с тобой — плохая идея. Я бы ещё пожила немного… — пытаюсь острить я, хотя зря.

— Продолжаешь развлекаться. Дана отстранили, пока не решится вопрос со Зверевым и полицией. Если твой побитый актеришке, напишет заявление, то Пантеру вообще выгонят с проекта.

— Не выгонят, — могу уверенно вставить я, но молчу.

Злит эта интонация, в которой читается словно во всем произошедшем виновата только я.

А в действительности, я отдуваюсь за Лолу.

Потому что у нас с Даном фиктивные отношения…

Но как же я от них устала. Подожду, пока все наладится, и потребую от пиар-менеджера все прекратить. Притом требовать буду с такой же настойчивостью, с которой она заставляла меня извиняться перед Зверевым вместо пропавшего Пантеры.

Гад!

Сам прячется где-то, а на меня спустили всех собак.

— Пума, во-первых, я не понимаю, чем можно помочь Чернову в каком-то лесу, а во-вторых, чем могу помочь именно я? Зачем я, если у него есть Лола?

— Ну ты и дура! — усмехается парень. — Не видишь, что из-за тебя Дан свихнулся?

— Когда я с ним познакомилась, он уже был “fool”, - произношу по максимуму спокойно.

Но ощущаю, что меня не хватит надолго. Все уже пылает внутри.

В чём-чем, а в том, что Пантера придурок, виноваты скорее всего гены, воспитание и высокомерный характер, а не фиктивная девушка, которая и так получила сегодня достаточно образных оплеух и от Ви, и от Герды, и от всего продюсерского центра. И это еще не считая общения с Георгом в больнице.

— До твоего появления на проекте он был нормальный. А ты просто бесить начала его моментально, — бросает на меня грозный взгляд Чунев. — Я его предупреждал, что от тебя будут проблемы.

— Нужно было предупредить и меня. Я бы послушалась и не связалась с этим психом.

— Это псих сейчас может совсем слететь. Мы уже такое проходили после смерти его родителей.

Кувалда ударяет в грудь, и у меня перехватывает дыхание. Обнимаю себя руками, так как по телу бежит волна холода. Разговоры о семье и родителях — больная тема, тем более их гибель.

— Белова, Дан запал на тебя, — смягчается парень, видя, как меня пробрало. — И если этот идиот тебе это ещё не сказал, то скажу я. Пантера по уши влюблен в тебя, Скрипка.

Нервно сглатываю и сцепляю руки на коленях. Дрожат…

Трясу головой, чтобы не дай бог не поверить в эти слова.

— Он любит Лолу. Они вместе со школы, — произношу вслух, но больше для своего разума, который от чего-то вздумал зацепиться за сказанное парнем. — Жека, ты ошибся. Он выбрал Лолу.

— Всегда выбирал, но на тебе система дала сбой. Я знаю Дана ровно столько же, сколько и Лолу. И также считал, что они состарятся вместе. Возможно, ненавидя друг друга, но вместе. Но твое появление устроило перенастройку в башке Пантеры… И в сердце.

— Прекрати, нести этот бред, — не выдерживаю я и перехожу на истерический крик. — Посмотри снимки к каждой статье. Он там с Лолой. Обнимает её. А сейчас ещё и трахает. А ты тащишь меня черт зная куда посмотреть на это?

— Тащу, чтобы Пантера наконец-то трахнул тебя. Возможно, вы тогда оба успокоитесь и перестанете вести себя как неразумные дети.

— Верни меня в Москву. С меня хватит. Ты мне уже и так трахнул мозги, — ору я, сжимая коленки подрагивающими пальцами.

— Вот теперь я понимаю, почему Дан называет тебя бесячей выскочкой… — шипит парень, паркуя машину и гневно выдергивая ключ зажигания. — Надеюсь, у Дана хватит терпения поговорить с тобой и не свернуть твою тонкую шею раньше этого. На его месте я бы не выдержал…

— Варвар… — цежу я, взлетая в воздух, когда парень укладывает меня животом себе на плечо и вносит в дом.

Глава 45

Дан

— Отпусти её.

— Дан, не заводить! Она просто без обуви… — я шокирована тем, как Пантера налетает на своего друга. Я не вижу его за спиной Жеки, болтаясь вниз головой, но ощущаю по тому, как напряженно застывает Пума.

— Поставь ее немедленно, — снова рычит Чернов до ужаса пугающе, а ещё мне удаётся определить по голосу, что он пьян. Но когда Пума ставит меня на ноги, и я поворачиваюсь к Дану лицом, я замечаю, что он не просто пьян, он в полном неадеквате.

И дело не только в алкоголе.

Бешеный взгляд. Сведенные челюсти и раздувающиеся ноздри. Губы не то в безумной улыбке, не то в животном оскале. Кулаки, которые уже упираются в грудь Жеке.

— Я не собираюсь с тобой драться, Пантера, — отпихивает от себя парня Чунев. — Если только вырубить тебя на несколько часов, чтобы проспался.

— Не смей никогда прикасаться к ней, — не слыша друга, продолжает Дан, указывая рукой в мою сторону. — Она только моя.

— Всё, блядь, началось, — тихо бурчит Чунев, а потом орет персонально для друга. — Ты поэтому актеришку в больничку отправил?

Не знаю почему, но я позволяю парням стать друг напротив друга, уперев лбы друг в друга и обхватив головы соперника ладонями.

Может и я не в адеквате?

Может у меня галлюцинации?

Не могут же они сцепиться? Или они уже сделали это?

— Белова, присаживайся. Сейчас начнется самое интересное… — усмехается Жека.

Вроде бы даже не взволнован. Хотя я в таком состоянии, что не уверена в том, что правильно считываю эмоции окружающих.

— Убью любого, кто обидит ее. А этот отморозок разбил ей колено, — волоски на ногах встают дыбом от раскаивающегося голоса Чернова и от издевательского взгляда Жеки сначала на мои пижамные шорты, а потом и на коленки.

— До крови… — иронизирует Пума, улыбаясь еще шире.

— Нужно было этому пидару выкрутить ноги коленками в другую сторону, как у кузнечика, — на полном серьезе еще больше заводится Дан.

— Просчитался что-ли, дружище? Руку ему сломал, а ноги оставил невредимыми, — и ржет, в то время как Пантеру уже колошматит всего.

— Он этими гнусными ручонками трогал ее, — ахаю, когда Чернов врезается лбом в лоб Жеки, но вроде несильно, так как парень продолжает стоять как вкопанный. — Каждый миллиметр ее кожи принадлежит мне! Каждая ресничка! Каждый волосок! А он посмел коснуться ее волос! Она для меня распустила свой пучок! Только для меня…

Оу… Что это?

У меня перехватывает дыхание, и из-за размашистых тупых ударов сердца приходится искать опору. Отступаю и приваливаюсь спиной к прохладной стене. Ежусь немного от холода, который тут же проникает через тонкую ткань пижамы и немного остужает горящее тело.

— Пантера, мне кажется, ты облажался. Мало наказал гандона,