добиваясь полного совершенства, и вдруг прикипел взглядом к лежащей сверху контрольной. Нахмурился, пожевал губами, поправил золотое пенсне — все затаили дыхание, еще никто из студентов не видел профессора таким взволнованным, — и наконец принял решение.

— Мисс Эванс, задержитесь. Мисс Макмиллан, не топчитесь в коридоре, ваша подруга присоединится к вам позднее. Остальные — свободны.

Лили похолодела. Неужели она где-то напортачила? Эх, надо было еще раз перепроверить ту матрицу… Бросила взгляд на Эмму — та посторонилась, выпуская брызнувших из дверей семикурсников. Прости, подруга, но придется тебе обедать без меня…

На негнущихся ногах она подошла к массивному преподавательскому столу.

— Да, сэр?

Профессор Кляйнер взял верхний лист пергамента, ногтем отчеркнул несколько строчек — Лили с упавшим сердцем следила за узловатым старческим пальцем — и протянул ей:

— Что это?

Она взглянула на свою работу — ответы на шестое и восьмое задание были обведены красным. Но… но это же сущая элементарщина! Тут и ошибиться-то невозможно!

— А теперь еще раз прочтите условия задачи, — сухо предложил он. На его смуглом, иссеченном морщинами лице не дрогнул ни один мускул, но в голосе отчетливо слышалось недовольство.

Лили уткнулась в пергамент. Клад, три двери на выбор, за одной гора золота, за остальными пусто. Маггл выбирает дверь, хранитель клада открывает одну из двух оставшихся, показывает, что за ней ничего нет, и спрашивает маггла, уверен ли тот в своем выборе… Ну и что? Парадокс Монти Холла, глава двадцать восьмая, шестой параграф — нет тут никаких ошибок… Второй вопрос: а если это будет не маггл, а маг… Что? Не просто маг, а маг, выпивший Феликс Фелицис? О Господи, она взяла не тот коэффициент удачи! Проморгала такое важное условие!

— В восьмом задании то же самое, — кивнул профессор Кляйнер, когда Лили с немым ужасом уставилась на него. — И я хочу знать, мисс Эванс: о чем вы думали, когда писали эту контрольную?

Его пенсне на десятую долю дюйма сдвинулось с переносицы, прядь седых волос выбилась из-за уха, нарушая идеальную симметрию прически, но он ничего не заметил, и Лили поняла, что в точном механизме профессорской души бушует настоящий ураган.

— Простите, сэр, — от стыда у нее вспыхнули даже уши. — Кажется, я… все испортила, сэр…

— Мисс Эванс, в последние месяцы я заметил, что вы стали уделять моей дисциплине непозволительно мало внимания, — льдистые старческие глаза смотрели цепко и холодно. — Если вы передумали относительно вашей будущей карьеры…

— Нет-нет, сэр! — Лили сама не заметила, как перебила преподавателя. — Я никогда не передумаю! Я… я очень виновата, этого больше не повторится, честное слово! Просто у меня… проблема с одним зельем, сэр, мне никак не дается его магическая формула…

При слове «зелье» уголок его рта слегка дернулся, но упоминание о формуле вернуло ему привычное бесстрастное выражение.

— И что в этой задаче вызывает у вас такие затруднения? Покажите мне свои вычисления, раз уж вы решили вспомнить о будущей профессии и обратились к арифмантике.

— Я о ней и не забывала, — робко возразила Лили — но, стушевавшись под строгим профессорским взором, метнулась к своей парте, вытащила из сумки рабочий блокнот и протянула ему: — Вот, сэр. С этого места начинаются мои попытки реконструировать и модифицировать формулу. Там очень необычная двойная цепочка преобразований — практически новое слово в зельеварении, я пытаюсь воссоздать ее по рецепту, но пока дошла только до середины первой части…

Однако профессор Кляйнер уже ее не слушал — он склонился над блокнотом, едва заметно морщась на особо исчерканных местах: похоже, подобная небрежность причиняла ему почти физическое неудобство.

— Что это? — внезапно спросил он, кивнув на листок. Лили сощурилась, пытаясь понять, о чем идет речь.

— Это таблица из истории болезни — показатели магии пациента в разное время суток. Я определяла среднее значение, чтобы посчитать коэффициент совместимости. Это… сложно объяснить — дело в том, что в зелье, формулу которого я пытаюсь вывести, нужно заменить один этап на квазикомплементарный. Соединить кровь и магию двух разных людей и при этом избежать конфликта.

— В таком случае в ваши вычисления вкралась ошибка, — профессор Кляйнер откинулся на спинку стула, сплетая перед собой пальцы. — Возьмите медиану, а не среднее арифметическое — это позволит отсечь случайные магические всплески. Остальные методы, выбранные вами для данного прикладного исследования, в целом верны и представляют определенный интерес с точки зрения арифмантики. Когда получите первые результаты — приходите на консультацию, мы обсудим ваш проект, итоговую оценку и возможную референцию.

У нее отвисла челюсть. То есть… то есть что же получается — она может получить референцию у профессора Кляйнера за успешную модификацию зелья?

— Конечно, это идет вразрез с моими обычными правилами, — его худое смуглое лицо оставалось невозмутимым. — Однако слишком многие мои студенты воспринимают арифмантику как нечто умозрительное, абстрактное и оторванное от реальности. Отрадно видеть, что хотя бы кто-то из вас применяет полученные знания для решения прикладных задач, и уж тем более — для проведения исследований на стыке двух наук. Идите, мисс Эванс, и не забудьте внести поправку при использовании данных из вашей таблицы.

Лили разрывалась между противоречивыми чувствами. Сердце пело — и в то же время было готово оборваться. Она сделала шаг к парте и остановилась.

— Профессор Кляйнер, сэр… Дело в том, что это не только мой проект. То есть он и мой тоже, но часть идей, на которых базируются мои расчеты, принадлежит другому студенту — Северусу Снейпу, сэр, он тоже с седьмого курса, только со Слизерина…

— Вот как. Но вычисления, я надеюсь, целиком ваши? В таком случае, не вижу препятствий к тому, чтобы оценить их с точки зрения арифмантики. Что до той части вашего исследования, которая связана с зельеварением, то здесь решение остается за профессором Слагхорном. Предлагаю вам обсудить этот вопрос с ним.

— Но… — начала Лили — и замолчала, осознав, что это бесполезно. Никакая сила на свете не убедит профессора Кляйнера поставить Северусу оценку за то, чего он не делал. Потупившись, она пробормотала: — То есть я хотела сказать — огромное вам спасибо, сэр, — и, покидав вещи в сумку, поспешила на обед.

Уже у самой двери ее настиг холодный и ясный голос профессора:

— Ах да, мисс Эванс… За контрольную вам «тролль», разумеется. Придете на пересдачу в понедельник.

9. О героях чужих романов и горячих ваннах

С подсказкой профессора Кляйнера она вывела алхимическую формулу за две недели. Последняя точка была поставлена в субботу утром; Лили подняла голову, чтобы поделиться