После того как Генриха де Бомона и его сестру удалили от двора, Изабелла, вероятно, почувствовала себя совсем одинокой.

1 августа 1323 года Роджер Мортимер совершил дерзкий побег из Тауэра – подвиг, который ранее удалось совершить только Ранульфу Фламбарду, епископу Дарема, в 1101 году. Это произошло в День поклонения святому Петру в оковах, покровителю гарнизона Тауэра. Мортимер завоевал расположение лейтенанта Жерара д’Альспэ, который передал узнику лом и кирку, чтобы тот проделал дыру в каменной стене камеры. При попустительстве д’Альспэ Мортимер устроил пир и опоил стражников ядом. Затем он и д’Альспэ сели в поджидавшую их лодку и переправились через Темзу на берег Суррея, куда друзья Роджера привели лошадей. Небольшой отряд за ночь пронесся галопом до побережья Гемпшира, где сел на корабль, отплывавший во Францию.

Согласно Агнес Стрикленд, викторианской писательнице и автору книги «Жизнь английских королев», в «одной старой хронике» говорилось, что отравленный напиток, которым Мортимер напоил стражников, передала пленнику Изабелла, а Мортимер преодолел Темзу вплавь, хотя «королева всерьез сомневалась в его силах совершить подобный подвиг, так как он долгое время пребывал в заключении». Однако нет никаких доказательств того, что Изабелла в то время находилась в Лондоне или была как-то причастна к побегу. Только в 1593 году драматург Кристофер Марло заявил, что королева помогала Мортимеру.

Однако Адам Орлетон, епископ Херефорда, помог беглецам. Он родился в одном из поместий Мортимера в графстве Херефордшир и большую часть времени трудился в папской курии, выстраивая блистательную карьеру, прежде чем в 1317 году его избрали епископом Херефордским. В последние годы он стал близким другом и союзником Мортимера, который ему покровительствовал. Орлетон решительно поддерживал Мортимеров в их выступлениях против Диспенсеров в парламенте, являясь одним из самых ярых противников фаворитов.

Репутация Орлетона пострадала из-за искусного очернения его личности летописцем Джеффри ле Бейкером. Вовсе не беспринципный, как утверждал ле Бейкер, Орлетон был талантливым политиком, юристом и дипломатом. Он серьезно относился к своим церковным обязанностям и неподдельно сокрушался из-за неумелого правления Эдуарда II и Диспенсеров. Вращаясь в европейских дипломатических кругах, Орлетон испытывал по этому поводу сильное смущение. Он был дружен с проницательным Иоанном XXII, а архиепископ Рейнольдс был высокого мнения о его способностях. Но открытое одобрение мятежных действий Мортимера со стороны Орлетона неизбежно привлекло внимание короля и вызвало его гнев.

В феврале 1324 года, когда Хью в парламенте обвинил Орлетона в предательстве и пособничестве врагам короля, архиепископы Кентерберийский, Йоркский и Дублинский встали на защиту епископа и пригрозили отлучением от церкви любому, кто осмелится применить к нему насилие. Это был первый случай, когда архиепископ Рейнольдс, до той поры – верный друг Эдуарда, бросил монарху вызов. Потрясенный король приказал судьям объявить Орлетона виновным, конфисковать его поместья и собственность, а самого епископа – взять под стражу.

В Париже Мортимер обратился за защитой к Карлу IV, который принял беглеца с большим почетом. Не зная, куда направился Мортимер, Эдуард запаниковал и предпринял энергичные усилия, чтобы поймать его – живым или мертвым. В королевстве объявили всеобщую тревогу и приступили к поискам. Только в конце сентября Эдуард узнал, что его жертва ускользнула во Францию. Он горько жаловался Карлу, но тщетно.

В ноябре Мортимер послал из Сент-Омера наемного убийцу, чтобы устранить Диспенсеров. Покушение провалилось – убийца добрался до Лондона, но был арестован. Тем не менее это показало, как далеко был готов зайти Мортимер ради мести. Король опасался, что беглец может заручиться поддержкой Карла IV и вторгнуться в Англию, чтобы свергнуть Диспенсеров. Эдуард даже обвинил Карла в содействии побегу Мортимера.

Изабелла не упоминается в записях до 13 октября 1323 года. Возможно, она продолжила свое паломничество. Королева находилась подле Эдуарда, когда двор с большой пышностью праздновал Рождество в замке Кенилворт. На Новый год королевская чета подарила друг другу золотые кубки. В январе супруги гостили у Хью в замке Хэнли на реке Трент. Но, как показали грядущие события, Изабелла потеряла любовь и доверие мужа, а Хью едва терпел ее присутствие. Ее жизнь стала невыносимой.

Карл IV вызвал Эдуарда, чтобы тот принес оммаж за свои земли во Франции, но Эдуард уклонился от приглашения под предлогом того, что в настоящее время не может безбоязненно покинуть королевство. Диспенсеры не хотели, чтобы он уезжал, опасаясь нападения врагов в отсутствие короля. Карл согласился отложить оммаж до июля 1324 года, но укрывательство Мортимера вызвало недоверие и негодование Эдуарда. Обе стороны уже испытывали взаимную неприязнь из-за того, что французы незаконно построили укрепленную бастиду в Сен-Сардо в Ажене, который контролировали англичане. Гасконцы, подданные Эдуарда, напали на бастиду и убили французского сержанта. Эдуард не санкционировал атаку и даже не знал о ней, но французы пришли в ярость, и вероятность войны резко возросла. Мортимер тут же предложил свой меч Карлу IV, вызвавшись сражаться против своего короля.

В январе 1324 года Карл признал, что Эдуард не несет ответственности за события в Сен-Сардо, но в феврале, когда стало ясно, что английский король почти ничего не предпринимает для исправления ситуации, Карл пригрозил захватить Гасконь.

Диспенсеры, возможно, усилили страхи Эдуарда, предупредив, что симпатии Изабеллы лежат на стороне Карла IV. В марте Эдуард внезапно перестал выплачивать супруге долги. В апреле он заставил ее обратиться к брату с просьбой не вторгаться в Гасконь, поручив ей напомнить Карлу, что ее брак был заключен для обеспечения прочного мира между двумя королевствами.

Пембрука отправили во Францию для переговоров с Карлом IV по поводу Гаскони, но 23 июня он там скончался, вероятно, от апоплексического удара. После его смерти Эдуарда больше ничто не сдерживало. В июле, нарушив данное слово, король приказал своим посланникам при французском дворе отказать Карлу в выдаче английских подданных, взбунтовавшихся в Сен-Сардо, и вновь попросил отложить церемонию оммажа. В результате Карл потерял терпение и объявил Гасконь своей территорией. В августе он направил армию под командованием Карла де Валуа, чтобы завладеть герцогством.

В ответ Эдуард назначил своего неопытного и непопулярного сводного брата Эдмунда, эрла Кента, наместником в Гаскони. Эдмунд, молодой человек высокого роста и незаурядной силы, был легковерным и неразборчивым в средствах. Он сразу настроил гасконцев против себя, вымогая у них деньги, позволив подчиненным их грабить без зазрения совести и похитив юную девушку, которая ему приглянулась. Столкнувшись с армией Карла де Валуа, он оказался катастрофически неэффективным как военачальник, и Валуа обманом заставил его подписать шестимесячное перемирие, по которому большая часть герцогства осталась за французами.

Начало военных действий между Англией и Францией окончательно разрушило жизнь Изабеллы, поскольку дало Хью повод относиться к ней как к врагу государства, что еще больше подорвало ее авторитет и