Глава 16

Молодое поколение не сдержанное. Всегда. Нам трудно дослушать мысль до конца, если мы догадываемся, к чему она ведёт. Мы не признаем авторитеты, считая себя самыми умными. И в эмоциональном порыве часто совершаем ошибки, о которых в будущем сожалеем.

Что мне стоило не гнать волну и дослушать хорула? «Исчезновение камня в Отстойнике может поменять торговый путь в Элизии, убийство Царицы в Пургаторе влияет на распределение придворных должностей в Ногле, а ржавчина на сочленении механоида…». К чему именно вела окись железа на теле киборга, оставалось неизвестным. Потому что я перебил собеседника.

В своё оправдание могу сказать, что тогда было не до тайн Мадридского двора. Из живота торчал меч, а сам я находился в странном месте между мирами, если можно так выразиться. Только легче от этого не становилось. Я ходил, словно загнанный зверь по крохотной комнатушке взад-вперёд, размышляя над возникшей загадкой.

— Вот, — показался в двери Лиций с двумя кувшинами эля.

Троуг поспешил встретить своего собутыльника. Рис сидела на кровати, уткнувшись в альбом, неодобрительно поглядывая на выпивох. Мы благоразумно решили переместиться из Синдиката в более тихое место, чтобы перестать мозолить глаза Игрокам. Правда, оказалось что алкоголя с собой было взято мало. Пришлось зверолюду бежать за добавкой — отпустить корла одного мы не решились.

— Сергей, сядь, не мельтеши, — заметила Рис. — Сейчас мы всё равно ничего не придумаем.

— Тут и придумывать нечего, — вмешался в наш разговор Лиций, жадно глядя, как Троуг наполняет грязные стаканы, — для начала нужно выяснить о торговых потоках отсюда в Элизий и узнать, какие из них недавно менялись. Следом найти Ищущего, от которого этот путь зависел. И уже выяснить всё о твоём загадочном камне. Довольно несложно.

— Ну и займись, раз умный такой, — хмыкнула девушка.

— Всего лишь вопрос времени, — пожал плечами зверолюд, — такая же обыденная вещь, как создание кристалла заклинаний или посещение Оракула при достижении определённой зрелости.

— Кстати, — встрепенулся я, — думаю, я этой самой зрелости набрался. Надо напроситься в гости к Оракулу.

— Ты до сих пор его не посетил? — изумлённо приподняла бровь Рис.

Мои слова удивили не только её. Троуг перестал наливать эль и уставился на меня, а Лиций задёргал ушами.

— Ну это ты зря, Серёг, — сделал большой глоток корл. — Он очень помогает Игрокам. Жаль, что вопрос можно задать только один.

— Часто Ищущие после встречи с ним серьёзно ускоряются в развитии, — поддакнула Рис.

— Ну чего вы на меня напали? Знаю, что нужно, просто как-то не до этого было. То одну из плена вытащи, то другого.

— Сергей по-своему прав, — вступился зверолюд. — Необходимо сначала точно сформулировать вопрос, прежде чем ехать к такому сильному Ищущему.

— Ну вот. Хоть Лиций меня понимает. Ты тоже не был у Оракула?

— Нет, я посетил его во второй день пребывания в Отстойнике, — спокойно заметил человек-кот. — Он ответил на один вопрос. И одновременно на множество. Как я и говорил, главное понимать, что ты спрашиваешь.

— Ладно, ладно, если у нас нет больше тем, кроме посещения Оракула и неразрешимой загадки про камень, то давайте уже вернёмся к нашим яйцам.

— Давно пора, — Рис поднялась на ноги и на мгновение я увидел, что она рисует. Гранату! Скорее всего, взамен прошлой. Хотя, судя по готовности изображения, она им занималась уже давно.

Троуг подошёл к столу у крохотного окна, по-хозяйски смёл с него всё широким жестом и из пустоты на деревянную поверхность бухнулась гора Пыли. Похожая на песок, только более мелкой фракции и одуванчикового цвета, она завораживала. Я жадно облизал губы и с трудом оторвал взгляд от такого богатства.

— Сколько здесь?

— Одиннадцать килограмм триста сорок грамм, — гордо ответил Троуг. — За опт пришлось скинуть до тридцати грамм за яйцо. Но вышло и так неплохо.

— Идиот, — ударила его в грудь Рис.

Корл качнулся, недоуменно глядя на девушку, но потом посмотрел на меня, ища защиты.

— Серег, чего она опять?

— Да ничего, — не дала мне и слова вставить Рисовальщица, — когда такие деньги в мешке, к себе не привлекают внимания. А он начал угощать всех. Придурок!

— Ребята, давайте жить дружно, — вмешался я, — нет ничего лучше, чем делить шкуру уже убитого медведя. Точнее рахнаида. Так как из-за определённых обстоятельств Яна больше нет в нашей команде, то вся добыча делится на четверых.

— И про дополнительные пять процентов мне не забудь, — вставила Рис.

— Про такое забудешь, — мрачно посмотрел на неё я.

Лиций с первого раза легко разделил Пыль на четыре почти равные кучки. Почти, потому что моя была самая маленькая. Я смел килограмм семьсот шестьдесят восемь грамм, оставив на столе пятьсот. И кивнул зверолюду.

— Лиций, это должок. Спасибо. И Троуг, у тебя тоже брал. Семнадцать вроде. Вот держи.

Корл кивнул и бросил мою жалкую щепотку к своей горке. Я поглядел на два с лишним килограмма в мешке и улыбнулся. Таких деньжищ на руках сроду не было. Да и вся остальная часть команды выглядела вполне довольной.

— Сколько у нас ещё яиц?

— Двести три, — ответила Рис, — но с ними лучше не торопиться. И ещё, по поводу того копья. Вышла на семью кабиридов, они готовы выкупить его. Скоро прибудут в Отстойник для торговли.

— Ну и замечательно. Какие дальнейшие планы?

— Пить! — радостно поднял кувшин Троуг и сделал из него несколько больших глотков.

— Сергей, я узнаю по поводу изменения торговых путей из Отстойника в Элизий, — серьёзно сказал Лиций, не сводя взгляда со второго кувшина, — как будет информация, сразу сообщу.

— Можно тебя на минуту? — кивнула мне Рис.

Мы выбрались из домика, в котором тут же продолжился пьяный угар. Интересно, Троуг теперь не успокоится, пока все деньги не пропьёт?

— Ты должен отправиться к Оракулу, — негромко сказала девушка.

— Это кому я должен?

— Не ёрничай. Ты сам всё понимаешь. У меня плохое предчувствие. Будто вот-вот что-то