важно. Отвозить ее в дом родителей нет никакого желания, да я этого и не обещал. Оставить у нас? Тоже не выход.

— Сначала нужно выработать программу-минимум, — сказал я. — Для начала, Полине нужно сменить место жительства. Ты в самой фотографии живешь или квартиру снимаешь?

Надо было видеть округлившиеся глаза барышни.

— А как вы догадались?

Анька горделиво задрала нос, а я отмахнулся:

— Полина, сейчас это неважно. Кстати, если ты мне крестовая сестра, изволь обращаться на ты и называть по имени.

— Я попробую, — кивнула девушка.

— Не думаю, что нынешняя квартира подходит для барышни… — раздумчиво проговорил я. Посмотрев на Полину, спросил: — Скорее всего, тебя пристроили в каком-то чулане? — Девчонка кивнула, а я продолжил: — Значит, нам понадобится извозчик и грубая мужская сила, чтобы перевести вещи. Мне там светиться не стоит.

— Так я помогу, — тут же всунулась Анька.

— Ты сестричке компанию составишь, чтобы не скучно было. Я там Степана видел, бездельничает — он и съездит, чемоданы возьмет.

— А Степан поедет? — удивилась Аня. — Обычно, он полчаса ноет, что никому, кроме папы Саши не подчиняется.

Вот-вот… Батюшка расстраивался, что Аня супругу называет маменькой, а его по имени-отчеству. На дне Ангела сошлись на компромиссе — наша барышня его теперь именует папа Саша. Кстати, моя идея!

— Не захочет ехать, пойдет пешком, — уверил я. — Ускорение ему придам, если что. Степан дядька умный, понимает, когда можно спорить, а когда не стоит.

Сегодня я внимания на капризы старого отцовского камердинера обращать не стану, отправится, как миленький.

— Какое-то время Полина поживет здесь, у нас, а потом мы определим ее к нашему деду.

— А почему здесь нельзя? — удивилась Анька. — Комнаты есть, а нам с ней и одной хватит. Полинка, хватит одной комнаты и одной кровати?

— Хватит, — твердо заявила Полина, снова взявшись за руку Ани, словно опасалась, что та пропадет. — И комнаты одной на двоих, и кровати.

Наивная барышня. А я помню, как матушка Аньку ругала — мол, пинаешься ты во сне.

— Полина официально считается дочерью действительного статского советника Онцифирова, — пояснил я. — Супруги сейчас на даче, но могут вернуться. Ежели, Андрей Васильевич узнает, что беглая дочка скрывается у товарища министра внутренних дел, а ее покрывает следователь по важнейшим делам — это одно. Я-то, предположим, скандал переживу, но у товарища министра внутренних дел могут быть неприятности. И начальник отца не поймет, и государь. А недоброжелателей у отца предостаточно. Зачем нам лишние разговоры? Но если воспитанница Чернавских, учащаяся Женского медицинского училища, привезет свою подругу в дом генерала Веригина — отца своей нареченной матушки, и очень уважаемого человека, едва ли не личного друга государя, а еще попросит, чтобы дедушка за ней присмотрел — это совсем другое. Согласны?

— Ваня, ты у нас умница! — похвалила меня Анька.

Чтобы забрать Полину у деда — нужен либо приказ государя, либо рота солдат. Да и солдат никто на дом генерала не поведет без приказа государя. Пока наша задача — тянуть время. А там посмотрим, что-нибудь придумаем.

И придумать нужно нечто такое, что устроило бы и семью Онцифировых, и нас, не говоря уже о Полине.

— Иван Александрович, простите… то есть, Иван, а зачем за мной кому-то присматривать? — слегка возмутилась Полина. — Я уже поняла, что могу стать для вас источником неприятностей, тогда зачем же все это?

— Полина, дело-то не в тебе, а во мне.

— В каком смысле?

— Потому, что я эгоист. Силой нас с тобой никто не заставлял становиться братом и сестрой. Родственников, милая барышня, не выбирают. Кровные мы, крестовые — это неважно. Будь ты мне чужим человеком — живи как хочешь. Но если моя сестра станет жить в какой-то каморке, есть неизвестно что, я буду очень об этом переживать. А зачем мне лишние переживания? Поэтому, я должен убедиться, что ты не просто жива-здорова, а находишься в безопасности. Все остальное, вроде сердечных мук и душевного трепета — все потом. Так что, сейчас я озадачу отцовского камердинера, вы съездите за вещами, вернетесь, а потом станем думать — как жить дальше.

И полицейским нужно дать сигнал — пусть отправляются по домам. Нет, сначала проводят девчонок до квартиры фотографа, проследят, чтобы все было в порядке. Казначеев рапорт напишет — дескать, дочь господина Онцифирова разыскана, передана под опеку родственников. Уточнять не обязательно.

Но про это барышне говорить не стану.

Я встал, чтобы потормошить Степана, но был остановлен.

— Ваня, постой, — грозно скомандовала Аня. — Крестик снимай, мы с тобой тоже крестовыми братом и сестрой станем!

Глава 16

Пляшущие человечки

Июль. В Санкт-Петербурге жара, улица Фурштатская снова покрылась цветами липы, пристающими к подошвам. Все то же самое, что и сто тридцать лет тому назад. Или вперед, но это как посмотреть.

На доклад к своему временному начальнику я отправился на одну из конспиративных квартир на Невском. На верхнем этаже, в две комнаты. Вообще-то, я был готов отчитаться еще неделю назад, как только отыскал Полину и определил ее на временное местожительство. Но Наволоцкий мне своих координат не оставил, сказав, что сам отыщет, или записочку с оказией передаст, с указанием места и времени.

И вот, сподобился-таки. Пришла записочка, а в ней и время указано, и место, а еще, на всякий случай приписка — мол, там меня ждет особа, которая в городке на Шексне себя за сыщика выдавала. Что ж, все понятно. Возможно, перестраховывается слегка Наволоцкий, но ему виднее.

Встретил меня главный «особист» сам, хотя, по статусу ему бы и адъютант положен, не говоря уж о денщике.

— Ну, Иван Александрович, задал ты нам дел, — с ноткой недовольства в голосе произнес начальник особого отдела канцелярии Его Величества.

— А что такое? — удивился я.

— Так кто объявления подавал, разве не вы? — фыркнул Наволоцкий. — Дочь двух отцов, приходи… Ладно, что не из вашей сказки — мол, приходи вечером к амбару.

Ишь ты, он и «Обыкновенное чудо» читал, и даже автора знает. А еще — следит за прессой, даже объявлениями не брезгует.

— И что, вы и такие объявления просматриваете?

— Как же без этого? Газета — самый простой способ назначить встречу агенту, получить задание. Правда, обычно,