чем холодная вражда, когда даже спиной чувствуешь сверлящий враждебный взгляд. Но меня не покидало ощущение подвоха. Тина вызвала такси, хотя водитель у нас всегда на подхвате. Он живет в двух кварталах от нашего дома, и по звонку подъезжает раньше, чем мы успеваем одеться.

- Пусть Олег отдохнет, - тоном заботливой мамочки проворковала Тина. – А то ему придется целый день таскаться за нами.

- Мы целый день не можем, - поспешила я сузить рамки нашего совместного, хоть и мирного, но нежелательного времяпровождения. – У нас в пять танцы!

- Ну я образно выразилась!

Я старалась себя убедить, что ко мне затея с шопингом не имеет никакого отношения. Тина просто пытается наладить контакт с Аришкой. Но та, как и я, была не в восторге.

Хотя, надо признать, что шопинг со специалистом – это не бесполезное занятие. Мне, выросшей в откровенной нищете, мысли о моде и в голову не приходили. В одежде всегда я ценила практичность и доступность. И сейчас для себя многое открыла.

Аришке мы выбрали платьице с пышной юбочкой восхитительного розового цвета. И такого же цвета туфельки на невысоком каблучке и серебристой застежкой на ремешке. Сумочку нашли серебристую, чтоб не сливалась с платьем.

При всей моей настороженности, от щедрого жеста в отношении Аришки мое сердце подтаяло. Нашел же Дежнев в Тине что-то, кроме внешности?!

Эта мысль остро кольнула сердце, но я тут же прогнала ее. Главное, ребенку доставили удовольствие. Она даже нацарапала в своем походном блокнотике слово «спасибо». Говорить в присутствии Тины девочка, по-прежнему, не желала.

Затем мы поблуждали еще некоторое время в поисках наряда для меня и остановили выбор на темно-вишневом платье с короткими рукавами и смелым вырезом сзади. Вернее, смелым для меня – почти до лопаток. Все остальное мне очень нравилось. Мягкая ткань, идеально облегающая мои выпуклости. Длина до колена. Цвет.

Аришка подняла вверх большой палец, и мои сомнения растаяли. В конце концов, я должна быть красивой. И в довершение образа подобрали довольно удобные черные туфли на каблуке, которые хотелось прижать к сердцу, и черный, расшитый бисером, клатч.

Что ни говори, а красивые вещи могут примирить даже с Тиной. Я была ей благодарна за то, что она потратила уйму времени на нас. И в конце концов, лучше вот такое перемирие, чем жить с постоянным ощущением, что в кустах спрятался крокодил и только и ждет, чтоб сожрать.

И делить нам нечего. Дежнев или сам что-то решит, или я, вырастив Аришку до самостоятельности, уйду. Или он окончательно женится, и я сумею забыть его. А пока имеем то, что имеем.

Но, как оказалось, успокоилась я зря. Крокодил из кустов никуда не делся.

После шопинга Тина потащила нас в кофейню.

- Так. Возражения не принимаются. Я плачу за всех, - категорично заявила она.

- У нас есть карточка на такие расходы, так что Илья Никитич не будет против, если оплатим мы. Мы с Аришкой вам и так благодарны, - твердо высказала я свою позицию.

- Мария! Вечно ты споришь со мной! – вроде бы в шутку попеняла она мне. И тут произошла неприятность. Эти препирания происходили на лестнице, и Тина оступилась.

- Ой, черт! – застонала она. – Я, кажется, подвернула ногу.

- Потерпите немного, сейчас я вызову Олега, и он отвезет вас в травмпункт!

- Нет, сначала кофе. Может, посидим, и отпустит, - страдальчески кривилась она, ступая больной ногой. Благо кофейня находилась рядом с лестницей.

Я помогла дохромать Тине до столика.

- Вот видишь, это ты со мной спорила, и я пострадала. Так что оплачиваю я, - Тина пустила в ход тяжелую артиллерию.

- Сдаюсь, - в шутливом жесте подняла руки.

- Здесь готовят изумительный итальянский десерт. Согласны? – спросила спонсор нашего пиршества.

Мы с Аришкой дружно кивнули головами, потому что конкретно подустали бродить по лабиринтам модных бутиков. Да и проголодались. И по-хорошему, нужно было бы выбрать место, где дают более серьезную еду, но я чувствовала неловкость от того, что произошло с Тиной.

Нам принесли кофе и десерт.

Поковыряв ложечкой в нежнейшей воздушной массе, Тина подняла на меня глаза.

- Маша, тебе не трудно сходить к витрине? Посмотри, профитроли есть у них? Я б парочку съела! И себе с Аришкой закажи.

Вот что значит человек имеет свой бизнес! Сначала вопрос, и ты еще не успел опомниться, за ним уже просьба, в которой неудобно отказать.

- Хорошо, - я поднялась, и Аришка тут же подорвалась идти со мной. Мы немного поглазели на восхитительное разнообразие, нашли профитроли, которые мне тоже нравились. Маме отвозила коробочку. Тут же теплой волной прокатилось воспоминание о нашем разговоре с Дежневым, когда он разрешил пригласить ее к нам.

Мы вернулись к столику, и я, размякшая, как сдобное тестушко, принялась на автомате хлебать кофе, витая мыслями где-то далеко.

Однако не успела я приступить к профитролям, как почувствовала, что земля уплывает из-под ног.

Глава 29

Я испуганно схватилась за стол, но он тоже закачался. А потом стал безобразно скалиться выросшими на месте тарелочек клыками. В ужасе я подскочила и заорала не своим голосом.

Вокруг начало твориться что-то страшное. Сидевшие за столиками монстры готовились напасть и сожрать и меня, и Аришку. Но главная опасность уже надвигалась на нас. Витрина превратилась в огромное чудовище, которое покачиваясь, неумолимо приближалось. Мысли о бегстве не было. Я должна защитить девочку. Схватив стул, я изо всей силы швырнула его прямо в мерзкую морду с криком:

- Пошел вон отсюда! И вы, мерзкие твари! Все пошли отсюда!

Потом я почувствовала, что твари не только не ушли, но и подобрались сзади. Меня схватили и лишили возможности двигаться. Я попыталась дернуться и позвать на помощь, но язык уже не слушался. А потом и вовсе сознание померкло.

Не знаю, сколько я пробыла в небытии, но пришла в себя и тут же захотела вернуться обратно. Перед глазами картина из ужастика.

Маленькая комнатка с абсолютно, пугающе белыми стенами. Узкое окно, забранное решетками. Тумбочка. На этом все. Но страшней обстановки была я сама. Гудящая, как колокол, голова и непослушное тело. Я не чувствовала его. Совсем. Не способна была даже пошевелить и пальцем. Может, это меня от пережитого ужаса парализовало? Или раньше? И меня отправили в закрытый интернат для инвалидов. Я же молодая?!