Ребята молчали. Вэн отвёл взгляд в сторону, Регерт, которого уже успели подлечить, попытался незаметно скрыться за его широкой спиной. Фанан, похоже, был слегка не в себе, смотря попеременно то на Корна, то на Ихета. Грэг же даже не двинулся с места, чтобы проверить состояние водника, хотя обычно не преминул бы это сделать. А девушки были молчаливы, как никогда, не отрывая восхищённых взглядов от Корна. От этого ему даже показалось, что кожа начала зудеть…

Что ж, вторая дюжина увидела его силу. Он надеялся, что теперь от них не стоило ожидать особых неприятностей. Корн вздохнул, перейдя на магическое зрение.

На каждом из стоящих перед ним была вторичная метка, выглядящая как небольшое красное пятно посреди свечения их магии.

И что ему с ними всеми делать?

Кажется, у Корна не осталось других вариантов, кроме того, как заставить ребят подчиняться грубой силе и таким образом оградить их от пагубной активности. Разве когда они будут его бояться, они осмелятся идти наперекор Корну и причинять кому-то неприятности?

Корн встретился взглядом с Ихетом и улыбнулся, отчего тот поёжился.

— Что ж, раз вы признали мою силу, теперь должны меня слушаться? — ухмыляясь спросил Корн.

— Слушаться? — зло ответил ему не кто иной, как Вэн, что Корна даже позабавило.

Ведь этот парень со времён того, как Корн «помог» ему открыть стихию, старался не конфликтовать с ним. Да и несмотря на свою огненную магию, Вэн считался в их дюжине посредственностью, поэтому обычно молчал, не осмеливаясь возникать. А тут… метка помогла ему стать смелым? Огневик продолжал:

— Да кто ты такой, чтобы мы тебя слушались? Наш капитан? Ты даже не его заместитель, а осмеливаешься просить, чтобы тебе подчинялись. Ты просто выскочка, не зря тебя даже из семьи выперли!

Корн сузил глаза. Этот парень в одно мгновение переполнил чашу его терпения. Как он посмел напомнить про изгнание⁈

С пальцев Корна в сторону Вэна сорвалась активированная двустихийная печать. В это мгновение Корну было плевать на то, что он мог задеть остальных, что стояли слишком близко к Вэну, и уж тем более он не заботился о том, какими травмами могло грозить огневику прямое попадание в него опасного заклинания.

Фанан поспешно активировал барьер, но даже защита Ихета не могла справиться с этим заклинанием ранее, с чего бы Фанан смог сделать её лучше без использования водного покрова? Остальные бросились врассыпную, прикрываясь собственными щитами, да только убежать далеко не успели.

Прогремел взрыв. Корн держал заклинание в полуготовом виде слишком долго, что дестабилизировало его, что, впрочем, было в планах Корна.

— Ты спятил⁈ — раздался из клубов пыли раздражённый голос Грэга. Целитель активировал свою магию против Корна. Тот просто отскочил в сторону от вырвавшихся из земли растений, срубив начинающие распускаться бутоны водяной плетью:

— Это ты спятил, раз решил, что какой-то лекарь сможет меня победить.

— Грэг! Куда лезешь⁈ — прорычал Регерт, развеивая пыль магией ветра. — Займись лечением Вэна! Его, — он перевёл злой взгляд на Корна, — оставь нам.

Регерту сегодня уже досталось, но он ничему так и не научился.

В сторону Корна полетели многочисленные воздушные заклинания. С удивлением он понял, что Регерту помогала Угида, что всегда до этого принимала сторону Корна. Вскоре к ним подключились и остальные. Не участвовала лишь Шейла, то ли ей досталось сильнее при взрыве, чем остальным, либо она всё ещё не хотела вмешиваться.

Уворачиваться и защищаться от такого количества заклинаний Корну приходилось впервые. Он вновь хотел убежать, но на его пути возникали воздушные барьеры или печати толчка, которые откидывали его внутрь периметра, по которому распределилась его дюжина.

— Тебе не уйти! — выкрикнул Регерт, выпуская в Корна огромное лезвие ветра, которым воздушник ещё и управлял с помощью трёхкольцовой печати. Кроме того, эта печать могла сформировать сразу три таких лезвия, чем не преминул воспользоваться Регерт.

Три управляемых заклинания с широкой площадью поражения, да ещё и непрерывные атаки остальных… Корну приходилось тяжко. Он укрывался за водными барьерами, но всё же они не могли сдержать все атаки и раз за разом разрушались. Мана быстро истощалась.

Демоны их забери! Как им не стыдно нападать всей толпой против одного? Но он не сдастся. Просто нужно придумать что-нибудь ещё…

Корн отбежал от нескольких взрывных атак Пита, затем в него устремились водные снаряды восстановившегося Ихета. Когда они пробили третий слой его щита, Корн пожалел, что пощадил водника. Он неожиданно быстро вернулся в строй, так же как и Регерт. Неудивительно, что в сражениях первым убивают лекаря…

Затем в него устремились воздушные резаки Угиды, Корн отошёл ещё немного. Он оказался в центре поляны, а со всех сторон выходили остальные члены дюжины.

Корн поджал губы. Его поймали. Это оказалось превосходным исполнением стратегии, которую недавно они разбирали на лекции. Они проделали всё настолько ладно, что Корн даже не понял этого, пока не оказалось слишком поздно.

Теперь со всех сторон на него нацелились заклинания. При этом, как назло, все использовали свою сильнейшую магию. Похоже, тем, что Корн показал свою силу, он добился лишь того, что его коллеги перестали сдерживаться. Если они ударят разом, Корн боялся, что он него может не остаться даже пепла.

— Ну и кто тут кому будет подчиняться? А, отброс Массвэлов? — с издёвкой спросил Регерт.

В сердце больно кольнуло.

— Насколько же должен ненавидеть своего ребёнка отец, чтобы выгнать его на улицу? — подлил масла в огонь Пит.

На Корна накатило удушающее чувство.

— Эм… вы… — с сомнением начал Грэг, но затем посмотрел на всё ещё лежащего без сознания Вэна и прервал себя. Казалось, он решил, что Корн заслужил такое обращение.

Остатки терпения выветрились из Корна, словно их и не было… От злости перед глазами поплыли разноцветные пятна. От тела распространилась лёгкая волна пламени — он всё ещё поддерживал огненный покров.

А затем перед его взором оказалось два моря: огненно-алое слева и сияющее синевой справа. На их поверхности искрилась тонкая белёсая паутина, жемчужного цвета пластинка отделяла два моря друг от друга. Похоже, сейчас именно так выглядела печать, которая ограничивала магию Корна.

Он потянулся к ней… Всплеск огненного моря сжёг паутину и перекинулся на пластинку. Водная стихия так же набросилась на неё и разрушила барьер из серебряных нитей. Жемчужная перегородка в мгновение истлела.

Корн сорвал печать. Более ничего его не сдерживало.

Он словно плыл в бесконечном потоке магии, она окружала его, она была его частью. Такое могущество, такая сила… его захватила