Думал, будет тише. Оказалось, они ждали. Или просто охрана там плотная. — Он метнул взгляд на дверь, через которую его втащили. — Пока неясно, знает ли сам старый упырь, что я здесь. Могли просто сдать на переработку «незваного гостя» по стандартной процедуре. Но если он в курсе… тогда всё ещё хуже. Он будет играть с нами.

Маша молча наблюдала за ним. Её собственный мозг, перегруженный ужасом и адреналином, отказывался выдавать гениальные планы. Она могла только смотреть на него — на этого человека, который сейчас был её единственным якорем в этом безумии, и чувствовать, как её сердце сжимается от боли за него и от страха за них обоих.

И тут её взгляд, блуждавший в поисках хоть чего-то полезного, скользнул к приоткрытой двери лаборатории, через которую они втащили Кассиана. В щели, в полумраке коридора, она уловила движение. Тень. Не грузная, как у амбалов, и не суетливая, как у гоблина. Плавная, бесшумная. И она приближалась.

— Кассиан, — прошептала она, но он, уставившись в схему на стене, не услышал.

Тень заполнила дверной проём. И вошла внутрь.

Глава 42

Это был не амбал, не страж и не очередной учёный-изувер. На пороге стоял юноша. Лет восемнадцати, не больше. Светлые, почти белёсые волосы, падавшие на лоб, и бледное, тонкое лицо, на котором странно сочетались подростковая угловатость и усталая мудрость не по годам. Он был одет в простую, но качественную тёмную рубашку и штаны — никакой аристократической вычурности. В его светлых глазах не было ни паники, ни злобы. Лишь спокойная, почти ленивая наблюдательность.

Маша нахмурилась, чувствуя, как в памяти щёлкает что-то знакомое. Черты... где-то она их уже видела. Но не могла вспомнить.

Кассиан отреагировал мгновенно. Он резко развернулся от стола и встал между Машей и незнакомцем, его тело напряглось в боевой стойке, а рука уже лежала на поясе, где должен был быть кинжал (к сожалению, его отобрали при задержании). Он был готов принять удар на себя, без раздумий.

Юноша, казалось, лишь сейчас заметил их. Его взгляд лениво скользнул по комнате, задержался на неподвижном теле гоблина, лежащем в луже чёрной крови, и... он улыбнулся. Широкая, почти детская, и на удивление искренняя улыбка озарила его лицо.

— Наконец-то, — произнёс он, и его голос был спокойным, немного глуховатым. — Кто-то с ним разобрался. А то он вечно ворчал и норовил уколоть чем-нибудь «для профилактики». Надоел хуже жужжания роя могильных мошек.

Маша замерла. Откуда такая реакция? Кто он?

Парень перевёл взгляд с гоблина на них. Его глаза остановились на Маше, изучающе, и в них вспыхнула искорка узнавания, смешанная с любопытством.

— Твоих рук дело? — спросил он, и в его тоне звучало не обвинение, а скорее одобрение. А потом добавил, чуть склонив голову набок: —...Сестричка?

Слова ударили Машу, как обухом по голове. Она отшатнулась, будто от физического удара, её рука инстинктивно схватилась за кулон на груди.

И тут Машу осенило. Черты! Они были более утончёнными, менее идеальными, чем у лорда, но сходство было. И возраст. Это был Кэлен. Тот самый мальчик, которого они спасали от Пожирателя душ. Внук Ван Холта.

Он знает. Он ЗНАЕТ.

С самого начала?

— Кэлен? — вырвалось у Маши, её голос прозвучал хрипло от удивления. — Ты... что ты здесь делаешь?

Недоумение, смешанное с шоком, слишком ярко отразилось на её лице, потому что Кэлен небрежно пожал плечами, словно отвечая на невысказанный вопрос.

— Тени шепчут, — просто сказал он. — Особенно о тех, в чьих жилах течёт та же кровь, что и в моих. Они очень громко про тебя шептали, с того самого дня. Про «ещё одну из рода Ван Холт».

Она вспомнила вечер в кабинете после спасения Кэлена.

Они с Кассианом сидели на полу, объелись странными «бургерами», и он тогда сказал: «Тени... они шептали про "ещё одну из рода Ван Холт". Они почуяли в тебе ту же кровь». Тогда это казалось страшным, но абстрактным — «тени почуяли». А оказалось, что их носитель, этот самый мальчик, всё слышал и понимал с самого начала.

Маша сжала ладонь, чувствуя под повязкой след от пореза, пытаясь через физическую боль вернуть себе ясность мысли.

— Значит, это правда, — тихо, почти беззвучно выдохнула она, больше для себя. Глаза её были прикованы к Кэлену, пытаясь разглядеть в нём угрозу, насмешку, что угодно. — И он... дед... знает? Ты ему сказал?

— Пока нет. Тени шепчут мне.

У меня... особый слух. К ним. А дед слушает только собственное эхо.

Кассиан не расслаблялся. Он всё ещё стоял, как щит, его взгляд был пристальным и недоверчивым.

— И что тебе нужно, наследник? — его голос звучал холодно и ровно. — Пришёл проверить, как идёт переработка? Или дедушка прислал за новыми образцами?

Кэлен покачал головой, и его улыбка стала чуть печальнее. Он скользнул взглядом по напряжённой фигуре Кассиана, словно понимая его недоверие, и не стал его винить. Вместо ответа он засунул руку в карман своих простых штанов и достал оттуда небольшой, похожий на компас, но сделанный из тёмного дерева и кости, прибор. На его поверхности, вместо стрелок, плавали капли ртути, складываясь в причудливые узоры. Не глядя, он бросил артефакт Кассиану.

Тот поймал его на автомате, нахмурился и начал внимательно изучать, не опуская при этом бдительности. Его пальцы, опытные и быстрые, пробежали по резным символам на корпусе, ощупывая их, словно читая шрифт Брайля.

— Это не просто артефакт, — сказал Кэлен, наблюдая за ним. — Это ключ. Вернее, часть ключа. Тот Пожиратель душ, которого я тогда «случайно» призвал... это был не просто приступ юношеского бунта или несчастный случай.

Кассиан поднял на него взгляд, и в его глазах вспыхнуло понимание, смешанное с новым, более острым подозрением. Он вспомнил ту операцию: нетипичное поведение призрака, его странную, почти осознанную злобу.

— Ты... ты его призвал специально? — переспросил он, не веря своим ушам, но инстинкты уже складывали пазл.

Кэлен кивнул, и в его светлых глазах вспыхнула странная смесь гордости и усталости.

— Мне нужно было выманить одного из стражей теней оттуда, — он кивнул в сторону двери, ведущей в башню. — Из того места, куда лучше никому и никогда не попадать. Тень Пожирателя... она была одним из ингредиентов. Для создания диверсии, чтобы получить доступ к чертежам, к одному компоненту. Для того, что может нарушить связь.

Он посмотрел на Кассиана прямым, открытым взглядом.

— Я знал, что кто-то придёт. Что агентство не оставит вызов Ван Холтов без внимания. Так и вышло. Получил тебя. И… её. —