всё, что я хотел увидеть. Пора с тобой кончать, генерал. Наше противостояние было долгим и иногда даже интересным, но я устал.

Раздался лязг стали — демон извлёк клинок и пронзил мою грудь. Боль, на удивление, не стала острее — душевную боль ничто не могло затмить. Кровь тёплым ручьём полилась по животу. Я безвольно повис на цепях.

Проиграл и сдох.

Обидел Лилиану, не уберёг сына. Не отомстил за Габриэллу. Эта глупая смерть — словно месть за все мои ублюдочные поступки. Я её такую заслужил. Тупую, в плену, морально раздавленный.

Видит бог, как я раскаиваюсь. Как мне жаль. Очень жаль. Прости меня, Цветочек, что не уберёг сына.

— Теперь я хочу, чтобы ты вернулась домой, Клаудия, и вышла замуж за одного из моих полководцев, — воодухотворённо произнёс Ульрих, отвернувшись от меня. — Почему ты молчишь, дочь?

— Отец… Я унаследовала землю Асгарда и хотела бы… властвовать там? — осторожно произнесла она.

— Ты что, смеешь ослушаться⁈ — рявкнул Ульрих.

— Нет, конечно, отец, — процедила Клаудия. — Нет.

— Как ты могла что-то там унаследовать, ты что забеременела от него⁈ Я же предупреждал тебя!

— Нет! — воскликнула Клаудия. — Конечно, я не беременна. Но я им наврала, чтобы вступить в наследство. Думала, потом подберу какого-нибудь сиротку и скажу, что родила сама. Просто, хотела бы пожить среди людей. Расширить влияние было бы выгодно для нас, как считаешь, отец?

— Нет, дочка! Их земли мы захватим войной! Пусть они там раздирают на части имущество генерала, а я соберу новую армию и захвачу всё северное королевство целиком. Хватит проявлять своеволие, Клаудия, вечером ты едешь знакомиться с женихом, готовься!

Ульрих ушёл, хлопнув дверью.

Я был уже почти без сознания, но почувствовал, как подошла Клаудия.

— Ты умираешь, Асгард, сердце почти остановилось, — прошептала она, потрогав пульс на моей шее. — Надеюсь, тебе очень погано, потому что мне тоже было очень погано, когда ты спал со мной, а звал свою Лили!

Имя Цветочка, как глоток воздуха, придало мне толику жизненных сил и заставило тьму перед глазами на миг расступиться.

Я бы схватил сейчас Клаудию за горло и придушил за сына, но едва смог пошевелить пальцами.

Ведьма усмехнулась.

— Я ведь была по-настоящему влюблена в тебя, Дан, — продолжила Клаудия. — Ты был такой сильный, я думала, ты сможешь мне помочь… Но ты всё никак не мог забыть свою Лилиану! А теперь стоишь на коленях, разбитый, без магии… Знаешь, а мне нравится видеть тебя таким. Это лучше, чем, когда на коленях перед тобой стояла я.

Я тяжело застонал, поднимая голову:

— Ты лживая сука!

— Да, ты прав, — прошипела она. — Слушай дальше, генерал! Я же действительно беременна! Но, ха-ха, не от тебя! Я изменяла тебе, а Лили — нет. Да, это было часто. Когда ты уезжал, я садилась на другого, ты ведь не прикасался ко мне, мучил взрослую женщину воздержанием! А когда ты ушёл на войну, я сразу нашла молодого парня, он был горяч и знал не только позу «сзади». И вот теперь мой ребёнок считается твоим, потому что я твоя жена! Здорово, да? Твой сын в могиле, а твоё имя будет носить какой-то ублюдок.

Клаудия нагло рассмеялась.

Я натянул цепи, рванулся вперёд, чтобы достать до неё, но сердце остановилось, и я повис. Сознание ещё билось, но с каждым мгновением угасало.

— Во всём виноват только ты сам, Асгард! Ты мог бы быть со мной и победить Ульриха! А в результате висишь тут на цепях и умираешь! — с отвращением прошипела Клаудия. — Асгард? Асгард, ты что? Послушай! Я не успела сказать главного! Послушай!

Она с силой хлестала меня по щекам.

— Ты хочешь шанс, Асгард? Я могу дать тебе его, вернуть тебе жизнь, но в обмен ты мне кое-что пообещаешь! Всего лишь чуточку милосердия. Ты же способен на это?

60

Наш экипаж тронулся, и белая карета быстро исчезла из виду.

Я отвернулась от окна и застыла, переваривая увиденное.

Он жив!

Господи, Асгард жив! Я не могла ошибиться.

Я прижала ладонь ко рту и глухо застонала, стараясь не напугать сына.

Эмоции били через край. Радость, злость, гнев! Безумный коктейль.

Но главное — он жив!

И он с Клаудией! Демон его побери, опять с этой ведьмой! Ох, как я ненавижу и её, и его!

Если Асгард узнает про сына, то захочет отобрать! Я должна хранить свой секрет ещё строже!

Я прижала к груди Дэви и постучала в переднее окошко кареты.

— Джон! Отстанови! Подойди ко мне, Джон!

— Что случилось, леди Лилиана⁈ — испуганно воскликнул парень, остановив экипаж и открыв дверцу.

— Послушай меня, дорогой, ты поклялся мне в верности, так? Это значит, ты должен хранить мой секрет даже перед генералом Асгардом.

— Но генерал мёртв… — пробормотал Джон.

— Он жив. Он вернулся. Я даю тебе выбор сейчас, мой дорогой Джон: ты продолжаешь служить мне и хранить мою тайну или уезжаешь, уходишь немедленно, чтобы Асгард не смог тебя допросить. Выбирай, Джон! То, что Дэви жив, должно остаться в тайне.

Парень чуть не подавился от нахлынувших эмоций. Сорвал с себя шапку, смял в руках.

— Генерал правда жив⁈ — проговорил он с надеждой.

— Да, я только что видела его в городе.

— Я… Я так хотел бы его увидеть! — он закрутил головой по сторонам.

— Думаю, скоро увидишь, — кивнула я.

— Нет, я так не могу, леди Лилиана! — возмутился Джон после тугих раздумий. — Не могу бросить вас, ведь я вам поклялся в верности. Я буду хранить ваши тайны, буду молчать про Дэви.

— Тебе придётся дать отпор Асгарду, когда он придёт. Он может надавить на тебя, припомнить, как подобрал тебя в детстве, забрать тебя, — предупредила я.

— Видит бог, я бы с радостью вернулся к нему, потому что очень люблю генерала, но я не смогу бросить вас. Он учил меня верности, я дал вам слово и не нарушу его, — сказал Джон.

— Спасибо, Джонни. Спасибо, я в тебе не ошиблась. Тогда поехали, поспешим, леди Элеонора ждёт.

Моя благодетельница и её жених встретили нас во дворе монастыря. Оба красивые и сияющие. На полковнике был военный мундир с начищенными до блеска эполетами, леди Элеонора надела роскошное белое платье. Я подарила свой огромный букет невесте и поздравила пару со знаменательным днём.

Леди Элеонора и полковник были столь увлечены друг другом, что я не стала портить их праздник новостями об Асгарде. Решила дождаться окончания церемонии.

Я устроилась в карете с Дэви на руках и наблюдала