как мне пришлось вцепиться в перила, чтобы не упасть в обморок от мучительной серии оргазмов, которые он доставил.

Ага. В парадной было прекрасно.

Наверное, не нужно было записывать ее в календарь. Мой плодородный период уже прошел, и мои «встречи» с Чейзом теперь в первую очередь направлены на то, чтобы удовлетворить его — у этого мужчины ненасытный аппетит. Но я все-таки добавила пару раз сразу после овуляции, на случай, если вдруг перепутала даты. Как только решила их включить, не зная, где провести черту, поэтому продолжила записывать все.

Я считаю, что лучше больше данных, чем меньше. Так я смогу точно оценить жертвы, на которые пошла, чтобы забеременеть.

Мысль вызывает смех. Как будто секс с Чейзом можно считать жертвой.

Все веселье быстро исчезает, когда я понимаю кое-что еще, глядя на свой календарь — мой тридцатый день рождения ближе, чем месяц назад.

Забавно, как это происходит.

Знакомые мысли о страхе и смерти овладевают мной, заставляя нервничать и беспокоиться. Я старею. Мое тело стареет. У меня болят ноги. Болит спина. И грудь. Смерть рядом.

Может, я такая чувствительная, потому что беременна.

Или это ПМС.

А если это ПМС, какого хрена я еще не беременна? После одиннадцати раз с так называемой супер-спермой Чейза, я уже наверняка должна быть в нокауте. Проблема во мне? Можно ли не забеременеть естественным путем? Потребуется ли мне лечение от бесплодия, чтобы зачать ребенка?

Для этого мне придется устроиться на вторую работу. Третью работу.

Что не оставило бы времени на секс.

Конечно, если я беременна, в сексе не будет никакого смысла.

Запрокидываю голову и стону. Я хочу ребенка, и чем скорее, тем лучше. Но идея о том, чтобы больше не заниматься сексом с Чейзом, настолько ужасна, что меня сейчас стошнит.

Минутку.

Меня и правда тошнит? Я сажусь прямо и концентрируюсь на ощущениях своего тела. Меня подташнивает? Сегодня утром... хм — смотрю на время — тошнит ранним вечером?

Может мне стоит пройти еще один тест. Да, на этой неделе я сделала уже пять (один сегодня утром), и все они были отрицательными. Но мои месячные должны начаться только завтра, возможно, еще слишком рано. И двенадцать часов могут иметь большое значение для выработки гормонов. Наверное.

Прежде чем я решила, хочу ли использовать и, возможно, потратить впустую еще один тест на беременность, зазвонил телефон.

— Кто, черт возьми, звонит! — кричу в пустую комнату. Но мое раздражение улетучивается, когда я вижу имя Чейза на экране. Ну, не совсем имя. В моем телефоне он указан как «Сексуальный Коп». Естественно.

— Я как раз думала о тебе, — говорю ему вместо приветствия.

От моего внимание не ускользнуло то, что Чейз — единственный человек в моей жизни, звонки которого меня не раздражают. Он делает это не так часто. В основном мы общаемся с помощью текстовых сообщений, как и должны порядочные люди. Но иногда, когда мужчина за рулем или на тренировке, или ему нужен быстро ответить на что-то, он мне звонит.

И я решила, что это нормально. В любом случае, это временные отношения, и звонки оказались... полезными.

— Неудивительно, что ты так счастлива. — Мое тело реагирует на один только его голос. Мое сердце колотится, и кровь устремляется вниз.

Не то чтобы я планирую в этом признаться.

Подгибаю ноги под себя и пожимаю плечами, хотя он меня не видит.

— Вообще-то, я сегодня не в духе. И грудь у меня нежная на ощупь. Либо ПМС, либо я беременна. Месячных еще нет, но симптомы, как выясняется, почти такие же, как и при залете. Откуда мне, черт возьми, знать разницу? Как в былые времена люди выдерживали ожидание?

— Мне жаль. Ты сказала о прикосновении к своей груди, и я пропустил все остальное. Говоришь, у тебя задержка?

Обычно это вызывает смех, но, как уже сказала, я не в духе.

— Нет. У меня ее нет. Придурок.

— Хорошо. Ты мне нужна.

— Я тебе нужна? — Знаю, что он имеет в виду. Просто не могу поверить, что понадобилась так скоро.

— Я войду в твою дверь через три, две…

Звонит мой дверной звонок. Качая головой, я нажимаю кнопку «ОТКЛЮЧИТЬ» на телефонном звонке и подпрыгиваю, чтобы впустить его. Через пару шагов снова поворачиваюсь, чтобы закрыть свой ноутбук. Чейзу не нужно видеть мои записи. Затем бегу открывать дверь.

— Я уже снова тебе нужна? — спрашиваю, когда вижу его лицом к лицу.

Судя по его виду, он только из спортзала. В его руках спортивная сумка, одет в спортивные штаны и рубашку из полиэстера, которая, похоже, предназначена для того, чтобы оставаться сухой. Его тело мокрое после тренировки, и это так сильно напоминает мне случаи, когда я лежала под ним, что мой живот автоматически сжимается.

Я отступаю, чтобы позволить ему пройти мимо меня.

— И тебе привет, сексуальные штанишки.

Он шевелит бровями, его взгляд скользит по моей груди, я закрываю дверь и сталкиваюсь с ним взглядом.

— Ты проверяешь мои сиськи? — выходит раздраженно, а может, мне кажется. Не знаю. Он меня точно не раздражает. Просто я раздражена в принципе.

Чейз пожимает плечами.

— Ты сказала, они стали чувствительнее. Я прикидываю, выглядят ли они больше.

Больше могло означать беременность. Мой энтузиазм разгорелся, и я выставила грудь ему на обозрение.

— Ну?

Он изучает меня в наглую, проводя руками над моими сиськами, словно пытаясь сравнить размеры.

— Думаю, мне нужно больше информации, — говорит он. — Мне нужно их немного пощупать. Поласкать. Возможно, посмотреть, как они уместятся у меня во рту.

Я прижимаюсь спиной к закрытой двери и драматично вздыхаю.

— Мы только вчера трахались.

Не знаю, почему я ною по этому поводу. Мне понравился вчерашний трах. Даже очень. И сегодняшний мне тоже понравится. Как всегда.

Чейз приближается, кладя руки мне на бедра.

— Припоминаю. Когда твой босс вышел, мне пришлось зажать тебе рот рукой и затащить за лестницу, чтобы она нас не поймала?

— Ага? — спрашиваю я, слегка задыхаясь от воспоминаний.

— Это было действительно жарко.

— Согласна. — Очень жарко. Я сейчас промокла, только подумав об этом. — Я думала, это удовлетворит тебя на некоторое время. Ты крайне ненасытный.

— Ты жалуешься?

— Делюсь наблюдением. — Но мой тон звучит так, будто жалуюсь, даже для моих собственных ушей.

Чейз отступает, словно собирается уйти.

— Я