бы глубоко плевать на них, если бы не одно но. Ты моя истинная. Ты пробудила во мне древнюю кровь. И это всё поменяло.

Моё сердце ускорило ритм. Почему-то стало больно почти физически от его слов.

— Ты ненавидишь меня за… покушения? — тихо спросила я.

— Нет, детка. — Он улыбнулся так, что показал мне все свои зубы, особенно острые клыки. — На меня всю мою жизнь кто-нибудь да покушался. Это в нашем мире норма. Даже скучно жить становится, если тебя не хотят убить, знаешь ли… Так что твои козни вместе с зеленой тварью — мелочи, не стоящие внимания. К тому же теперь, так как ты стала моей истинной, убить меня больше не сможешь. Как бы ни хотела. А вот хотеть… хотеть ты меня будешь. И мне это нравится, убийственная моя.

Он резко отпустил меня, отчего я вскрикнула, но тут же поймал, и я оказалась наравне с его лицом, а затем его губы накрыли мои.

Я уже приготовилась испытать боль, настолько зверским было его лицо перед этим поцелуем, но нет, муж меня удивил, и поцелуй оказался очень нежным и невероятно трепетным.

Вот только приправленным горечью.

Моей горечью и грустью.

Потому что мне нравился Лаусиан. Со всеми его тиранскими замашками. Но… вряд ли он будет мне теперь когда-либо доверять.

А какая это семья, если ты постоянно ждешь подвоха от собственной пары?

Что же ты наделала, Джул? Могла ведь, наоборот, постараться за десять лет стать ближе к своим мужьям, подружиться с ними, а вместо этого только сделала еще хуже.

И как мне теперь всё это разгребать?

Мне так сильно стало не по себе от всего происходящего, что я подумала, что не хочу… не хочу вот так сейчас заниматься сексом. Через боль и ненависть от своего мужа.

Он говорить может всё что угодно, но я-то чувствую, что ему самому тоже всё это неприятно. Больно, что его пара пыталась его убить, еще и вступила в сговор с другим мужем.

Но как? Как мне всё изменить?

Захотелось побыть в одиночестве. Вернуться в свой замок, чтобы никто не отвлекал.

Остаться одной. А то мыслить не получается, когда он так нежно меня целует, словно я невероятно ценная фарфоровая статуэтка, которую он боится разбить.

И при этом думает о том, как бы меня запереть в своём замке и превратить в куклу для постельных утех.

И не успела я додумать эту мысль, как руки и теплые губы мужа куда-то пропали, а я очутилась сидящей на троне в пустом тронном зале.

И как-то сразу так холодно стало, что я по инерции обняла себя и медленно осмотрелась вокруг, а затем и саму себя.

Кажется, купание в лаве вообще не нанесло моей одежде никакого урона. Если не считать вот этого засоса на моей левой груди.

Про то, что мой муж наговорил мне, я вообще промолчу. Не самое лучшее начало семейной жизни…

А так вообще как будто ничего и не было.

Интересно, это как у меня получилось? Я просто подумала о том, что хочу побыть одна, — и вуаля?

Клевая способность. Надо бы её перепроверить. Или не стоит рисковать? А то мало ли, вдруг мне выдали всего парочку телепортов, а я так бездарно воспользуюсь ими?

Где бы инструкцию почитать?

Я попыталась поинтересоваться мысленно у трона, но ответов мне, к сожалению, не пришло.

Может, всё дело в…

Тут я услышала такой грохот, что даже на месте подпрыгнула, а ко мне ворвались два других моих мужа, причем в боевом полуобращённом виде, и взгляды их не предвещали ничего хорошего.

— Джул? — рявкнул Харск, да с такой силой, что я даже вибрацию по полу ощутила.

Вот это у него тембр…

— Я тут, — помахала я рукой и улыбнулась. — А вы что тут делаете?

Мужчины буквально за пару мгновений приблизились ко мне. Ого, а я и не знала, что они умеют так быстро перемещаться… Словно смазанные тени.

— Тебя ищ-щ-щем, дорогая, — прошипел Химо, изо рта которого показался раздвоенный язык, а на лице проявились и тут же пропали чешуйки. — Что ты тут делаешь? И где Лаусиан?

— Он решил показать мне свой фонтан из лавы, — спокойно ответила я, медленно вставая. — Но я вернулась обратно во дворец, а он остался там, у фонтана. — Я небрежно махнула рукой в сторону выхода.

Само собой, правду я говорить не собиралась. Какой в этом смысл? Натравливать их друг на друга? Не самая лучшая идея. Я всё же не Джул. Это она бы наверняка воспользовалась.

Глупая девчонка! Столько дел натворила, а мне теперь расхлебывать. И ни одной здравой мысли, к сожалению…

— А иллюзия? — прищурился дракон, он подал мне свою руку, и я, не раздумывая, взялась за неё. Химо тоже решил не отставать и, быстро обойдя меня с другой стороны, тоже предложил свою руку.

И от его помощи я тоже не стала отказываться.

На душе что-то так грустно было, что хотелось хоть так немного согреться.

— Полагаю, Лаусиан не хотел привлекать внимание к нашей прогулке, — протянула я.

Затем мужчины помогли мне спуститься, и мы чинно и даже медленно отправились на выход.

Угу, так и держась за руки. Но они не отпускали, и я не хотела их отпускать.

— Почему ты не вернулась на бал? — кажется, Химо уже немного успокоился, его речь стала более понятной.

— Хотелось побыть одной, подумать, — ответила я чистую правду.

— Не делай так. Я переживал, — ответил Харск, смотря на меня своими ледяными глазами.

— Постараюсь, но не обещаю, — пожала я плечами, понимая, что это не в моей власти. И решила перевести тему: — Как там наши гости? Отдыхают? Заметили наше отсутствие?

— Мы оставили еще пару иллюзий, чтобы не случилось недопонимания, — ответил Химо. — Можешь не переживать, гостям не до нас. Они заняты друг другом.

— А моя сестра?

— Её взяли в оборот её наставник и князь. Думаю, что будут давать кучу наставлений, как себя вести.

— За ней следят мои фейри, не переживай, — вдруг ответил Харск, чем изрядно удивил.

— Спасибо, она мне дорога, — ответила я, понимая, что больше сказать не могу, хоть и волнения насчет этого были.

Я не хотела, чтобы мои мужья решили, что я пытаюсь их настроить против сестры. Я помнила, что Джул постоянно об этом им говорила. И буквально требовала, чтобы они с ней не общались. Как-то на одном из приёмов даже закатила безобразную истерику. Чем еще больше настроила против себя всех вокруг. Это всё я помнила