрямую, но в плане перераспределения власти в районе.

Пришлось объяснять, немного играя словами, так, чтобы и напрямую не врать, и нужное впечатление создать, что новая гвардейская часть размещаться будет на моей Изнанке, но содержится за счёт казны, находится под покровительством младшей дочери Государя и в подчинении Штаба гвардии и генерала Конева. Что подчинение и там, и там косвенное и лишь оперативное просто отнёс к лишним подробностям, да. И что большая часть колонны — транспортные и вспомогательные единицы, а почти полсотни и вовсе необязательные.

Проще всего было отвечать на вопросы о своих дальнейших планах: достаточно оказалось выгрузить список работ по приведению в порядок батареи, слегка преувеличив размер проблем и трудоёмкость их устранения, а заодно создав впечатление, что я ни о чём другом вообще думать не могу и не собираюсь, поскольку некогда.

Но всё равно битых два часа пришлось успокаивать районное начальство, что я никаких планов по, так сказать, силовому давлению на окружающих не имею и иметь не могу, а заодно и не хочу. Было бы куда проще, имей я возможность говорить прямо, давая прямые ответы на прямые вопросы или так же прямо высказанное беспокойство. Но нет! Всё на намёках, иносказаниях, осторожных касаниях мимоходом… И тут надо ещё пять раз подумать, как именно неправильно могут понять твой намёк и какие меры надо принять, чтобы этого не допустить. Ужас!

А ещё сложилось ощущение, что они не столько сами беспокоятся, как передают невольно чьё-то ещё волнение, выясняя отдельные детали не для себя, а по чьей-то просьбе. И приходилось ещё запускать успокаивающие волны, так сказать, в адрес неизвестно кого неизвестно где. Правда, напоследок чуток пошалил, на что дед подзуживал, в качестве мести за изнасилованный мозг. Ввернул фразу, что, мол «конечно, батарея в любой момент готова выполнить любой приказ Государя, хоть на границах Империи, хоть внутри неё». Если что — я имел ввиду, что внутри Империи будем участвовать в учениях и прочих способах передачи опыта вновь формируемым механизированным частям. И, если что, спросить так удивлённо: «А вы что имели в виду⁈».

Да уж, на такой эффект от прохождения колонны через город я никак не рассчитывал! С другой стороны, попытка «проскользнуть незаметно» могла бы сыграть в эту же сторону ещё сильнее, мол, скрываюсь, значит точно что-то задумал. Но и ничего вообще не делать чтобы кто-то что-то не то не подумал тоже, извините, не вариант. В том числе и потому, что из твоего бездействия также могут сделать выводы, и совсем разные, может быть даже для тебя непредсказуемые. Так что, как там римский император Август говаривал? «Делай, что нужно — случится, что должно», вроде? Ну, или как-то так. Суровый был дядька, помимо того, что Император, так ещё и маг металла, как и я, только уровень не то восьмой, не то девятый. При нём несокрушимость римских легионов имела совершенно особые смысл и природу. Самые что ни на есть буквальные. Египетские маги тьмы, чтобы его извести, бездну сил и ресурсов потратили, несколько даже померли не то от натуги, не то пошли в жертву, а Рим потом отомстил так, что по сей день в той стране магов Тьмы почти и нет, зато маги Света периодически рождаются, и очень сильные, да.

Что-то меня в историю с философией унесло. А с другой стороны, что ещё делать в дороге, да после того, как тебя два часа насиловали в мозг? Плюс полтора часа на дорогу в два конца, плюс всякого рода сборы-разборы — больше четырёх часов в никуда, почти даже четыре с половиной. Так что сегодня уже на Изнанку или в мастерские идти смысла нет. Учить что-то — голова распухла. Нужно что-то медитативное, чтобы успокоить нервы и сознание, вроде как порисовать, если бы умел…

О! Займусь-ка я той своей запиской по железнодорожным перевозкам, поиграюсь с раскладкой карточек-грузов по коробочкам-вагонам. Это дед придумал, для удобства и наглядности. Коробки из-под спичек — вагоны, маленькие картонные таблички — груз, сидишь, раскладываешь… Открытые коробки — платформы, закрытые — вагоны крытые, всё наглядно и можно легко и удобно перекидывать «груз» или «вагоны» из состава в состав. Два часа «играл в вагончики», но вроде как вариант погрузки мотопехотного батальона получился неплохой в итоге.

Разве что перед тем, как я закрылся в кабинете, меня перехватила Маша с животрепещущим вопросом, насчёт платья, в каком на бал ехать.

— Погоди, когда месяц назад девизом бала утверждён был «Воинская слава», вы решили в мундирных платьях ехать?

— Да, и даже пошили. А теперь вопрос появился: а в каком мундире ты будешь?

— Разве есть варианты⁈

— Юра, ты что! Ты же назначен начальником над нашей батареей, которая отнесена к механизированным частям. Стало быть, должен быть в новом мундире? Или нет?

Настроения ломать голову загадками не было вообще, так что тут же достал мобилет и связался с многострадальным секретарём Его Императорского Величества, Прокречетовым, Семёном Аркадьевичем. Тот тоже не смог сразу ответить, попросил время для консультаций, я же пересказал это жене, и пообещал, что как только — так сразу. «Как только» случилось минут через десять после моего выхода из кабинета, прямо при Маше, которая сразу увидела, что я не тянул время.

— Слушаю вас,