— А потому в твою группу войдут наблюдатели от Совета — лучшие следователи и криминалисты клана, — закончил свою мысль Игорь Георгиевич.

Восемь фигур едва заметно качнулись, выражая согласие позицией владыки.

— Найди отступника, — заключил Глава. — И как можно скорее.

— Да, господин, — с трудом выдавливая слова сквозь саднящее горло, еще ниже выдохнул Дмитрий Яковлевич и на негнущихся ногах покинул помещение.

Если бы не традиционный полумрак, то бледность его лица была бы видна каждому. Однако даже тени не могли скрыть скупую, но явно довольную ухмылку на лице Главы, которую Игорь Георгиевич от родичей прятать не пожелал.

Глава 22

Глава 22

— Обиды есть?

Павел присел рядом с развалившейся в тени деревьев Кошкиной. Девушка с некоторым трудом перевела на него взгляд. Несколько секунд она молчала. Так красноречиво, что Волконский даже подумал, что она старательно сдерживает истинные чувства, способные выразиться лишь в формате русского и могучего.

Однако девушка негромко вздохнула:

— Нет, обид нет.

Волконский кивнул. Какого-либо напряжения в голосе клановец не услышал, да и камня за пазухой целительница, похоже, решила не оставлять.

— У нас сегодня очередь Катерины, — негромко констатировала она. — Вернее, у тебя.

Девушка слабо улыбнулась, пожав плечами. Мол, сам видишь, сегодня меня уже ушатали. Так что еще и плотской любви тело не выдержит.

Павел, недолго думая, растянулся рядом.

— Катя в столице, — пожал плечами он.

Секретарь лично курировала создание второй установки. То есть буквально стояла над душой у мастеров. Ведь она должна была быть закончена в кратчайшие сроки. Конечно, Светлана с задачей справилась бы лучше. Но клановец пока не рисковал отпускать ее в столицу одну. Мало ли к каким аргументам прибегнет их противник на этажах. А ракета в борт, это, знаете ли, фатально вне зависимости от уровня Дара.

— Значит, тебе не повезло, — с трудом повернула голову к сюзерену Кошкина.

После подвигов трудовых на сексуальные она точно не была готова. Некоторое время они смотрели друг на друга, после чего как-то разом беззлобно рассмеялись. Павел — с некоторой натяжкой: всё-таки целый день за монитором и обработка огромного пласта информации дали о себе знать. Виски противно ломило тупой, ноющей болью.

— Дай сюда, чудовище, — потребовала целительница, прекрасно изучившая организм парня в том числе и в прикладном смысле.

Павел перекатился, уютно устроившись под бочком Кошкиной. На лоб ему тут же легла легкая ладонь.

— Глаза закрой, дыши ровно, — потребовала девушка, игнорируя попытку пальцев пациента сжать «антистресс» на ее теле.

Павел подчинился. Сначала парень не почувствовал ничего. Однако вскоре тепло ладони начало привычно растекаться ото лба по всему телу, прогоняя усталость и растворяя боль в глубоком целебном трансе. Клановец не знал, сколько он так пролежал. Клановец просто наслаждался покоем. Мысли текли легко и свободно. Однако мозг не цеплялся за них, позволяя размышлением появляться и исчезать, как им заблагорассудится. Тело клановца расслабилось и налилось приятной тяжестью. Единственная мысль, фоном мелькнувшая беспокойством в океане блаженства, была страхом, что рация отвлечёт его в самый неудобный момент. Такое уже случалось в разных ситуациях.

— Готово, — наконец констатировала Лена и убрала руку.

Сознание включилось почти сразу же, словно повиновалось какому-то рубильнику. Еще мгновение назад Волконский был безучастным наблюдателем собственному мыслительному процессу, и вот мозг переключился с холостых оборотов на четкую работу. «Как передачу воткнули…» — мысленно прокомментировал не спешивший открывать глаза Волконский. Он до сих пор наслаждался ощущением лёгкости и блаженства в теле. Естественно, от боли не осталось и следа.

— Сколько у нас времени? — неожиданно поинтересовалась целительница.

Павел промычал нечто возмущенно-невнятное. Меньше всего ему сейчас хотелось говорить о работе.

— Два дня, — всё же выдохнул он. Именно столько требовалось на подготовку технического обеспечения.

Лена задумчиво кивнула с таким видом, будто прислушивалась к чему-то, доступному только ей.

— Придумала что-то новое? — поинтересовался парень, приподнимаясь и подпирая голову локтем.

— Пока обещать не буду, — открестилась от гипотетического великого открытия Кошкина.

— Поделись заранее хотя бы планами, — порекомендовал Павел.

Если мысль дельная, то можно будет скорректировать процесс подготовки с учетом варианта «что-то может получиться».

— Я всё ещё расшифровываю данные диагноста, — задумчиво ответила Лена. — Будь бы у меня больше времени…

— Больше насколько? — тут же уточнил клановец.

Волконский с сожалением выдохнул. Он тоже был бы рад, если бы у них было столько времени. Но нападения в последние месяцы случались все чаще. Да, с момента неудачной охоты не было ни одного случая. Возможно, «кукловод» пока отозвал своих созданий на временную лежку. Но ему все равно потребуется вскоре выпустить рукотворных хищников. И лучше бы иметь хоть какой-то результат, до того как это случится.

— Хотя бы месяц, — мечтательно протянула Кошкина.

Волконский всерьёз задумался. Если за тридцать дней целительница сумеет предложить хоть что-то, что поможет сделать процесс охоты пусть и не безопасным, но хотя бы минимизирует риск…

«Нет, блажь!» — тут же оборвал собственные же размышления Волконский. Нету у них тридцати дней. Химеры, судя по прошлым нападениям, потребуют «выпаса» куда раньше.

— Увы, перенести мы ничего не можем, — с сожалением качнул головой клановец. — Если у тебя есть уверенность, что ты сможешь?..

— Нет, — вздохнула девушка, уставившись на облака.

Давно она не получала такого удовольствия от обычного валяния на траве.

— … Гарантий нет.

— Тогда работаем по плану, — заключил сюзерен.

За последний месяц были отмечены уже три нападения. Многие просто не поймут, если воевода будет бездействовать так долго. Сам он совершенно точно не готов был вести счёт жертвам, в то время как они будут готовиться к охоте. Да и Лена ещё не набралась того сплава цинизма и рациональности, который позволил бы ей спокойно заниматься научными изысканиями, когда вокруг будут гибнуть люди.

Кроме того, девушка действительно не могла ничего обещать. А позицию «давай еще подумаем, я вот чувствую, что скоро придет хорошая идея» к делу, увы, не пришьешь.

— Завтра мы прекращаем марафон, — объявила девушка.

Сегодня Марику с трассы унес Сергей. На руках. Лена держалась лишь за счет управления внутренними процессами тела. Но и ей было тяжело.

Павел кивнул:

— Как скажешь.

Парень прекрасно понимал, что если у Кошкиной есть идея, которая требует времени, то ей лучше его