Об этом немцы сегодня не любят говорить, но в Западной Германии того времени действительно были очень сильны реваншистские настроения. Войну многие считали проигранной не потому, что она была преступной, а потому, что ее плохо спланировали. «Неудачная кампания» – такую трактовку можно было нередко услышать не только на кухнях, но и в кабинетах власти.

Государственная машина послевоенной ФРГ, вопреки распространенному мифу о «денацификации», во многом была сконструирована из бывших нацистов. Да, Нюрнбергский процесс состоялся. Да, некоторые получили приговоры. Но в 50-е годы политическая реальность резко изменилась: главной угрозой Запад посчитал не нацизм, а коммунизм. Именно в этот момент США начали последовательно возвращать на ключевые позиции в правительстве, судах, армии и спецслужбах ФРГ проверенных, «системных» людей, то есть бывших членов НСДАП. Например, действовавший на тот момент канцлер ФРГ Курт Георг Кизингер, довольно популярный, кстати, среди немцев, – кем он был? Членом НСДАП с 1933 по 1945 год. В годы войны он занимал высокий пост в министерстве пропаганды, был лицом, особо приближенным к Геббельсу.

Таких видных нацистов в госаппарате ФРГ было большинство. Наша разведка регулярно фиксировала настойчивые усилия американцев по привлечению в госаппарат и вооруженные силы Западной Германии именно высокопоставленных нацистов. Ведь после 1945 года мир стремительно разделился на два лагеря. И уже к началу 50-х годов для США было важнее не то, кем был человек при Гитлере, а насколько он надежен в борьбе против СССР. Если бывший нацист был убежденным антикоммунистом, он считался полезным. Именно такие люди воспринимались как партнеры в возведении бастиона против «советской угрозы» в самом сердце Европы.

Так денацификация быстро уступила место прагматике холодной войны. Америка стремилась создать в Западной Германии мощную, управляемую, идеологически предсказуемую систему и делала ставку на тех, кто уже имел опыт управления страной. Даже если этот опыт был связан с преступным прошлым.

Сергей Кондрашов в те годы был начальником немецкого отдела КГБ в Берлине. Такую информацию он получал от своих агентов регулярно.

Вот что говорится в одном из предъявленных им документов: «Генерал Риджвей сообщил Аденауэру и его военным советникам, что правительство Соединенных Штатов недовольно медлительностью, с которой осуществляются мероприятия по перевооружению Западной Европы». Кто такой Конрад Аденауэр? Это первый послевоенный канцлер ФРГ, приведенный к власти американцами.

Другой документ фиксирует беседу американского верховного комиссара Западной Германии Макклоя на тему разногласий между Аденауэром и бывшим генералом Гудерианом. Как видно из документа, Аденауэр отчитывался перед американским генералом по поводу разговора с Гудерианом. Нацистский генерал Гудериан – автор знаменитых танковых блицкригов, любимчик Гитлера и нацистский преступник, которого американцы чудом спасли от Нюрнбергского трибунала.

Что-то в разговоре канцлера с этим бывшим генералом вермахта не срослось, возникли разногласия. Какие? Дело в том, что Гудериана хотели привлечь к руководству заново создававшейся немецкой разведкой. А Гудериан от предложения канцлера отказался и высокий пост в вооруженных силах послевоенной Западной Германии занимать не захотел, чем расстроил американского верховного комиссара по Западной Германии Макклоя. Оказывается, была в Госдепе США и такая должность…

Были в Западном Берлине и другие любимчики Гитлера: например, генерал вермахта Рихард Шнайдер. Во время Курской дуги он командовал танковой дивизией. Потом по приказу Гитлера курировал работу по созданию «оружия возмездия» – немецкой атомной бомбы. Этот от должности не отказался.

Мне довелось встретиться с Гердом Шнайдером, сыном генерала Шнайдера. До недавнего времени он жил в фешенебельном районе Западного Берлина, Шарлоттенбурге. Герд Шнайдер закончил войну офицером элитной дивизии Гитлера «Великая Германия». Когда Третий рейх капитулировал, сын и отец быстренько сдались американцам.

Шнайдер-младший рассказал мне, чем занимался вместе с отцом после войны, честно признавшись, что у американцев была идея как можно быстрее восстановить боеспособность частей бывшего вермахта для удара по СССР. Поэтому его отца командировали в Испанию, куда были перемещены многие немецкие генералы и офицеры. Ему нужно было разыскать их, наладить взаимодействие и сформировать полевые штабы.

Таким образом, не успели высохнуть чернила под актом о капитуляции нацистской Германии, как генерал вермахта Шнайдер под чутким руководством американцев собрал других бывших генералов вермахта и приступил к созданию новой немецкой армии – опять для войны против России.

Речь не шла об официальном восстановлении немецкой армии: Германия оставалась под оккупацией, ей было запрещено иметь вооруженные силы. Но в действительности на фоне начавшейся холодной войны американцы уже тогда стали рассматривать Западную Германию как будущего союзника в возможном конфликте с СССР. Именно поэтому разведструктуры США вели скрытную работу по сбору, проверке и координации бывших офицеров вермахта, видя в них основу для будущей армии.

– Вот этим мы с отцом и занимались несколько лет. Правда, ничего из этого не получилось: воевать с Советами американцы тогда не решились. Но наши наработки очень пригодились, когда чуть позже отцу было поручено создавать бундесвер, – откровенничал Шнайдер-младший.

Бундесвер – это официальные вооруженные силы ФРГ, созданные в 1955 году после вступления ФРГ в НАТО. По Конституции бундесвер не имел права вести боевые действия за пределами страны. Но оборонный потенциал Западной Германии должен был стать важнейшей частью коллективной безопасности альянса. Поэтому в срочном порядке начали формировать кадровую армию. И основой опять стали бывшие офицеры вермахта, в том числе генерал Шнайдер.

Биография фашистского генерала Шнайдера показательна. В 1942 году он из рук Гитлера получил Рыцарский крест и бриллиантовую ветвь – высшую награду нацистской Германии. А спустя сорок лет, в 1980-м, – высший орден ФРГ за «выдающийся вклад в обороноспособность новой Германии». Германии были разные, а герой – один…

Вилли Брандт на политическом олимпе оказался белой вороной именно потому, что в руководстве послевоенной Германии было немало бывших нацистов. Брандт в вермахте не служил и был убежденным антифашистом. После прихода к власти Гитлера эмигрировал в Норвегию, где организовал антигитлеровское движение сопротивления. В 1939 году, когда даже самые рассудительные немцы начали верить в то, что они и правда высшая раса, а Гитлер – их «рулевой», Брандт написал книгу с многозначительным названием «Гитлер – это не Германия» и впервые подписал ее псевдонимом «Вилли Брандт», ибо настоящее его имя – Герберт Фрам.

Спустя долгое время Вилли Брандт встал на колени у мемориала в Варшавском гетто в знак покаяния за преступления немецкого нацизма. Знаменитые кадры повергли немцев в шок. Вот почему одни немцы его любили, а другие – ненавидели. Вот почему американцы, так заботливо строившие на месте послевоенной Западной Германии постгитлеровское государство, марионетку для