Интересно: это он от своего отшельничества или от неожиданно свалившейся проблемы в виде четырёх двуногих и четырёх, нет, пяти четвероногих?

Я не любопытный, конечно, но любознательностью отличался с детства, поэтому решил выяснить всё до конца: а вдруг прадеду помощь потребуется — мало ли с кем его на тесной лесной тропинке судьба свела.

Лулу, почувствовав моё напряжение, вскорабкалась по одежде на плечо и окутала защитой.

Вскоре я подошёл настолько близко, что невнятные звуки голоса прадеда стали вполне различимы и понятны. Но что говорил его собеседник, так и не смог расслышать.

— Не торопи события. Раз уж такое произошло, они обязательно встретятся.

— …

— Да, я осведомлён об её особенности. Не знаю, как это подействует, но боги не ошибаются.

Это что, он с кем-то обсуждал неожиданно свалившийся на меня подарочек от местного пантеона? А личность моего «истинного», интересно, уже установлена?

— Нет, две пары не могут появиться одновременно. Слишком редкий дар. Это точно он. Отзови своих поисковиков. Я оставлю девочку у себя и обучу управлению личной магией, а заодно и твоего смеска. Она просила за него.

А, так это мой венценосный родитель! Быстро он прибыл, не иначе как на диртоне прилетел. Надо потихоньку уйти, пока не заметили. Но почему я не слышал голоса отца?

— Три года — достаточный срок, чтобы найти для Лайяриси подходящую партию. Вот, к примеру, ба-рикс Торгенсали́нии. Я хорошо знал его деда. Присмотрись к юноше. Но вернёмся к Эльсине. Ты знаешь, что твоя старшая дочь очень интересная личность? Хочу сказать, что она дерзка, но умна. Лишь на основании общедоступных хроник девочка сделала интересные выводы по поводу влияния перекрытия магического источника и силы дара на продолжительности жизни женщин, сравнив Эрсолизию и другие риксие Великой Асории. И как такое пришло ей в голову? Я склонен считать доводы Эльсины не лишёнными смысла. Необходимо проверить её предположения. Если выводы твоей дочери окажутся верными, то разумно пересмотреть закон о запрете на использование магии женщинами.

— …

— Озадачь этим своих учёных мужей. Я же не предлагаю тебе самому заниматься сравнительным исследованием. Ладно, мой мальчик. Я тебе сказал, а ты меня услышал. Думай сам — ты же рикс, а не я. Мне пора. Эльсина, вероятно, уже ищет меня. Береги себя, а я позабочусь о твоей дочери. До связи.

Так вот оно что! Прадед общался по кристаллу связи. Где же он его прятал, раз я его ни разу не видел? Наверное, он не очень большой по размеру. Но пора явить свою персону, выждав ещё немного, а то, как бы он не догадался, что его подслушали. Я попросил Лу убрать защиту с головы и окунулся в боль — коварный родственничек находился совсем близко.

Когда увидел моего хитромудрого даде, он как ни в чём не бывало собирал гербарий, будто и не обсуждал некоторое время назад важные государственные вопросы. Услышав шаги, он разогнулся и пристально посмотрел на меня, словно в душу заглянул. Хорошо, что Лу, как только экс-рикс показался в зоне видимости, снова отгородила мою многострадальную голову от внешнего воздействия его мыслей, которые были для меня не читаемы, но всё равно причиняли неудобство.

— Подслушала?

Лёгкая усмешка тронула губы мужчины.

— Сами сказали вас искать, как только закончу. — Я и не подумал идти в несознанку, ответив таким же пристальным взглядом. — И кто он?

— Какая разница? Ты же не желаешь с ним встречаться?

— Да. Но хочется знать, чтобы уж точно случайно не пересечься.

— Вас всё равно притянет друг к другу.

— И против течения можно плыть, — не сдавался я.

— Против воли богов не может идти ни один смертный.

— Но боги дали смертным право выбора пути.

— Иди своим путём и забудь, что ты слышала тот разговор. Вот и проверишь, насколько сможешь сопротивляться течению, — хмыкнул прадед и снова занялся сбором трав, ботаник доморощенный.

Я открыл было рот, чтобы возразить, но потом передумал. Что толку сотрясать воздух спорами? Просто надо успокоиться и рассудить логически. Эти двое знали о моём «истинном», значит он — из их круга. Кто-то из риксов или ба-риксов? Или кто-то из толпы придворных, которые целыми днями околачивались во дворце, как будто им больше заняться дома нечем. И появление знака богов у него — это событие, что могло произойти на глазах у моего отца. Допустим, во время дружественной встречи на высшем уровне. Как же плохо, когда нет доступа к информации!

Я перебирал в уме возможные варианты, но при этом понимал, что все мои предположения — лишь тыканье вслепую, не более. Истина находилась где-то рядом, но ускользала и пряталась от меня, раздражая своей близостью и недоступностью. Лулу не смогла пробить непроницаемый щит опытного и сильного мага, который хотя и не знал всего о способностях зубельхорисов, однако, хитрый жучара, окружил себя защитным полем, перекрыв возможность проникновения в свой разум. Так, на всякий случай, а вдруг мне удастся спонтанно воспользоваться своим даром, поэтому я должен постараться сам разгадать эту тайну. Какая-то деталь, за которую зацепилось сознание во время нашего разговора, не давала мне покоя, но я никак не мог понять, что меня зацепило. В ней точно скрывалась подсказка. Я чувствовал, что если вспомню, то смогу раскрыть тайну личности подарочка местных богов, который они мне подсунули при попустительстве или пособничестве одного знакомого ангела-хранителя…

Отступление 6. Жизнь после жизни

Жизнь — вредная штука.

От неё все умирают.

С.Е. Лец

Жизнь — это чудесное приключение, достойное того, чтобы ради удач терпеть и неудачи.

Р. Олдингтон

Её сознание медленно выплывало из небытия. По нервам бил монотонный звук. Он ей что-то смутно напоминал, но память не торопилась доставать из своих пыльных закоулков эту информацию. Она попыталась пошевелить пальцами рук. На одном из них было что-то надето. И это «что-то» мешало.

Запах. Он тоже знакомый. Так пахло в палате больницы, когда ей ещё в детстве вырезали аппендицит. Она в больнице? Точно. И этот звук, что едва слышался, но всё равно очень её раздражал. Такой звук обычно издавали приборы, следящие за состоянием пациента. Тяжёлого пациента. В реанимации. Она в реанимации?

Последнее, что Джоан помнила — прекрасный сад. Она там гуляла, а потом ей стало плохо. Она начала задыхаться и… потеряла сознание? Нет, это не последнее воспоминание. Свет. Яркий свет слепил глаза. И голос. Нежный, глубокий. В нём ощущалось сожаление о чём-то. О чём?