class="p1">— Пытаюсь, кэп. Латаем как можем, но быстро не выйдет, — отозвался Рем.

Голос бортинженера звучал глухо и натужно — похоже, ему, как и Андрею, каждое слово давалось через стиснутые зубы. Сомнений в том, что досталось всем без исключения, не было. Створки шлюза рубки разъехались, и внутрь вплыла Дрея. Следом за ней, неуклюже перебирая паучьими манипуляторами и цепляясь за поручни, протиснулся громоздкий медицинский дроид.

Девушка двигалась на удивление бодро. Конечно, за зеркальным щитком шлема лица было не разглядеть, но осанка у неё была уверенной. В отличие от капитана. Андрей невольно сгибался вправо, инстинктивно пытаясь защитить пульсирующий болью бок, хотя в невесомости это не имело смысла — тело просто сводило судорогой. Внутренний интерфейс его скафандра назойливо пищал, пытаясь ввести очередную дозу обезболивающего, но каждый раз выдавал ошибку «Резервуар пуст». Весь запас медикаментов был сожжён ещё на пиковых перегрузках, и теперь оставалось терпеть на сухую.

— Все целы? Кому нужна срочная помощь? — голос Дреи дрожал от скрытого волнения, пока она бегала взглядом по присутствующим.

— Целы… относительно, — прохрипел капитан, криво усмехнувшись, что тут же отозвалось новой вспышкой боли. — Если не считать пары сломанных рёбер, сплошных гематом и жуткого отходняка от стимуляторов.

Андрей смотрел на неё и чувствовал, как сквозь пелену боли пробивается тёплое чувство облегчения. Дрея жива. Рем ворчит в реакторном. Элия и остальные здесь. Корабль разбит, но его люди уцелели, и это сейчас было важнее.

— Есть контакт! Гиперканал устойчив! — радостно воскликнул Макс, его пальцы летали по сенсорам, фиксируя частоту.

Треск помех в динамиках шлема внезапно оборвался, сменившись характерным цифровым гулом несущей волны.

Андрей выдохнул, стараясь придать голосу твёрдость. Ему нужно было звучать как командир корабля, а не как отбивная, хотя каждое слово отдавалось в рёбрах тупой болью. Он выпрямился, насколько позволяли спазмы мышц.

— «Перун» на связи. Вице-адмирал, прошу прощения за молчание, — доложил капитан. — Обычные частоты забиты фоном от взрыва, пробиться не удалось. Докладываю: мы обездвижены, но экипаж жив.

— Отлично, капитан. «Варяг» уже на подходе, возьмёт вас на буксир, — голос Анжелы звучал устало, но спокойно. Напряжение в эфире спало. — Основные силы противника отступают, преследование мы не ведём — слишком велики наши собственные повреждения. В вашем секторе угрозы больше нет. «Шершни» полностью неактивны — похоже, без вычислительных мощностей носителя они превращаются в бесполезную груду металла.

Андрей хмыкнул, что тут же отозвалось острой болью в ушибленном боку.

— Ага. Точно так же, как и наши без «Стражей». — Он криво усмехнулся внутри шлема. — Понял вас, вице-адмирал. Ждём помощи. Конец связи.

Канал закрылся с мягким щелчком. Андрей бессильно опустил руку, чувствуя, как адреналиновая пружина внутри окончательно разжимается, оставляя после себя только свинцовую усталость.

— Ну вот и всё, — выдохнул он, поворачивая голову к Дрее. — Теперь официально: мы выжили. Доктор, ваш выход. Только, ради бога, вколите мне что-нибудь, пока я не начал выть.

— О, ты заговорил со мной в таком почтительном тоне? Мне нравится, — ехидно проговорила Дрея, выразительным жестом указывая обратно на кресло.

Капитан вздохнул, но спорить не стал — сил на пререкания всё равно не было. Он втянулся обратно в ложемент, с щелчком застегнув ремни фиксации, чтобы не болтаться в невесомости. Затем пальцы нашли зажимы гермошлема. Раздалось шипение выравнивания давления. Стоило снять шлем и закрепить его на магнитном держателе, как лёгкие обожгло воздухом внешнего мира. В нос ударил тяжёлый, густой запах озона, палёной изоляции и гари. После стерильного воздуха системы жизнеобеспечения скафандра этот аромат разрушенного корабля казался почти осязаемым.

— Ватсон, тебе сильно досталось? — тихо спросил Андрей, стараясь дышать неглубоко.

Он наблюдал, как Дрея ловко опускается рядом с его креслом. Раздался глухой стук — активировались магниты её ботинок, фиксируя врача на палубе. Медицинский дроид, жужжа маневровыми двигателями, подплыл к ней, и девушка привычным движением выудила из его недр диагностический сканер.

— Не скажу, что критично, капитан, — отозвался ИИ. Его голос раздался из динамика подголовника, звуча немного более плоско, чем обычно. — Тем не менее я вынужден перейти в режим жёсткой экономии вычислительных мощностей и гибернации личности, пока Рем не восстановит питание от реактора. Я… отключаюсь до восстановления энергоснабжения.

Динамик тихо щёлкнул, и красный огонёк активности ИИ погас. Теперь они действительно остались одни. Дрея прижала портативный диагност к шее капитана, внимательно изучая бегущие строки данных. Секунда — и Андрей почувствовал резкий, холодный укол пневмоинъектора. Обезболивающий коктейль хлынул в кровь, гася пожар в сломанных рёбрах и принося блаженную, ватную лёгкость.

— Это временная мера, — строго сказала девушка. Она ловко отщёлкнула крепления своего шлема и стянула его с головы, тут же смешно сморщив нос от тяжёлого «аромата» гари, царящего в рубке. — Но тебе определённо пора в медкапсулу. Опять.

— Я правда туда дойду… — Андрей почувствовал, как мышцы расслабляются сами собой. Он слабо, пьяно улыбнулся. — Потом. Честно. И пройду полное обследование.

— Ага. Свежо предание. — Дрея многозначительно хмыкнула, убирая прибор в поясной подсумок. — Если будешь тянуть, я тебя сама покалечу, чтобы был легальный повод запихнуть тебя в стазис. Заодно и выспишься.

Она подмигнула ему, оттолкнулась от подлокотника кресла и, перехватив поручень, поплыла в невесомости к другим членам экипажа. Помощь нужна была не только капитану.

Андрей проводил её взглядом, а затем вновь переключил внимание на главные обзорные экраны. Там на фоне холодного, пугающе красивого космоса медленно вращались и остывали обломки вражеского флагмана. Но взгляд капитана зацепился за странный объект. В недрах одного из крупных кусков искорёженного металла что-то пульсировало.

Слабо. Едва заметно.

Сначала Андрей решил списать этот ритмичный фиолетовый блик на бред уставшего мозга или битый пиксель после перегрузки. Но блик повторился. Чётко с одной и той же частотой. Он появлялся именно в тот момент, когда обломок, вращаясь, поворачивался к ним своим развороченным нутром.

— Элия, сканеры живы? — резко спросил Андрей, невольно подавшись вперёд и на мгновение забыв о боли.

— Относительно, капитан. Очень много фонового шума после боя, — раздался напряжённый голос девушки. Дрея как раз в этот момент пыталась осмотреть её, но Элия уже не обращала на врача внимания, вперившись в свои мониторы.

— Дай увеличение на этот сектор. Отсеки тепловой шум, мне нужна структура сигнала, — скомандовал Андрей, игнорируя предупреждающий взгляд Дреи.

Элия, мягко отодвинув руку медика, быстро застучала по клавиатуре. На