со Шраусом совершаем обход больных и он с гордостью представляет мне новую медсестру. Возможно, завтра прибудет еще несколько девушек.

В коридоре он останавливается и упирается рукой в стену.

– Позвольте посмотреть ваш резерв, – предлагаю я твердо.

Шраус опускает лицо, не давая мне заглянуть ему в глаза.

– Это отравление, Айши. Я прикрыл собой верховного инквизитора и получил удар каким-то заклинанием. Не знаю, как это работает, но симптомы свидетельствуют о сильном яде. Такое не лечится, Айши.

Голос герцога звучит отстраненно и равнодушно. Он ухмыляется.

– Отравление будет прогрессировать. Наверное, вскоре я не смогу работать.

– Я должна посмотреть ваш резерв, целитель, – и я решительно направляюсь в сторону ближайшей пустой палаты.

За спиной слышатся шаги Шрауса, но, Боги, он уверен, что не выкарабкается.

Шраус ложится на кровать и смотрит в потолок, а я вывожу проекцию его резерва. И снова эта злая ухмылка на лице хирурга, поскольку я только что подтвердила его слова.

Резерв заражен чем-то темным, что парализовало зверя.

– Вы не обращаетесь? – догадываюсь я.

Шраус коротко кивает.

– Юс Шафар ведь обо всем знал, – продолжаю. – Он сказал мне, что у вас проблемы с драконом. Он все знал…

– Шафар, судя по всему, не жилец, Айши, – совершенно спокойно тянет Шраус. Его зеленые глаза сверкают холодной яростью.

Глава 49

На следующее утро получается вытащить Марко на прогулку. Эль бежит с нами и щебечет как жаворонок. А меня истязают противоречивые чувства. Ведь Марко может узнать в малышке дочь, но в то же время он ее защита.

Сердце бьется быстрее, когда я наблюдаю за Эль. Она доверчиво смотрит на отца, подняв к нему личико, затем убегает вперед.

– Ты заботишься о девочке, как о своей, – произносит Марко негромко.

– Люблю детей, – отвечаю нейтрально. В груди печет, но я спокойно встречаю его взгляд.

– Почему не родила от Шафара? – этот вопрос звучит резко, но Марко контролирует себя.

Пока еще контролирует.

– Потому что мой брак с Шафаром был фиктивным, – я вежливо улыбаюсь, прячу эмоции, чтобы генерал не думал, что оправдываюсь.

В конце концов он сам создал ситуацию, в которой владыка смог обмануть Лу.

– В это трудно поверить, – Марко останавливается и грубо разворачивает меня к себе.

– Не при ребенке, – шиплю я.

Зря я радовалась, что напряжение между нами разрядилось, сегодня все началось с начала.

– Зачем тогда выходила замуж, если он даже не спал с тобой? – цедит Марко и его пальцы делают мне больно.

Боги, его выдержка дает трещину.

– Отпусти.

Марко вздрагивает и поворачивает голову – на него смотрит испуганная Эль, застывшая зайчонком. Взгляд ее больших глаз действует на генерала, как удар хлыста.

– Прости, птичка, – Марко отпускает мою руку и я читаю замешательство на его лице.

Он растирает двумя пальцами глаза и морщится от утреннего солнечного света.

– Я не хотел причинить тебе боль, – извинение звучит глухо и отстраненно.

– Дыши, Марко, – велю я.

– Оставь меня в покое, Лу.

– Дыши! – я рявкаю.

– Ты еще попроси меня принять микстуру от кашля и обложиться лопухами, – отвечает он зло.

– Мне нравится, что ты шутишь, – выпаливаю и поднимаю к нему лицо. – Но пройти терапию слабо, да?

– Лу…

Я чувствую надвигающуюся грозу, она уже зреет в штормовом взгляде генерала. Кажется, я начинаю ему надоедать.

– Ты боишься, Марко, – иду я на крайний риск, пока он не потерял интерес и не скрылся в доме.

– Ты умом тронулась, птичка, – Марко склоняется и смотрит на меня в упор.

По спине бегут мурашки от страха, потому что энергия дракона тяжелая, давящая. Он мужик, я это ощущаю всем нутром. Не слабак, не трус, не Шафар.

Он уже вынес себе приговор, а я намеренно его раздражаю.

– Не ссорьтесь, – Эль подбегает к нам.

У нее огромные глаза, как будто нарисованные. А затем малышка обхватывает руку генерала маленькими пальчиками и прижимается к нему.

– Спасибо за снеговика, – выдыхает.

А я чуть не проваливаюсь сквозь землю, потому что эта сцена прицельно бьет прямо в солнечное сплетение.

– Обедать пора, – произношу я, но не отрываю взгляда от Марко. – Я зайду к вам чуть позже, генерал. И поверьте, простые на первый взгляд процедуры творят чудеса.

Эль быстро забывает о нашей с Марко ссоре и на кухне рассказывает Нэнси и Кати про снеговика. Что ему нужно пальто, и еще шляпа.

– Кастрюлю наденем ему на голову, – предлагает Нэнси.

Я наблюдаю за дочкой и размышляю. Моя задумка с лечением Марко видится все более безумной, но если он уедет и погибнет где-то, что я скажу Эль?

Когда-нибудь она узнает правду и спросит, почему я отпустила ее отца умирать.

Скрепя сердце я все-таки стучусь в дверь Марко. Не исключено, что он рыкнет, велит убираться. Проснувшийся, было, интерес может снова пропасть под давлением вины и депрессии.

Но генерал удивляет меня. Дверь открывается и он встречает меня насмешливой улыбкой.

– Проходи, птичка, – с ухмылкой приглашает меня в свое логово.

– Я принесла соли для ванны и масла, – протискиваюсь в комнату, поскольку Марко не спешит посторониться, заставляя меня прижиматься к нему.

– Ты не врала? – летит мне в спину.

– О чем? – я ставлю на каминную полку флакончики с маслами и сразу направляюсь в купальню, чтобы развести воду.

– О том, что не ложилась под Шафара, – Марко следует за мной.

Я оборачиваюсь в страхе, что он снова пил. С пьяным Марко я не справлюсь. Но нет, он трезв как стеклышко.

– Я не стану оправдываться, – произношу твердо.

Купальня при гостевой комнате скромная, но в ванне вполне поместится крупный мужчина. Ставлю флакончики на бортик и начинаю возиться с артефактами, чтобы отрегулировать температуру. В зеркале вижу себя и Марко за моей спиной. Он стоит слишком близко.

В этой давящей атмосфере работать неимоверно трудно, особенно когда ощущаешь рядом разгоряченное мужское тело. Отражение не скрывает плотоядного взгляда генерала.

– Уже можно раздеваться? – спрашивает Марко насмешливо.

– Когда я выйду, – разворачиваюсь, но он не двигается с места, заставляя меня упираться носом ему в грудь.

– Думаешь, увидишь что-то новое? – Марко хмыкает. –