Если бы ещё были такими же умными и сделали это в прошлый раз… но скажу честно, все мы умны задним умом. В общем, просто не подумали про это.

Ещё один артефактный браслет мягко соскользнул лапы Ва’йана и оказался под самым нижним краем шкафа. Надеюсь, местная обслуга туда не заглядывает и наш «подарок» пролежит там подольше.

Закончив с этим, фамильяр вернулся к камину и сидящему возле него главе Тахи. Как удобно, что рядом оказалось второе кресло. Ва’йану только и оставалось, что воспроизвести каскадную иллюзию.

Секунда и вот уже в удобном кресле напротив главы сидит мужчина неопределённого возраста, сложив руки лодочкой. На нём был строгий костюм, а лицо оставалось спокойным и нечитаемым.

Глава Тахи от неожиданности дёрнулся, опять зажигая ледяные звезды за спиной, но почти мгновенно погасил их, поняв кто перед ним.

— Итак, неделя прошла, глава, — первое, что я произнёс. — Ваше решение?

Мужчина несколько секунд молча смотрел на меня. В его глазах вспыхнула ярость, но почти тут же погасла, сменившись обречённостью. Даже как-то подозрительно, что такой сильный Изменённый так быстро опустил руки. Хм-м.

Наконец, глава Тахи устало покачал головой и тихо ответил:

— Я согласен. Только прекрати это… дети уже не ходят, хватит и того, что умер мой брат.

— Кто из них? — я насторожился, это было не совсем по плану.

— Эдуард. Вчера.

Интересно. Эдуард Тахи — это отец Александра и заказчик, заключивший договор с убийцей на моё устранение. Когда мы с Ва’йаном создавали печать, то указывали его как приоритетную цель, делая его чем-то вроде фокуса, но он же должен быть сильным Изменённым. Я даже сомневался, что моё проклятье его проймет раньше, чем через две недели. А тут смерть?

Похоже, ступень Эдуарда оказалась ниже, чем мы думали. Либо он был слабее, чем пытался показать всем, либо на него наложились какие-то свои проблемы. Так или иначе, это была смерть, которую мы не планировали.

Но жалеть его я точно не собирался. Наверняка, проблему с Эдуардом в будущем мне бы в любом случае пришлось решать. Так или иначе. Особенно, если выяснится, что он устроил охоту на меня по собственной инициативе, никого не поставив в известность.

— Я услышал вас, глава, — ровно продолжил я. — Если ваше согласие искреннее, больше смертей не будет. Болезнь будет остановлена в течение сегодняшнего вечера. Видимые последствия начнут отступать через двое-трое суток, полностью сойдут в течение примерно двух недель.

Мужчина медленно поднял голову, посмотрев на меня. В его глазах что-то мелькнуло, но эмоцию я разобрать не смог. Поражённая проклятьем половина лица оставалась неподвижной.

— Чего ты хочешь?

— Для вас это не будет чем-то особо сложным.

Я сделал короткую паузу и начал по порядку.

— Первое. С этого дня Дом Тахи прекращает любые агрессивные действия в отношении других Домов, без исключений. Никаких подстав, интриг, провокаций. Никаких самостоятельных действий против имперцев и теневых банд. Максимум, что вам разрешено, — защита от прямых нападений.

Мужчина коротко кивнул, не пытаясь возражать.

— Второе. Вы используете высвободившееся время, чтобы усилиться. Дом Тахи с сегодняшнего дня сосредотачивается на подъёме в силе всех своих рядовых членов и наследников. Не на накоплении капитала и собственного влияния, как это происходит сейчас, а на усилении людей и только людей. Я знаю, что вы и раньше этим занимались, но теперь это должно стать вашим главным приоритетом. Весь свободный финансовый ресурс использовать на отвары, рецепты, тренировочные ингредиенты, обучение. До разорения доводить не надо, но большую часть накопленного капитала следует направить именно туда. У вас есть на это время, но его меньше, чем кажется.

— Сроки? — коротко спросил он.

— Год. Два. Пять? Кто знает? Точно я не скажу — зависит от того, как будут развиваться события.

— Какие события?

— Это третье, — я чуть наклонился вперёд. — Придёт день, когда от Дома Тахи потребуется вступить в войну. Против кого, я скажу позже, когда это станет актуально. Могу успокоить, это не Император и его люди, смотреть на меня с таким ужасом не нужно. Сразу предупреждаю, враг будет такой силы, что одним Тахи с ним справиться нельзя. Но этого от вас никто и не требует. Будут союзники. Ваша задача — к этому моменту быть готовыми.

Мужчина медленно кивнул, обдумывая.

— И последнее, ещё раз, — я повысил голос, вкладывая в него давление. — Особо подчеркну, потому что именно этот пункт вы или ваши горячие родственники попытаетесь нарушить в первую очередь. Никаких конфликтов. Ни с кем. Даже с самыми маленькими и незначительными Домами. Любой такой эпизод — и последствия для Дома Тахи будут таковы, что сегодняшнее состояние вашего тела, глава, покажется вам просто неудобством. Это ясно?

— Да, — глухо отозвался мужчина.

— Вот и договорились.

Я ещё несколько секунд молча смотрел на него, после чего медленно растворил иллюзию. Кресло напротив главы опустело, а Ва’йан в этот момент уже отозвался на мой призыв, возвращаясь в машину. Теперь у меня появилась сила, которую можно назвать относительно серьёзной. Это хорошее подспорье в будущем конфликте с церковью, НО этого всё ещё мало. Мне бы штук десять таких домов, как Тахи под своё начало и тогда можно крутиться, а пока это капля в море.

— И ты уверен, что они не попытаются скинуть поводок? — лениво поинтересовался фамильяр, устраиваясь на заднем сиденье.

— Может и попытаются, — хмыкнул я, уезжая со стоянки. — Куда же без этого. Гордость, ущемлённое самолюбие. Может, найдут какой-нибудь большой или великий дом, готовый их прикрыть в обмен на лояльность. Но я думаю, что глава Тахи совсем не дурак и наше сегодняшнее предупреждение оценил правильно.

— И что будет, если всё-таки не оценил?

— Тогда мы просто создадим ещё одну проклятую печать, на этот раз собирать материал нам уже не нужно, — я спокойно перестроился в левый ряд. — И на этот раз уже используем проклятье посерьёзнее. Думаю, это быстро вразумит их. Ну а если нет… что же, сами виноваты тогда.

На окраине города я свернул в знакомый пустырь, где мы когда-то заканчивали печать. На этот раз надолго задерживаться необходимости не было. Я вышел из машины, подошёл к едва заметному месту, где находилось ядро плетение и одним лёгким движением активировал разрушение печати.

Секунда, и сила проклятья, ощущаемая моим магическим зрением как тугой, пульсирующий узел, стремительно пошла на